При таких условиях, в бою с противником, упорно обороняющим каждую пядь земли, к наступающим войскам предъявлялись чрезвычайно высокие требования, и потери были значительными. Я в те дни постоянно находился в переездах, чтобы на месте ознакомиться с обстановкой и знать, как и чем можно помочь ведущим тяжелые бои войскам.
С беспокойством я видел, как падает боеспособность. Ведь дивизии, вынужденные вести это трудное наступление, понесли тяжелые потери еще раньше у Перекопа, а также в сражении у Азовского моря. Наступал момент, когда возник вопрос: может ли это сражение за перешейки завершиться успехом, и, если удастся прорваться через перешейки, хватит ли сил, чтобы добиться в бою с усиливающимся противником решительной победы – занять Крым?
25 октября казалось, что наступательный порыв войск совершенно иссяк. Командир одной из лучших дивизий уже дважды докладывал, что силы его полков на исходе. Это был час, который, пожалуй, всегда бывает в подобных сражениях, час когда решается судьба всей операции. Час, который должен показать, что победит: решимость наступающего отдать все свои силы ради достижения цели или воля обороняющегося к сопротивлению.
Борьба за решение потребовать от войск последнего напряжения, с риском, что требуемые тяжелые жертвы все же окажутся напрасными, происходит только в душе командира. Но эта борьба была бы бессмысленной, если бы не опиралась на доверие войск и на их непреклонную решимость не отступить от намеченной цели.
Командование 11 армии не пожелало после всего, что ему пришлось потребовать от войск, упустить победу в последнюю минуту. Наступательный порыв солдат, сохранившийся несмотря ни на что, преодолел упорное сопротивление противника. Еще один день тяжелых боев, и 27 октября решительный успех был достигнут. 28 октября, после 10 дней ожесточеннейших боев, советская оборона рухнула. 11 армия могла начать преследование.
Преследование
Побежденный обычно движется с большей скоростью, чем победитель. Надежда обрести безопасность где-либо в тылу окрыляет отступающего. У победителя же, наоборот, в час успеха наступает реакция на потребовавшееся от него перенапряжение. К тому же отступающий всегда имеет возможность задержать преследующего арьергардными боями и, таким образом, помочь своим главным силам оторваться и спастись от преследующего противника. Поэтому история воин знает мало примеров того, когда преследование приводило к уничтожению главных сил побежденного. Этот результат достигался всегда, когда удавалось обогнать отступающего в параллельном преследовании и отрезать ему путь к отступлению. В этом же и заключалась цель 11 армии в те дни.
По всем признакам прибывшая из Одессы Приморская армия противника (5 стрелковых дивизий, 2 кавалерийские дивизии) после крушения его обороны южнее перешейков отходила на юг в направлении на столицу Крыма Симферополь. Город представлял собой ключ к единственным шоссейным дорогам, которые вели вдоль северных отрогов Яйлы на Севастополь и Керченский полуостров и через горы к южному берегу с его портами. Другая группа (9 ак в составе 4 сд и 2 кд), по-видимому, намеревалась отходить на юго-восток, то есть на Керченский полуостров. Три дивизии, по-видимому, в качестве резерва, находились в районе Симферополя и Севастополя.
Разбитый, но численно еще довольно сильный противник, который к тому же мог получить подкрепления с моря, имел, во всяком случае, различные возможности. Он мог попытаться сохранить за собой южную часть Крыма как операционную базу для флота и для авиации, а также как плацдарм для последующих операций. Для этого он мог попытаться вновь занять оборону у северных отрогов Яйлы, чтобы, опираясь на труднодоступные горы, оборонять Южный Крым. Одновременно он постарался бы преградить подступы к Севастополю у Альмы и к Керченскому полуострову у Парпачского перешейка.
Если противник сочтет, что сил у него для этого не хватит, то он может попытаться занять основными силами Севастопольский укрепленный район, а частью сил отойти на Керченский полуостров, чтобы, по крайней мере, удержать эти две ключевые позиции Крыма. Исходя из этого, я направил вновь прибывший 42 ак в составе трех дивизий (73, 46 и 170 пд) для преследования отходящей в направлении Феодосия – Керчь группировки противника. Корпус должен был по возможности упредить противника на Парпачском перешейке и воспрепятствовать его эвакуации через феодосийский или керченский порты.
Задача главных сил армии заключалась в том, чтобы, стремительно преследуя противника, сорвать любую попытку русских занять оборону у северных отрогов гор. Но, прежде всего, необходимо было помешать отходящим на Симферополь главным силам противника укрыться в Севастопольском крепостном районе.
30 ак в составе 72 и 22 пд было приказано продвигаться на Симферополь, чтобы противник не мог задержаться на отрогах гор. Быстрый прорыв через Яйлу по дороге Симферополь – Алушта должен был возможно скорее обеспечить корпусу контроль над прибрежной дорогой Алушта – Севастополь.
54 ак (50 пд, вновь прибывшая 132 пд и наскоро сформированная моторизованная бригада) получил задачу преследовать противника в направлении Бахчисарай – Севастополь. Прежде всего, он должен был возможно скорее перерезать дорогу Симферополь – Севастополь. Кроме того, командование армии надеялось, что, может быть, удастся внезапным ударом взять Севастополь.
Однако для этого нам не хватало моторизованного соединения, которое мы могли бы бросить вперед для внезапного захвата крепости. В этом случае мы избежали бы многих жертв, не потребовалось бы длившихся всю зиму тяжелых боев, а затем и наступления на крепость, а на Восточном фронте своевременно высвободилась бы целая армия для проведения новых операций. Все старания командования армии получить взамен взятого у него лейб-штандарта 60 моторизованную дивизию, которая ввиду недостатка горючего все равно бездействовала в составе 1 танковой группы, ни к чему не привели из-за упрямства Гитлера, у которого была перед глазами только одна цель – Ростов. Наскоро сформированное командованием армии соединение в составе румынского моторизованного полка, немецких разведывательных батальонов, противотанковых и моторизованных артиллерийских дивизионов (бригада Циглера) не могло возместить этого недостатка.
В этом преследовании вновь лучшим образом проявились смелость и инициатива командиров всех степеней и самоотверженность войск. Глядя на то, как ослабленные тяжелыми потерями, измотанные до крайности труднейшими условиями похода полки стремились прорваться к манящей цели – южному берегу Крыма, я поневоле вспоминал солдат тех армий, которые в 1796 г. штурмом завоевывали обещанные им Наполеоном области Италии.
