изменившись, но колыхнется там, дернется тут — в сумме натекает. Поэтому и затеяли весь маскарад.
Францисканец не сильно удивился, когда к нему накануне объявленного прилюдного сожжения нечестивых индейских веревочек с узелками и всяких богомерзких картинок вдруг посланцы от Франциско де Тораля, епископа Юкатанского заявились.
— Брат мой! — Начал спектакль наш герой. — Его преосвящество, узнав о ваших скороспешных решениях сжечь бесценную информацию об индейских ритуалах, отправил нас с сестрой Терезой, чтобы мы на месте разобрались, что можно безвозбранно сжечь, а что следует сохранить и отправить в Священный город для вящей славы матери нашей, церкви.
— Я лично отбирал материалы для сожжения. — Сухо отозвался де Ланда, ознакомившись с поданным ему письмом от якобы самого епископа. — Сожжены будут записи о способах вызова их, индейских, демонов и описания обрядов прочей богомерзкой магии.
— Не буду с вами спорить, брат мой, о достаточности ваших знаний по части индейской узелковой грамоты, но попрошу вас задуматься над ответом вот на какой вопрос: злые дела творит клинок, что убивает невинных христиан, или рука, которая этот клинок держит? И возможно ли, что тот же самый клинок, оказавшийся в достойной руке, сможет послужить еще к вящей пользе нашей матери церкви?
— Я понял вас, брат мой. — Склонил голову де Ланда. — Вы можете ознакомиться со всем, что мы подготовили к сожжению.
Разбор узелковых записей и рисунков затянулся до самого утра. Пришлось консультироваться по поводу правильного чтения информации и с де Ланда, а когда он, утомившись, для сна удалился, из подвала вызволили одного из жрецов майя, тоже приговоренного к завтрашнему сожжению. Жрец и по-испански умел вполне связно изъясняться, так что очень подробную консультацию смог дать. Видно было, как тяжело Ленке сортировать бесценные записи, чтобы все же оставить часть их для завтрашнего аутодафе. Очень уж необычный способ магии придумали майя. Впрочем, удалось спасти часть информации и с тех материалов, что были оставлены для сожжения. Фотоаппараты и фотопленка в Хранилище у Сашки имелись, причем далеко не в единственном числе.
Утро уже вступило в свои права, когда исследователи до конца рассортировали индейскую мудрость. Не став затягивать время сверх необходимого, прямо из подвала открыли портал к себе на остров, в этом времени, конечно. Супруги сами перешли, отобранные для себя записи забрали, и жреца с собой перетащили. А Наталья осталась в поселке у индейцев. Она сама попросила ее оставить на время. Расценила пребывание в прошлом, как великолепную возможность силы набраться и свою свиту пополнить. Лихое время, людей никто и не считает почти. И на ход истории такие убийства никак не скажутся: тут, почитай, почти все жители перемрут в ближайшие годы, не оставив потомства. Кто от болезней, привезенных испанцами, кого сами испанцы вырежут, когда те от отчаяния восстания поднимать станут. К примеру, в Теночтитлане, столице государства ацтеков, северных соседей майя, по некоторым оценкам едва ли не миллионном городе, к началу семнадцатого столетия останется не более двадцати или тридцати тысяч.
Вернулись к себе. Старик индеец был едва жив от ужаса, он подумал, что демоны из их ада, обидевшись на то, что он вверенные ему знания сберечь не смог, решили его к себе забрать. Еле удалось его убедить, что все не так ужасно и есть его душу здесь никто не собирается. Зато, едва поверив в это, жрец развернул бурную деятельность по изготовлению ритуальной площадки, чтобы безопасно этих своих демонов вызывать. Противоречивые все же существа, люди! Приглашать к себе существ, которых так отчаянно боится. Впрочем, Ивановы на него не в обиде были. Для того, собственно и сняли бедолагу, практически, с кучи хвороста, к которой ретивый испанский святоша уже с зажженным факелом примеривался.
— Не, не буду я Наталью оттуда забирать. — Ответила Сашке супруга, когда тот выразил готовность забрать подчиненную ей дриаду из прошлого. — Я ей задание дала подготовить для нас скрытую армию ее потомков. Только представь, какую силу они смогут скопить за полтысячелетия, если особо высовываться не будут, чтобы ни маги, ни кто другой их не заметил. Деметру вон, все Иные боялись до такой степени, что даже заклятые враги временно объединились, чтобы ее уничтожить.
— Тоже хочешь, чтобы против нас все объединились? И, кстати, а ты уверена, что потомки Натальи твоей воле покорны будут?
— Покорны будут, даже не сомневайся. Деметра в своих созданий это в качестве основополагающего принципа существования заложила. У них сейчас импринтинг на фон моей магии. А объединяться Иные будут, если о нас узнают, только кто ж им доложит? И, кстати, я, едва вернулась из путешествия в прошлое, отправила Зов и уже ощущаю, как вливается в меня Сила. — И в знак доказательства Лена махнула рукой в сторону недавно посаженной очередной дубовой рощицы, появилась у Сашки такая идея, с помощью растительных порталов в гости к родителям ходить. От этого взмаха тонкие прутики стали крепчать на глазах, превращаясь в полноценные деревья.
Ну, а Сашка? Он, как говорится, с огромным удовлетворением воспринял факт такого усиления своей ненаглядной. Да и Наталью он, если честно, еще с тех пор, как она его в интернате насиловала, едва терпеть мог. Пусть уж лучше подальше от него, в прошлом, пребывает.
Часть 3. Глава 8.
После того памятного похода в прошлое все у Ивановых в клане завертелось в несколько раз быстрее. Прежде всего, стоит упомянуть индейского жреца, Ах Кутуна. Он, сговорившись со сванами, натуральный ритуальный комплекс на острове отгрохал. В том комплексе защита, модифицированная с учетом знаний духов, оказалась настолько серьезной, что в нем можно, оказалось, вызывать не только рядовых демонов майанского адского пантеона, но даже чуть ли не самого Сипакну, главу их Инферно, на беседу без опаски приглашать.
Все же связываться с этой могучей потусторонней жутью, являющейся олицетворением эмоции страха, посчитали пока сильно излишним. Это все равно, как с каким-нибудь Мамоной, верховным демоном алчности связаться, или Сатаной, демоном гнева. Сам не заметишь, как превратишься во что-то непотребное. Но вот подручных Сипакну все же вызвали. Они, подобно своему патрону, питались страхами, вызываемыми ими у разумных. Дело в том, что Ивановым площади их кланового островка для портальных дубовых рощиц сильно не хватило, и друиды перебрались с этой целью на побережье материка. Там, среди болот, островов вообще множество было. Только в тех болотах множество было и очень диких и злобных Иных, драколюдов, которым такая деятельность пришельцев сильно не по вкусу пришлась. Первый раз маги растений еле ноги унесли.
Биться грудью в груди с аборигенами, которые все
