же ничего не успели проверить!
Портальный круг вспыхнул. Руны засветились, а счетчик маны в энергетическом камне стал стремительно таять. Мы влетели в едва начавшее загораться око пространственного перехода, буквально заталкивая друг друга, и вывалились на землю, попадав в кучу.
Мегида хохотала, ведь выскочила первой и успела откатиться. Мы же все кряхтели, пытаясь сползти с товарищей, чтобы не отдавить пальцы и не переломать чего-нибудь.
— Ты чего творишь? — возмущался Жора, показывая поломанные крылья.
— Да вы такие серьезные были, аж тошно стало, — пояснила свой поступок Мегида и бросила вверх гравитаниум. Я, Лея и Артур прыгнули одновременно, чтобы не дать камню разбиться, и столкнулись в воздухе. Даже мне стало плохо от контакта с закованным в сталь паладином, Лея вообще, кажись, словила звездочки, её взгляд рассеянно блуждал по помещению. А камень…
Камень попросту завис в воздухе, слегка крутился. Ну да. Он же гравитаниум. Глупо было ждать, что он разобьётся. Мегида снова залилась заливистым хохотом и небрежно толкнула ресурс в нашу сторону. Он мягко заскользил словно мячик по воде.
Жора покрутил его и пихнул дальше, чтобы все изучили.
— Получается, его где-то добывают, — задумчиво изрекла Ирма.
— Саш, убери эту ухмылку с лица, — сказала пришедшая в себя Лея. — Не будет у тебя летающего корабля. Раскатал губу, блин.
Я сразу скис. Уже и помечтать нельзя.
— Хочу сандалии как у Гермеса, — безапелляционно заявила Мегида.
Остается только надеяться, что она про это забудет. А не то не видать нам спокойной жизни, пока эльфийка не получит крылатые кеды.
— А что с уменьшителем? — вспомнила про еще один ништяк Лея.
Я тут же вытащил артефакт, чтобы подробнее его изучить. Это было похоже на магический прожектор, только фокусировал он не свет, а магический луч. Устройство достаточно простое. Вся суть, видимо, была в магии, наложенной на него. Чтобы запустить нужно насовать внутрь энергетических камней. Чем больше энергии вложишь, тем дольше пробудешь в уменьшенном состоянии. Только огорчала приписка: «Воздействие на существ высшего порядка требует трехмесячной настройки линзы». Что в переводе на русский означает: «Хрен вам, а не антибосс пушка нон-стоп, для другого придумано, вот и используйте по делу».
Вот и сложилась картинка, как будет проходить изучение «лилипутии», или как там на самом деле называется эта область. Кланы будут фармить кристаллы, вкладывать кучу энергии в каждую вылазку разведчиков. Лишь потом колоссальные расходы начнут отбиваться.
Можно будет брать с них мзду за использование установки. Только не сильно наглеть, а то наживём врагов, замаемся по норам прятаться. Хотя… У нас и так полконтинента во врагах из-за Зика. А вот, кстати, и рычаг давления на них. Глядишь, и поумерят пыл радетели за веру, если им пригрозить отлучением от исследования новой зоны.
Кстати, это ведь отличная идея. Старые кланы не накинутся на этот материк как голодные волки на одинокую овцу. Одни сосредоточит усилия по наращиванию преимущества на Альгортуме, вторые на новом континенте, третьи на фарме данжей испытаний, четвертые на зазеркалье и лилипутии. И пусть никто не уйдет обиженным, как говорится. Да, подобное решение несколько снизит градус страстей. Хоть и не слишком сильно. Мясорубка всё равно выйдет знатная.
«Эх, Толян. Копи ресурсы. Рубилово тут будет, мама не горюй!» — мысленно обратился я к старому другу.
Так, это всё лирика. Мы вообще где? И почему воздух такой тяжелый? Едва оглядевшись, понял. Давненько моё внимание привлекли парящие шары испытаний, именно тем, что они больше всего походили на полноценные планеты в уменьшенном масштабе. Судя по всему, оказались на одном из них.
Мы находились в кратере. Воздух внутри был чуть подсвечен, а вот снаружи воронки царила ночь. Я высунул голову, и дыхание тут же сперло. Содержание кислорода за пределами ямы было катастрофически низким.
Мы по очереди выныривали из кислородного пузыря и изучали обстановку вокруг. Примерно метрах в пятистах обнаружили такой же подсвеченный голубым сиянием кратор. Еще за пятьдесят шагов два припыленных бугорка, похожих на тела.
— Ваши соображения, господа? — обратился я к сокланам.
ТихийШелест: Испытание иномирское однозначно. Скорее всего кусок их реальности.
Ирма показала высоко в небо. Там виднелся круглый силуэт большого небесного тела. По цвету стало ясно, это как раз вторая планета-испытание. Возможно, два задания связаны. Пораскинув мозгами, изрёк:
— Аквариумы на башку, в которых под водой плавали, там на пару вздохов воздуха будет, а потом рвём когти до тел вдали. Дальше разберёмся.
Я и Тихон напялили круглые стекляшки на башку. После бафа на скорость рванули как заправские спринтеры. Правда, бежать с задержкой дыхания — это, мало того, что мозголомно, так еще и очень непросто с точки зрения управления собственным телом. Организм кричит: «Эй, хозяин, у меня не так в базовых настройках прописано! Я либо плыву с задержанным дыханием, либо бегу с активной подачей кислорода. Ты вот щас вообще дичь творишь!».
Тяжело было не только мне, но и лучнику. Хотя дроу переносил это более стоически. По крайней мере, природная сдержанность в эмоциях проявилась и тут. А может, просто на темной коже не так видно, что лучник посинел от нехватки кислорода.
Мы добежали до тел и резко перевернули их. Сняли со спины странные рюкзаки, как у охотников за приведениями, отцепили обволакиющие кислородные маски и рванули обратно. Тихон попробовал подцепить систему жизнеобеспеченья к себе, разгерметизировался и попытался вдохнуть, только вот внутри кислорода не оказалась. Что логично, ведь иначе неизвестные путники дошли бы до кратера. Лучник вылупился на меня, осознав ошибку.
Он стал задыхаться, а я побежал назад что было сил, надеясь, что успею его спасти.
Глава 27. Перевернутая пирамида
Я влетел в кратер и завалился на землю, со свистом втягивая воздух и насыщая клетки кислородом. Ощущения были как в конце третьего раунда, когда все пятнадцать минут боя активно рубился.
Меня рывком подняли на ноги. Шустрые пальцы Леи и Артура уже обследовали притащенный рюкзак. Они нашли нужную кнопку и воздухосос загудел, под давлением загоняя в болоны живительный кислород.
Паладин тут же вырубил прибор. Нацепил на себя рюкзак и, надев маску, рванул на помощь лучнику. Его здоровье стремительно таяло. Кислородное голодание почти убило Тихона. Мы все взобрались на край кратера, дыша пограничным воздухом с низким содержанием О2, лишь бы увидеть, происходящее.
Паладин подскочил к Шелесту, когда тот корчился, лежа в пыли, и успел снять с себя маску и поднести
