вас свяжусь, найду для этого способ. Такая постановка вопроса, на первый взгляд, немного жестковата, но она оправдана объективными обстоятельствами.
— У меня нет возражений, — тут же отозвался Савельев. — Всё правильно. Мы всё понимаем.
Космолет, постепенно снижаясь, входил на темную, ночную сторону планеты. В передней части летающего овала понемногу начало нарастать желтое свечение — космический корабль соприкоснулся с верхними слоями атмосферы. Земляне еще никогда не возвращались из космоса, поэтому все ощущения были в новинку. Посадка на Марс в этом плане была не в счет, там всё было по-другому. Постепенно по космолету пошла небольшая вибрация.
— Всё нормально, не пугайтесь, — успокоил голос айголианца, — так и должно быть.
— Мы и не пугаемся. Телевизоры все смотрим, — отозвался за коллег Евгений Макаров.
Горизонтальная и вертикальная составляющие скорости корабля постепенно падали. Внизу, в иллюминаторах, светилось похожее на огромного осьминога пятно столицы.
— Смотрите, даже ночью Москва не спит, все куда-то едут, мельтешат, — произнес Дима Кондрашов.
— Москва-то еще ничего, а вы видели только что западную Европу? — поддержал разговор Валя Рудников. — Сияет. Особенно Германия и северная Италия.
— А ведь этот свет Земли должны видеть цивилизации на ближайших звездах, если эти цивилизации там есть, — мечтательно сказал Андрей Чернеев. — Если у них есть мощные телескопы, то они должны о нас знать. Земля излучает электрический свет уже более сотни лет, и его мощность нарастает с каждым годом.
— Теоретически вы правы, Андрей, — отозвался Лэймос. — Вот только на практике это не подтверждается. Я занимаюсь этим вопросом, но, к сожалению, пока безрезультатно. Слишком мал период времени по космическим меркам. Даже моя двадцатитысячелетняя жизнь — лишь миг по сравнению с жизнью хотя бы одной звезды. Звезды рождаются, живут, умирают, но всё это длится многие сотни миллионов, миллиарды лет. Я уже вам говорил, что вероятность пересечения цивилизаций по времени мизерна, практически равна нулю, и это просто чудо, что наши цивилизации почти пересеклись. Я говорю «почти», поскольку так оно и есть на самом деле. Мое сегодняшнее электронное существование не в счет.
— Да, грустно всё это, — согласился с доводами айголианца Андрей.
Но Лэймос продолжил рассуждения:
— А вот названная мной условно как квантовая цивилизация — это нечто другое. По всей видимости, они существуют практически вечно. За это время научились не совершать ошибок, которым подвержены белковые цивилизации. Они не воюют, они хранят себя. А мы себя постоянно уничтожаем. Разум и развивает, и уничтожает. Это происходит одновременно. Земле еще много через что придется пройти, прежде чем она более или менее достигнет процветания. Поверьте мне, я это наблюдал и изучал в истории моей родной Айголь. Пока шел разговор, космолет в автоматическом режиме начал снижение, практически снизив горизонтальную скорость до нуля. За иллюминаторами уже не видны были дальние огни поселений. Посадка совершалась практически в кромешной темноте, лишь при свете звезд среднерусского августовского неба.
Легкий толчок. Семерка искателей приключений воссоединилась с родной планетой.
— Ну, вот вы и на Земле.
Голографическое изображение Лэймоса Крэста возникло в проходе между двумя рядами кресел, на которых сидели земляне.
— Близится час расставания, — продолжил айголианец. — Скоро рассвет, и космолету нужно будет взлететь до того момента, как наступит утро. Тут неподалеку проселочная дорога, она и приведет вас на станцию. Ваши вещи в багажном отделении. Вы можете забрать их прямо сейчас.
Настал, пожалуй, самый трогательный момент за эти почти три недели общения представителей двух цивилизаций. Земляне сидели, молчали и не могли сдвинуться со своих мест.
— Друзья, — нарушил тишину Лэймос, — как говорят у вас в России — прощайте и не поминайте лихом!
— Да, конечно, — очнулся от оцепенения Сергей Алексеевич. — Мы уже всё сказали друг другу, не будем повторяться. Прощайте, Лэймос!
— Не прощайте, а до свиданья, — корректно поправил руководителя его заместитель Евгений Макаров. — Возможно, когда-нибудь еще и свидимся.
— До свиданья! — произнес пришелец, и его изображение стало медленно таять, пока совсем не исчезло.
— Всё это очень трогательно, — сдавленным голосом произнес Сергей Алексеевич. — У меня прямо слезы к горлу подступили. Но нужно пробираться на выход, друзья.
Шлюзовой отсек космолета медленно открылся, и снаружи пахнуло мокрой травой и соснами. Все семеро почувствовали этот запах и с блаженством глубоко вдохнули земной воздух.
— Как же всё-таки прекрасна наша Земля! — произнесла Наташа. — Никуда больше не хочу, ни на какой Марс.
— А я даже в Турцию не хочу, — поддакнул Женя Макаров. — Только в средней полосе России такая необыкновенная природа.
Спусковая лестница космолета выехала и уткнулась нижним концом в мокрую траву.
— Спускаемся, ребята, — пригласил всех Сергей Алексеевич. — Ничего не забывать. Возвратиться, чтобы забрать, скорей всего не удастся.
Путешественники осторожно стали сходить вниз, неся в руках свои повидавшие виды пожитки.
— Ой, роса, — как-то удивленно сказал спустившийся первым Женя Макаров. — Мы совсем от нее отвыкли.
— Ничего, обувь просохнет, — с оптимизмом отозвался Игорь Лебедевский, — не беда. Зато мы снова на твердой почве.
Все семеро спустились с космолета и в последний раз подняли головы, чтобы попрощаться с ним. Черная каплеобразная громадина стояла в темноте на фоне звездного неба и излучала мощь и таинственность. Со стороны, издалека, донесся звук проезжающего поезда.
— Всё, пошли, — скомандовал Савельев. — Никому не от ставать. Направление понятно.
Отойдя метров на сорок, земляне все, как по команде, вдруг остановились и еще раз оглянулись на инопланетный корабль. Огни его были погашены, так что со стороны космолет практически не был виден, лишь угадывался его огромный контур на фоне уже светлеющего неба. В России встречал рассвет обычный летний августовский день.
Высокая орбита планеты Земля
Звездолет «Айголь»
Спустя несколько часов
Несколько минут назад космолет вернулся на свое привычное место в стыковочном отсеке звездолета «Айголь».
В который уже раз четко сработали электромагниты, притянув каплеобразную конструкцию. Автоматически защелкнулись фиксаторы, и космический корабль замер, видимо, теперь уже надолго, если не навсегда.
