сыновьям не пришлось расти в этом жестоком мире, но как же она ошибалась. Они выжили. Два мальчика год за годом росли и вот наконец выросли, возмужали, но она этого всего не видела. Какое-то время, она ещё пыталась себя убедить в том, что от того, кого вырастил Дроглс не жди ничего хорошего, но сейчас ей уже не было чем оправдаться. И вот она стоит в объятьях сына, который любит её, хотя должен ненавидеть, а по её щекам бегут обжигающие слёзы.
***
— Клот. — Окликнули махра и тот обернулся.
— Сэм, верно? — переспросил с улыбкой тот.
— Да, мне сказали, что я могу найти тебя здесь. — Ответил Сэм и остановился.
— Я слышал, что вы там только что на площади сделали и рабочих уже доставили в госпиталь, так что если тебе нужна помощь, я к твоим услугам. — Ответил Клот.
— Когда, мы сюда попали у нас конфисковали вещи. — Сказал парень и больше ничего не потребовалось добавлять.
— Понял. Они на складе могу отвести тебя туда прямо сейчас. — Сказал он и взял у одного из своих подчинённых ключи. — Обыск — стандартная процедура, ты пойми правильно, но мы проверили ваши вещи. Ничего запрещенного, так что можешь сказать остальным, что они могут забрать свои в любое время. — Сказал Клот, когда открыл перед парнем дверь в пещерку с полками.
— Остальное я заберу позже. — Сказал Сэм и вышел из пещерки.
— Без проблем. А что это? — спросил махр и указал на сложенный листок в руках парня, ради которого, судя по всему, и был затеян весь этот поход на склад.
— Мне тоже интересно. — Ответил парень и пошёл быстрым шагом обратно в главную пещеру.
Когда он наконец добрался до «домика» Вигли, то там уже собрались все. Ола весело болтала с Вигли, не без постоянного надзора Хорвита, разумеется. Уэль сидела на этот раз с сыном, и красноватые глаза свидетельствовали о недавних слезах. Огли, присела около Хорвита и Ватии, которую тоже пригласили, и болтала со всеми, кто готов был слушать.
— О, Сэм вернулся. — Заметила появление юноши Ола.
— Сэм, присоединяйся. — С весёлой улыбкой сказал Ньют и указал на свободное место подле себя.
— Благодарю, но я всё же постою. — Напряжённо ответил тот и все разговоры тут же прекратились.
— Сэм, что-то случилось? — спросил с опаской Ньют.
— Ничего нового, просто у меня возник вопрос. Откуда ты знал, что электричество убьёт червя? — в лоб спросил он.
— Видел где-то. — Немного сконфужено ответил Ньют. — Но я не понимаю к чему теперь эти вопросы. Он мёртв, нам больше ничего не грозит и давайте закроем эту тему. — Попросил он и все бы так и сделали, но Сэм не собирался просто так отступать.
— Если так, то ты мне не объяснишь что это такое? — спросил Сэм и стал разворачивать бумажку, которую принёс с собой. Все присутствующие перевели недоумевающие взгляды на листок, а Ньют резко поменялся в лице.
— Сэм, это ты нарисовал? — спросила Ола, которая не могла понять, что происходит.
На листе, который развернул Сэм была чёрно белая картинка. Пещера точь в точь, как та из которой они сегодня еле ноги унесли. Только на рисунке в её центре горой были навалены кости вперемешку с ещё живыми жителями пещер, а над ними возвышался огромный червь, которого била током еле живая ведьма.
— Нет, его нарисовал не я, а Ньют. — Ответил он и все перевели недоумевающие взгляды на него.
— Ньют, не припоминаешь, раннее утро в Альенде шесть недель назад, в день нашей с тобой первой встречи. Ты сидел в одиночестве за столиком около кафе и рисовал. Ты выбросил его, а я подобрал. Что, вспомнил? А теперь объясни, как такое может быть, что на этой иллюстрации может быть изображена пещера, в которой мы сегодня были? — спросил с вызовом Сэм, но парень не ответил.
— Я могу тебе ответить. — Подала вдруг голос Ватия, чего никто точно не ожидал.
— Ты? — переспросил Сэм.
— Да, я. Ведь я, как вам уже известно, пикси, но вы, видимо, ещё не сталкивались с подобными мне, иначе бы знали, что мы не только можем впитывать и переносить магию, но и чувствовать, распознавать разные её виды. Сегодня же утром произошло что-то странное и я впервые за очень много лет почувствовала присутствие деливейса, а когда вы вошли в зал старейшин, я увидела его в лицо. — Ответила она.
— Деливейс, по моему так Абаас называл Ньюта. — Вспомнила Ола.
— Деливейс, провидец, оракул — называйте, как хотите, это всё равно ничего не изменит. — Пожала плечами пикси.
— Выходит, избранная не Мэл, а Ньют. — Сказала Ола и сама скривилась. — Но это же чушь, какая-то. В пророчестве сказано, что избранный будет и ведьмой и дайлентом, а Ньют чистокровный дайлент. — Сказала она. Хорвит смерил её сердитым взглядом и она тут же замолчала.
— Это правда ты нарисовал? — спросила Уэль и взяла из руки Сэма рисунок.
— Да, я. — Тихо ответил он.
— Но почему ты не сказал нам об этом? — нежно спросила она и взяла его за руку.
— Потому что ему страшно. — Вдруг осенило Олу. — Я давно уже ощущала, что он чего-то боится, но просто не знала, что это, а теперь всё сходиться.
— Вы все, просто не понимаете. — С отчаяньем в голосе сказал Ньют. — Это не дар, а проклятье. Мне сняться сны, ужасные сны, и пока я их не изображу на бумаге, они продолжают меня мучить, а самое ужасное в том, что я знаю, что то, что я нарисовал, настигнет меня рано или поздно, но уже по-настоящему. Вы не понимаете, какого это. Я чувствую тоже, что чувствуют те, кого я после рисую. Я буквально переживаю всё это ночь за ночью. — В раз выпалил парень всё то, что так тяготило его уже продолжительное время.
— Любой дар может показаться проклятьем, если не уметь им управлять. — Вставила Ватия, а Ньют собирался было подняться, чтобы уйти, но Уэль удержала его за руку.
— Ньют, а давно у тебя эти сны? — с сочувствием спросила она, не зная как ещё может помочь.
— С тех пор, как в меня перешло проклятье Могта от Мэл. — Ответил после минутного молчания парень.
— Но это не возможно? — вдруг встрепенулась Ватия. — Дар предвидения не получают, с ним рождаются.
— Да, в детстве мне они тоже снились, но потом перестали. — Ответил Ньют.
— И сколько их не было? — тут же спросила девушка-пикси.
— Лет десять, где-то. — Ответил удивлённо парень. — А это важно?
— Силы деливейса не могут просто так дремать столько лет подряд. На
