Читаем без скачивания Леший - Андрей Северский

почему-то нет системного умения «идентификация», готов предложить мой дар — Взгляд Одина. Имей в виду, он идёт жрецам.

— Зачем мне «взгляд», если у этого черномордого есть привязанное пространственное кольцо D-ранга, да и опыта с него можно выдоить, пятьдесят одно ОС. Проще убить падлу! Так ещё моральное удовлетворение получу.

В общем, за этого натурального козла, на которого потрачено больше тысячи очков Системы, удалось выторговать всего лишь дэ-кольцо взамен привязанного, накопитель системных очков, да системное умение снятие привязки вещей. Плюс туманное обещание помочь с преодолением пары пределов — хочу пробить мудрость и интеллект.

Возвращаюсь в личную комнату, здесь уже почти закончили — система проста в установке, лишь закрутить по несколько гаек на ярус. Возвращаю себе бф, снова переодеваюсь (больше подобное не потребуется). Быстро заканчиваем, раскладываем оружие. Имеющиеся бездонные сумки использую как хранилища под патроны, гранаты, мины и выстрелы. Надо добыть ещё несколько, чтобы каждый вид лежал в своей «ячейке» для лучшего ориентирования.

Переход…

Как оказалось, «предательство» Ка оказалось не последним на сегодня, вскоре после перехода ко мне явился Серый — старший лейтенант Булкин Сергей Петрович, заявивший, что написал рапорт о переводе из Экспедиционной группы. Видите-ли, он чувствует себя виновным в смерти невинного человека — той девушки-игрока, что подорвалась на фугасе. Млять!!!

Глава 30. Договор и сопутствующие процедуры

Я ошибался в Сашеньке, признаю свою ошибку. После возвращения группы штатная психологиня взяла всех бойцов под незримую опеку, откуда только столько энергии, участия и властности одновременно, в миниатюрной, относительно двухметровых мужиков, девушке. Подполковник был взят за хобот, снабжён бездонной сумкой и отправлен в ближайший магазин за крепким спиртным.

Мало-ли что насквозь режимный объект, СЕЙЧАС оно нужно! Напиваться не надо (да никто и не даст), но грамм сто-двести принять на грудь просто необходимо.

Пока готовится стол в нашей жилой секции, «отделение» отправилось в баньку. На базе есть и она. А также сауна, хамам, бассейн, не говоря про два тренажёрных зала. Финансирование службы позволяет и не такое.

Ход с баней — просто высший класс. Из неё группа вышла умиротворённой и почти счастливой. Саша, словно завзятый тамада, тостами быстро закинула в бойцов по три рюмки, лишь затем «позволив» всерьёз навалиться на еду. По мере сил тоже участвовал в этом спектакле, хотя на душе был раздрай. Как ни странно, именно в этот момент я понял, что никому на этой Земле не нужен и не важен. Имею в виду, помимо моей роли «зарабатывателя» системных очков. Хреновое состояние, если честно.

Отбыв «пир», решил наведаться в тренажёрку, поработать чисто в своём теле, без боевой формы. Хотелось «сжечь» негативную энергию, выплеснуть раздражение, за тяжёлой нагрузкой забыть о переживаниях.

В процессе моего самоистязания пришла Александра, присела неподалёку. В первый момент хотелось нагрубить ей, но сдержался, понимая, что это клокочет обида внутри меня. На Ка, на Серого, но в первую очередь на самого себя. Как же, обманули в лучших чувствах. Предали всеобщего благодетеля!

— Так и будешь молчать? — спрашиваю её.

— Ты не надорвёшься? Двести килограмм на штанге далеко не шутка…

— Это тело и не такое выдержит! — с лёгким раздражением «отмахнулся» я от её заботы, продолжая делать жим лёжа. При этом хватило дыхания на две фразы.

— Хотела предложить тебе поговорить, если ты готов воспринимать меня как специалиста.

Заканчиваю упражнение, репликами всё-таки сбил дыхание. Отвечаю:

— Честно говоря, сегодня ты меня удивила. Передумал списывать тебя за профнепригодность. Так что поговорить готов, только немного погоди. Мне надо чуть успокоить нервы.

Сделал комплекс упражнений по одному подходу, при этом беря максимальные веса, которые мог выдержать. Не обращаю внимания на микро-травмы, регенерация залечит буквально за несколько часов. Последним пунктом — боксёрская груша. Жаль, что в системе Кадочникова упор сделан на самооборону, ударной техники практически нет. Сейчас бы она мне пригодилась, выместить злобу «за всё» на тренировочном оборудовании.

Но и так получилось впечатляюще — стоило представить перед собой рожу Ка, как на грушу обрушились хлёсткие удары, а восходящий удар правой ногой скинул её с крюка, уронив на пол. Гоблин от таких ударов точно не выжил бы.

— Спустил пар? — услышал я.

— Да, — ответил Александре.

— Так переживаешь из-за миссий?

— Что-о? Нет, ты сделала неправильные выводы из-за отсутствия достоверной установочной информации. Просто у меня жестокий кризис доверия. Сначала выясняется, что мой раб хочет убить меня…

— Раб? — удивлена девушка.

— Тебе вообще ничего не рассказали? Ох уж, эта наша вечная секретность! Ты точно хочешь всё узнать?

— Одной распиской больше, не страшно. Выкладывай.

Ну, я и рассказал, стараясь ничего не упустить, а временами даже сгущая краски для большего эффекта.

— То есть, та твоя фраза про многочисленные убийства и геноцид не была шуткой?

— Нет, не была. Тоже побежишь писать рапорт на перевод из группы?

— Ты раздражён уходом старшего лейтенанта Булкина?

— Не уходом, а бегством! Распустил сопли из-за одной смерти! Сапёр называется!

— Для него это тяжёлый удар, он занимался лишь поиском мин и их обезвреживанием, а тут по его вине…

— Да с чего вы взяли, что тут есть его вина?!? Приказ отдавал я, он только исполнял.

— К большому сожалению, я не смогла убедить его посмотреть на произошедшее с такой точки зрения.

— Это было понятно с самого начала. Втемяшил в голову мысль о вине!

Немного помолчали.

— Сеанс психотерапии завершён, пойдёшь писать отчёт? — пытаюсь уколоть психолога, злость во мне улеглась не до конца.

— Конечно, отчёт обязателен. Мне кажется, тебя волнует ещё что-то, ты не успокоился полностью.

— Прозорливая какая…! Лучше выясни психологическое состояние бойцов, готовы они к следующим миссиям? И я всё ещё жду твоего заключения о движущих мотивах всех бойцов.

— Так точно! Разрешите исполнять? — она вытянулась по стойке смирно.

— Очень смешно, — фыркнул я, — Исполняйте! Стоять, раз-два. Доложить товарищу подполковнику о ставшей известной вам секретной информации, дать ещё одну расписку. Шагом марш!

Действительно, мой кризис доверия невероятно глубок. К примеру, задумался: «Чего ждать от Вольнова? Что с его младшим сыном? Намерен он после его исцеления продолжать службу в группе? Или сразу уйдёт? В таком случае, выздоровление лучше немного задержать… Ого, начинаю потихоньку превращаться в сволочь?»

Далее, как поведут себя остальные члены отряда? Я не могу им приказывать, у них есть «настоящее» начальство. Ясно лишь одно, пока они не докажут… как-бы это сказать… верность мне, никакого усиления они не получат. Пора становиться мерзотным прагматиком.

Ещё больше беспокоят отношения с руководством страны, из которого я до сих пор видел