— Только… Элейна… Я прошу тебя, осторожнее.
— Не волнуйся, — она смешливо прищурилась, глядя на отца Санджифа. — Всё будет отлично. Идёмте, Илья.
— Саф, а что, и ты отправляешься? — удивился петербуржец, заметив, что друг, тоже оказавшийся рядом, старательно застёгивает пуховик. Рядом с ним деловито снаряжалась Маша, серьёзная как никогда.
— Все отправляются, — пояснил господин Аовер. — Цель ведь не только в том, чтобы настичь…
— …но и добить. Идёмте же, Илья! Нам ещё готовиться и усаживаться.
Что удивило юношу — виверны ждали не во дворе, а на плоской крыше крыла, пристроенного к донжону под галереей. Чудесные существа нервничали, многие шипели, а Феро и вовсе пытался кинуться на любого, кто протягивал руку к его узде — кроме хозяйки, конечно. Госпожа Шаидар ухватила его за трензеля и, заставив опустить голову, что-то тихонько сказала. Виверн успокоился и терпеливо покосился на Селсида.
Госпожа Элейна без спешки взялась за стек, свинтила навершие с петлёй для запястья, сняла перстень-инструмент и нанизала его на ручку стека. Завернула навершие обратно. Затянув петлю на запястье, коснулась стеком седла, которое из двухместного в один миг стало трёхместным. Селсид первым уселся сзади.
— Пристегнитесь, — посоветовал ему Илья.
— Смешная шутка, — последовало в ответ.
— При чём тут шутка?! Вы соскользнёте с виверновой спины. На скорости же полетим!
— А вот вы, Илья, не забудьте пристегнуться.
Юноша поджал губы и отступил — он ждал знака госпожи Шаидар, которая всё ещё возилась со своим питомцем и на будущих спутников не обращала ни малейшего внимания. Рядом на спины виверн — тоже скоростных, хоть и попроще, помассивнее, — усаживались и другие телохранители Ильи. Держать вожжи собирались Эрхед и, к удивлению петербуржца, Хейдар.
— Эх, давненько я не брался за поводья, — отметил довольный гладиатор, разбирая ремни.
— Если сомневаешься, меня пусти, — вмешался Денис.
— Отойди, аурис! Куда тебе!
— Всё нормально, — Абло хлопнул Дениса по плечу. — Он хорошо правит. И гонял даже, причём недавно… Ну, Илюха, ни пуха тебе, как у вас говорят.
— К чёрту.
— И ладно тебе крыситься на Селсида. Селсид — телохранитель, каких мало. Мастер своего дела. Я б на твоём месте его держался и свою жизнь ему всецело доверил.
Юноша с изумлением посмотрел на давнего приятеля, которому привык доверять.
— Ну не знаю… Он же циник.
— А тебе что требуется? Результат или возвышенные взгляды? Телохранители и солдаты — люди крайне циничные в своей работе, иначе они быстро становятся трупами. Хотя в других сферах могут быть очень даже романтичны. Короче, хватит умничать. Лучше спасибо ему скажи. Он за это время, что я тут, уже пару раз тебе жизнь спас. Как и ты нам всем — сегодня, — и усмехнулся.
Недоумевающий, Илья поплёлся к нервно вздрагивающему Феро.
Госпожа Шаидар старательно приводила в порядок манжеты. Потом полюбовалась маникюром, прежде чем натянуть перчатки. Оглянулась на огромного ногга, нахохлившегося неподалёку, — на его спине с комфортом готовилась к полёту госпожа Гвелледан.
— Будете работать приманкой, госпожа директор?
— Если понадобится, — чопорно отозвалась леди Уин Нуар. — Ты, главное, не дай маху.
«Она повезёт меня сражаться с лордом Ингеном?» — подумал юноша, глядя на госпожу Элейну. Плохо верилось, что та способна сама доставить его на встречу с неотвратимой и скорой смертью. Значит, у неё должен быть какой-то план. Может, застать противника врасплох? Когда он слаб или отвлёкся? Петербуржец доверчиво смотрел на женщину, уже однажды спасшую его и Санджифа от гибели, и знал, что, пока она рядом, у него есть верный шанс.
— Элейна, — позвал он с внезапно возникшей решимостью, то ли от смущения, то ли от торопливости позабыв присовокупить «госпожа».
Она обернулась и успокаивающе улыбнулась ему. Похлопала по ладони, лежащей на луке.
— Всё будет хорошо. Обещаю.
— Элейна. Госпожа Элейна… Я прошу вас — спуститесь к Истоку. Я вас очень прошу.
Сияние, мелькнувшее в её взгляде (словно она видела что-то, не имеющее отношение к тому миру, в котором пребывала), сменилось искристой улыбкой. Запрокинув голову, она завлекательно расхохоталась.
— Ну правда, — сконфузился петербуржец. — Очень прошу.
— Почему?
— Потому что не представляю этого мира без вас.
— Илья, это же у тебя на родине говорилось: незаменимых нет.
— Есть!
Усмешка пропала с её губ, словно и не было, но притаилась во взгляде. Взгляд был таким, что на миг юноша позавидовал уже двести лет как покойному императору, которого любила такая женщина. Это уже само по себе что-то да значит.
— Илья, знаете, даже его величество в прежние времена никогда не обращался ни к одному из своих подданных.
— Почему?
— Чтоб не получить отказа.
И отвернулась, напоследок подмигнув ему. А Илья в который раз подивился тому, как виртуозно умеет она смягчить урок такта — у него не возникло ощущения, что его окунули носом в его несовершенство. Феро резко сорвался с места и вошёл в холодный ветер, бушующий над замковой ардеорией. Илья, уже вполне привычный к полётам, оглянулся на Селсида — тот сурово смотрел прямо перед собой, губы были белые, то ли от холода, то ли от напряжения.
Неслись так быстро, что глаза секло ветром, не давало смотреть. Большую часть времени Илья сидел с закрытыми глазами, старательно цеплялся за луку, помня, что сзади — ещё один человек, причём не пристёгнутый, для которого любой толчок может стать смертельным. Потом, когда виверн немного сбросил скорость, петербуржец смог открыть глаза и рассмотрел других чудесных существ, торопящихся с ними в бой, летящих следом, и тех, что шли чуть впереди, и величавую тёмную тень ногга, плывшего со скоростью, не уступающей бойкости Феро.
А потом в воздух, сквозь который они неслись, влилась магия. Много, очень много опасной, страшной магии, и недостатка в энергии здесь не было. Виверн госпожи Шаидар встрепенулся, и размеренное, прямолинейное движение превратилось в рваное, непредсказуемое, изобилующее фигурами, которые можно было бы назвать художественными, не будь они так негармоничны и настолько лишены внутреннего ритма.
И здесь Илье не понадобилось никаких подсказок, чтобы понять: чем более непредсказуем полёт виверна, тем худшей мишенью он является для боевых чар. В какой-то момент желудок юноши рванул вверх — это означало, что виверн рухнул к земле, а потом вошёл в «штопор». Госпожа Элейна откинулась назад, фиксируя руками поводья, и Илья разглядел её напряжённое лицо, сосредоточённый взгляд. Мимо замелькали осколки заклятий, юноша понял, что их обстреливают, и напрягся. «Штопор» так и не превратился в падение, да сомнений в этом и раньше не возникало. На какой-то миг виверн резко замер в воздухе, пропуская полосу прозрачного огня — в неё едва не вляпался виверн, управляемый Эрхедом, — и Селсид крикнул:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
