В это время одна за другой с «Волчонка» стартовали две спасательные капсулы, почти мгновенно исчезнув во вспышках попаданий. Несмотря на мощный обстрел ракетами, которые снесли часть «глаз» линкора, экипаж все-таки смог отреагировать. Они понимали, что найти капсулы в системе вряд ли представится возможным, а свидетелей оставлять явно не хотели. Пилот линкора или пришел в себя от нашего внезапного появления и обстрела, или только добрался до пульта. Но восемнадцать секунд с момента нашего выхода через червоточину — слишком много для быстрого реагирования. Скорее всего, команды действительно не было на боевых местах. Могу даже предположить, что был дежурным оператор артиллерийских систем, так как щиты поднял явно искин линкора, а вот артиллерия ответила достаточно быстро, так что, скорее всего, моя версия была верна. Нас ждали.
— Суки!!! — бешено заорал я, одновременно начав поворачивать «Волчонок» носом к нападавшему Меня от рикошета развернуло, да и судно от него изрядно тряхнуло. Причем залп сделал свое дело, я фактически лишился своих щитов. Мой крейсер, конечно, мощный корабль, но против линкора — что моська против слона.
Несмотря на то, что снаряды пушек, пробив щит, прошли рикошетом по броне, повреждения были тяжелыми. Часть брони сорвана, разгерметизация отсеков, повреждения энерголиний, из-за чего пришлось перейти на дублирующую. Из восемнадцати башен средних орудия две молчали. Также не отзывались двадцать три турели ПКО. Был поврежден радар и снесена антенна сканера.
Продолжая давать залпы через пробитый щит по броне линкора из спаренных орудий, пока крейсер разворачивался, с помощью плохо работающего радара рассмотрел, как из-за корпуса линкора появился еще один враг. К моему удивлению, это оказался такой же «Брон», как и у меня. Разнотипность кораблей явно указывала, что это пираты. Причем граждане нашей империи. Антарцы бы постарались взять в плен побольше людей, чтобы сделать из них рабов, эти же делали наоборот.
Все искины «Волчонка» работали на пределе, помогая мне.
— Есть захват цели! — закричал Игорь. — Давай, бей, командир, отомстим за девчат!
Как только в прицеле показался корпус линкора, набиравшего энергию, чтобы новым залпом добить меня, я дождался, когда система наведения ухватит четвертый сегмент брони рядом с реакторным отсеком, и произвел выстрел. Я знал, что в этом месте проходят энергокоммуникации. Пробить я не смог, но сегменты брони промял изрядно, следующий выстрел явно пробьет это место.
Одновременно с выстрелом Купитман доложил, что из червоточины выходит «Болиф».
Видя, как пилот заполошно разворачивает «Влон», чтобы подставить мне борт с неповрежденными щитами, я произвел третий залп, присоединив к нему выстрелы средних орудий. Снаряд туннельника снес часть брони не успевшего развернуться «Влона». Меня немного удивила заторможенность ответных действий экипажа линкора, но чуть позже я сообразил, что видимо повреждения у них от моих выстрелов все же были достаточно серьезны. Как же хорошо, что я застал их фактически со спущенными штанами.
Наблюдая вспышки разрывов — к сожалению, ни один снаряд так и не пробил толстую броню линкора, — я услышал сообщение Быкова:
— Абордажные боты у «Болифа».
В это время туннельная пушка перезарядилась, и я произвел выстрел в «Брон», снеся ему щиты и вызвав внутренние пожары в районе летной палубы. Добавив из средних орудий, я, продолжая маневрировать, направился к транспортнику, чтобы прикрыть его турелями ПКО, однако не успел приблизиться на дистанцию выстрела, как оба абордажных бота достигли «Болифа» и скрылись за его корпусом.
— Черт! — воскликнул я.
На «Болифе» пилот, видимо, успел разобраться, в чем дело, потому как корабль стал смещаться, но думаю, это ненадолго — наверняка оба бота уже пристыковались, и захват грузовика только дело времени. Жаль, что когда-то давно люди барона фактически уничтожили систему ПКО транспортника, она смогла бы помочь отбиться. Похоже, зря я решил восстанавливать ее на Миринде.
В это время мы одновременно с линкором произвели выстрелы друг по другу, в результате «Волчонок» стал разваливаться на части с пожарами и внутренними взрывами, отчего рубка тряслась как припадочная и звучала сирена, а на линкоре возник пожар в районе двигательного отсека.
Дальше оставалось только спасаться. Отдав уцелевшим абордажным и противоабордажным комплексам приказ атаковать противника, я побежал вниз, решив воспользоваться одним из шаттлов, однако новый залп достиг «Волчонка», добив его.
Последнее, что помню — как меня швырнуло на одну из стен кают-компании и отключилась гравитация с одновременным выходом воздуха через пробоины. Дальше, видимо, сработала защита комбеза, раз он превратился в скафандр.
* * *
Судя по обстановке, я все-таки находился в шаттле. Как я попал сюда, не знаю, видимо, меня принес дроид-стюард, что стоял в салоне. И судя по медицинскому клею на ноге, он воспользовался медаптечкой шаттла, благо нужные программы у него были. Я всегда был параноиком.
По примерным прикидкам, случилось вот что: нас засекли во время перехода в аномалию. Не знаю, это был то ли разведчик, то ли сам линкор, может, вообще разведывательный зонд. Не решившись лезть через червоточину — сканеры-то не работают, — они встали в засаде у входа-выхода, зная, что двух входов-выходов у подобных аномалий не бывает. Вот и дождались.
— Искин, доклад, — прохрипел я, как только хоть немного пришел в себя. Воздуха в комбезе хватит еще на час-полтора, да к тому же наверняка часть запасов вышла через пробоину на ноге, пока ее не залили клеем.
— Повреждение внешней обшивки локализовано. Утечка воздуха прекращена, однако пока шел ремонт, количество воздуха дошло до критической отметки. Системе жизнеобеспечения понадобится два часа, чтобы восстановить количество воздуха до приемлемого уровня. Кроме этого, поврежден реактор, выдает тридцать процентов мощности, и задний верхний маневровый двигатель. В данный момент он выдает только сорок процентов мощности.
— Курс?
— Мы находимся в ста тысячах километров от места боя и материнского корабля, пройдя через червоточину согласно приказу главного искина крейсера.
— Лечь в дрейф и отдать приказ штатному ремонтному дроиду заняться ремонтом шаттла, — приказал я.
— Выполнено.
За двадцать минут я проанализировал ситуацию.
— Ненавижу!.. Ну ничего, я еще отомщу!!! — хрипло закричал я, понимая, что мне осталось меньше суток. Реактор больше не протянет, а без него не выжить. Но я что-нибудь придумаю, я обязательно что-нибудь придумаю.
