Аилл осмотрел луг, и услышал птичьи трели и звон колокольчиков, который мог быть смехом. Он сделал три шага внутрь луга.
— Фейри, прошу, выслушайте меня! Меня зовут Аилл, мальчик Друн — мой сын. Пожалуйста, кто-нибудь может поговорить со мной?
На луге Мадлинг воцарилась тишина, только птица еще раз свистнула. И закачались люпины и шпорник, росшие рядом с холмом, хотя в утреннем воздухе не было ни ветерка.
Грайс потянул его за рукав.
— Пошли. Они готовят какую-то каверзу. Если бы они захотели поговорить с тобой, они бы уже это сделали. А сейчас они замышляют какую-нибудь злую шутку. Пошли, пока с тобой ничего не случилось.
Оба пошли обратно. — Они странный народ, — задумчиво сказал Грайс, — и думают о нас не больше, чем мы думаем о рыбах.
Аилл попрощался с Грайсом и пошел обратно один. По дороге в деревню он свернул и подошел к полусгнившему пню. Достав Персиллиан, он поставил ее прямо на пень. Какое-то мгновение он видел в зеркале себя: симпатичный юноша с синими блестящими глазами, которого не портили тяжелая челюсти, сильный подборок и выпирающие скулы. Потом Персиллиан, из вредности, изменила изображение, и Аилл обнаружил, что смотрит в лицо ежу.
— Персиллиан, мне нужна помощь.
— Ты хочешь задать вопрос?
— Да.
— Это будет третий.
— Я знаю. Поэтому я опишу тебе мой вопрос, чтобы ты не ответила мне правдоподобной отговоркой. Я ищу моего сына Друна, которого похитили фейри из холма Трипли. И вот что я тебя спрашиваю: «Как я могу найти сына, живого и здорового?»
Я хочу знать в точности, как мне найти сына, освободить его от фейри холма Трипси, завладевших его здоровьем, юностью и умственными способностями, и не навлечь на себя их гнев. Я хочу сделать это сейчас, и мне не нужен план, который потребует недель, месяцев или лет; и я не хочу чтобы меня обманули каким-нибудь неведомым мне способом. Поэтому, Персиллиан…
— А тебе не пришло в голову, — спросила Персиллиан, — что ты ведешь себя крайне высокомерно? Ты требуешь у меня помощи, как если бы я что-то должна тебе. Я уверена, что, как и остальные, ты ревниво откажешься освободить меня, задав четвертый вопрос. Неужели ты удивляешься, что я так отрешенно смотрю на твои неприятности? А ты задумался, хотя бы на мгновение, о моих желаниях? Нет, ты пользуешься мной и моей силой, как будто я лошадь, которая тащит повозку; ты бранишь и тиранишь меня, как если бы какой-то подвиг дал тебе право командовать мной, хотя, на самом деле, ты тайком украл меня у короля Касмира; ну, и ты по-прежнему будешь оскорблять меня?
На мгновение сконфузясь, Аилл заговорил приглушенным голосом.
— Ты совершенно права, по большей части. Тем не менее сейчас я должен найти сына, и не могу думать ни о чем другом. Поэтому я вынужден повторить: подробно и полностью ответь на вопрос: «Как я могу найти сына, живого и здорового?»
— Спроси Мургена, — мрачно и печально ответила Персиллиан.
Аилл в ярости отпрыгнул от пня.
— Это не настоящий ответ, — сказал он, с трудом сдерживаясь.
— Достаточно хороший, — легкомысленно сказала Персиллиан. — Наши насущные проблемы толкают нас в разных направлениях. Конечно, если ты хочешь задать другой вопрос, задавай.
Аилл повернул зеркало лицом к лугу.
— Смотри! Вон там находится старый колодец. Время для тебя ничего не значит, но если я опущу тебя в колодец, ты утонешь в грязи. Вскоре колодец обрушится, и ты останешься там навсегда, как в могиле, и вот такой промежуток времени должен иметь значение даже для тебя.
— Вот предмет, в котором ты ничего не понимаешь, — горделиво и высокопарно ответила Персиллиан. — Напомню тебе: краткость — сущность мудрости. Но, поскольку ты не удовлетворен, я расширю свой ответ. Фейри ничего не дадут тебе, если ты не предложишь им какой-нибудь подарок. А тебе ничего предложить им. Мурген — мастер-маг. Он живет в Свер- Смоде под горой Габун, в Тич-так-Тич. Путь к нему очень опасен. В Падающей Щели придется пройти под валуном, стоящим на кончике камня. И убить сторожевого ворона, иначе он обрушит валун тебе на голову. На реке Сисс старуха с головой лисы и ногами цыпленка попросит тебя перенести ее через реку. Ты должен разрубить ее мечом напополам и каждый кусок нести отдельно. Там, где дорога натыкается на гору Габун, тебе повстречается пара бородатых грифонов. Ты должен дать каждому из них меду, при входи и при выходе; мед надо принести с собой. Оказавшись перед Свер-Смодом, крикни три раза: «Мурген! Это я, принц Аилл из Тройсине!» Когда ты будешь говорить с Мургеном, не робей; помни, что он такой же человек, как и ты — не очень добродушный, но не без чувства справедливости. Внимательно выслушай его слова и выполни их в точности. И, чтобы избавиться от упреков, я добавлю последний совет. Ты поедешь верхом?
— Да, собираюсь.
— Прежде, чем пойдешь к реке Сисс, оставь коня у деревни Нижняя Озви; иначе он наестся сводящих с ума растений и бросит тебя на камни.
— Ценный совет. — Аилл поглядел с тоской в сторону луга Мадлинг. — Кажется, лучше иметь дело с фейри, чем в первый раз добираться до Мургена через все эти опасности.
— Это только так кажется. Есть причины, почему выгоднее первый делом нанести визит Мургену.
И Персиллиан разрешила появиться на стекле отражению Аилла. Аилл какое-то время глядел на свое лицо, искаженное нелепыми гримасами; потом оно исчезло и зеркало опустело.
В Таун-Тимбле Аилл обменял золотую брошь с вделанными в нее гранатами на сильного чалого мерина с уздечкой, седлом и седельными вьюками. В лавке оружейника он купил приличный меч, тяжелый кинжал, сделанный в лайонесском силе и старый лук, побитый и поцарапанный: Аилл решил, что если его промаслить и натянуть, лук вполне способен стрелять; к нему прилагался колчан с двенадцатью стрелами. В лавке торговца одеждой он купил черный плащ и черную шляпу лесника. Городской башмачник подогнал к его ноге удобные черные сапоги. Сев на коня, Аилл опять почувствовал себя джентльменом.
Выехав из городка, Аилл поскакал на юг, к Малому Саффилду, потом на запад по Старой улице; на севере чернела громада Тантреваллеса. Наконец лес отступил и впереди замаячили голубые тени великого Тич-так-Тича.
Во Фрогмарше Аилл повернул на север, на Биттершо роуд, и через какое-то время оказался в Нижнем Озви, сонной деревушке с двумя сотнями жителей. Он снял номер в гостинице «Павлин» и весь вечер точил меч и проверял полет стрел на соломенном чучеле в поле за гостиницей. Лук действительно оказался крепким, но нуждался в починке; стрелы летели на сорок ярдов и даже дальше. Аилл с меланхолическим удовольствием посылал стрелу за стрелой в шестидюймовую цель; похоже стрелять он не разучился.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
