class="p1">– Скорее всего, все наши определения не отражают все функции найденного на дне озера сооружения. Да это и не важно. К сожалению, от него не осталось ничего, наши беспилотники в озере находят на дне лишь небольшие фрагменты этого сооружения. Теперь вся надежда на обнаружение второго… м-м, Буфера, принадлежавшего нашим предкам, оппонентам атлантов. От того, кто им завладеет, будет зависеть судьба… не скажу – всего человечества, но судьба России точно.
Вербов сжал зубы.
– Я понимаю.
– В связи с вышеизложенным мы хотим назначить вас крипторуководителем экспедиции.
– Кем? – удивился Вербов.
– На вас ляжет дополнительная ответственность за действия вашей группы и достижение цели всей экспедиции.
– Но я только обеспечиваю безопасность… руководит экспедицией профессор Ковалёв.
– До того момента, когда понадобится решать судьбу миссии. Вот ваш карт-бланш. – Крымзков протянул Денису золотого цвета кругляш размером с довоенный серебряный полтинник и толщиной в сантиметр.
Вербов повертел в пальцах кругляш, на обоих сторонах которого был выдавлен герб России и год.
– Лёгкий…
– Сдавите пальцами.
Денис послушался.
Над одной из сторон «монеты» высветилось голографическое изображение Земли с контурами континентов и красными границами России, под которым проступили слова: «Особые полномочия. Неограниченный ресурс».
Вербов невольно выпятил губы, едва сдержав желание присвистнуть.
– Ничего себе! Первый раз такое держу в руках!
– Чип реагирует только на ваши физические особенности. Естественно, предъявлять его стоит только в исключительных обстоятельствах.
– В прошлом походе карт-бланш был у Вершининой.
– Она классный спец по всякого рода артефактам, но при данных обстоятельствах мы решили опереться на вас.
– Кто это – мы? ФСБ?
– Не только, – шевельнул каменными губами Крымзков. – Над нами тоже есть структуры, заинтересованные в успехе экспедиции.
– Президент?
– Берите выше.
Вербов недоверчиво поднял бровь.
– Неужели… масоны?
Крымзков развеселился, ударив себя ладонями по коленям.
– Масонами нас ещё никто не называл. Это чисто российская организация, Союз Знающих, основной задачей которого является спасение русского этноса, русской идентичности, или, что практически то же самое, возрождение Святой Руси. Но об этом мы с вами серьёзно поговорим чуть позже.
– Когда? После возвращения? Мы же завтра уходим в поход.
– Нет, возможно раньше, вас известят. И напоминаю, о нашем разговоре никому ни слова!
– Слушаюсь.
Крымзков встал, протянул руку.
– Удачи, полковник!
Вербов ещё раз глянул на монету в руке, пожал генералу руку и вышел, исполненный желания во что бы то ни стало решить поставленную перед ним задачу.
Глава 11
Совбез
За последнюю неделю президент дважды собирал Совет безопасности, и Евтюху дважды пришлось докладывать главе государства и членам Совета о мерах, предпринимаемых Министерством обороны в ответ на новый всплеск антироссийской риторики, порождённый в недрах Госдепа США и подхваченный европейскими сателлитами и «шестёрками» – главами бывших советских республик.
Самая нестандартная и серьёзная обстановка складывалась вокруг Северного полюса, и далеко не вследствие притязаний всех северных государств на запасы природных ресурсов Арктики.
По докладам спутниковой, морской и кибернетической разведок, а также по сообщениям агентурных сетей, американский военный флот двинул в северные моря значительные силы, вдвое увеличил количество спутников, наблюдающих за Арктикой, и послал под полярные льды несколько подводных лодок, в том числе две лодки пятого поколения класса «Клинтон-зет».
Кроме того, в море Бофорта вышел авианосец «Трамп», имевший на борту девяносто самолётов F-35 «Лайтнинг-2» и F-18 «Супер Хорнет», а также около полусотни ударных беспилотников «Иззи», а с другой стороны, восточнее Гренландии, к границам льдов Арктического бассейна направился в сопровождении эсминца «Торонто» канадский вертолётоносец «Квебек» класса «Мистраль», имевший на борту, кроме вертолётов, четыре «морских охотника».
Эти сравнительно небольшие надводные беспилотники были неплохо вооружены и представляли нешуточную угрозу для надводного и подводного флота России. А если учесть, что ко льдам Арктики уже были запущены «охотники», не менее двух десятков – если судить по данным гидроакустической системы российских «Периметра» и «Статуса», ситуация и вовсе выглядела тревожной. Создавалось впечатление, что Америка собиралась начать «горячую» войну за Арктику.
– И вы утверждаете, Петрян Павлович, – сказал президент после второго доклада министра, – что активизация военно-морского флота США связана с мифической Гипербореей?
– Во-первых, Виктор Викторович, не мифической, – возразил Евтюх. – Константин Фёдорович может подтвердить.
Взгляды всех присутствующих обратились на директора ФСБ.
Калиничев кивнул.
– Фактов много, особенно в свете последних событий в Антарктиде. Второй артефакт под условным названием «Буфер» прячется на дне Северного Ледовитого океана, что и послужило основанием лихорадочной активизации американцев.
– Буфер, – задумчиво повторил президент. – Почему Буфер, что это означает?
– По некоторым историческим свидетельствам, на роль Буфера претендует легендарная гора Меру, – сказал директор НТ-центра ГРУ Делягин.
– Не слишком ли мы увлеклись мифами и легендами, уважаемые друзья, привлекая их в качестве документальной базы?
– Мифы отражают реальные события, и отмахиваться от них нельзя.
– Временным Буфером это сооружение на дне озера Восток назвал эксперт спецгруппы Дрёмов, – сказал Калиничев. – Судя по невероятному броску в прошлое Вербова и Вершининой, это сооружение и в самом деле было каким-то образом связано с прошлым, поддерживая временную линию, уходящую в глубь времён на одиннадцать тысяч лет. Если Дрёмов прав, то в глубинах Северного Ледовитого океана прячется вторая хронобаза, принадлежащая гиперборейской цивилизации, в то время как антарктический Буфер создали антаркты, несправедливо называемые атлантами.
– На мой взгляд, все эти атланты-антаркты и гиперборейцы – псевдонаучная белиберда, – проворчал Новожилов, директор Агентства стратегических инициатив, с недавнего времени начавший участвовать в заседаниях Совета.
– Не белиберда, Игорь Леонтьевич, – укоризненно качнул головой директор Службы внешней разведки Мягков. – Напрасно вы нас обижаете. Мы в докладах воду не льём, излагаем только факты.
– Всё равно это вода, – упрямо боднул лбом воздух Новожилов. Он был молод, амбициозен и уже прослыл «могильщиком проектов», ранее принятых в разработку сотрудниками Агентства. – Она течёт, а вы смотрите, смотрите… и гадаете на ней, как астрологи на кофейной гуще.
– Если долго смотреть на текущую воду, можно увидеть соседа снизу, которого вы заливаете, – изрёк секретарь Совета безопасности Калашников.
По лицам присутствующих пробежали улыбки.
Улыбнулся и президент.
– Надеюсь, ни нас никто не затопит, ни мы никого. Петрян Павлович, вы гарантируете скрытность наших оперативных сил в Северном океане?
Евтюх помедлил.
– Мы ввели в эксплуатацию ещё два «Уха»… прошу прощения, два элемента ГА-системы для мониторинга глубин северных морей… хотя этого ещё недостаточно для стопроцентного охвата всей акватории. Тем не менее мы хорошо видим не только передвижение надводного флота потенциального противника, но и соединения его хвалёных «морских охотников». То есть мы можем выдавать нашим подводникам безопасные маршруты.
– Каким образом?
– Система «Прозрачный океан» ещё тестируется…
– Прошу прощения, какая система?
– Нейтринная связь, – пояснил Делягин. – Нейтрино – это
