башни Мединет-Хабу и иные достопримечательности, сейчас лишенные туристической банальности. Даже лежащий у подошв гор Некрополь радовал глаз — вполне себе приветливое кладбище, там можно побродить меж древних могил, поразмыслить о вечном. Да и вообще, сверху-издали Стовратные Фивы и хиленький Луксор окончательно слились воедино, лачуги феллахов растворились в мареве раскаленного воздуха, стали частью веков, еще одним тончайшим слоем плодородных нильских наносов, достойной оправой благородного блеска реки. Но надо переться в горы, где еще жарче и тоскливее.
За пустынной грядой визгливо захохотал безумный дневной шакал. Катрин видела, как вздрогнула спина доктора, да и лошади заволновались.
— О, не все здесь умерло! — непонятно отчего оживился и проснулся Вейль. — Пустота и тлен — придуманы досужими философами. Везде жизнь, везде бурлящее бытие.
— Что за ерунду вы несете, Жак? — нервно осведомилась профессор. — Просыпайтесь и сосредотачивайтесь. До дела осталась пара километров…
На несколько минут нагрянул ветер, принялся петь в уши и двусмысленно дергать за одежду. Потом дорога пошла вниз и вновь навалилась тишина.
— То, что известно как гробница «KV-12/2, владелец неизвестен», — указала профессор. — Но каждый образованный человек обязан знать, что это пристанище второй супруги Аменхатепона III[1]! Господа, Долина Царей встречает вас! Нам вот туда…
На взгляд Катрин, в здешней долине чувствовалось куда больше пустынно-долинного, чем царского. Угадывались следы человеческой деятельности — что-то разрытое, что-то насыпанное — но это если приглядеться. В относительно скором будущем, когда придет мода на древнеегипетские ценности, сюда начнут ездить экскурсии, здесь будут шнырять местные ловкачи, приторговывающие кусочками мумий, обломками саркофагов и прочими редкостями. Богатые англичане и иные европейцы будут торговаться на жаре, выбирая себе кусочек сувенирного мертвеца поинтереснее и покрупнее. Видят боги, приход европейской цивилизации — сущее безумие. «Мне вот ту руку, а череп возьму поменьше, у меня полка над камином узкая. Но непременно с бинтами, иначе вообще не куплю!». Как подобное может считаться в порядке вещей?! Нет, дикий, но здоровый обычай собирать скальпы врагов и тот как-то понятнее.
Ученые специалисты экспедиции определили нужный сектор поисков и принялись карабкаться среди расщелин и ложбин, разыскивая «ту самую». Катрин отвела лошадей в относительную тень под склоном. Вокруг темнели старые следы кострищ, валялось что-то ветхое и насквозь прожженное солнцем. Входы в давно вскрытые и вычищенные погребения зияли чуть западнее. Осмелевший доктор немедля направился туда, чисто случайно прихватив лопату. Временный лагерь пришлось разбивать архе-зэка при помощи шефа. Не без труда натянули экспедиционный тент — люверсы из ткани выскакивали моментально, привязывать пришлось прямо за углы брезента.
— Мы здесь внизу как на ладони, — намекнула Катрин. — Наскочат случайные мамлюки или иной сброд, будем долго доказывать, что мы здесь с чисто коммерческими научными целями, а вовсе не на генерала Дезе хитроумно шпионим.
— Да, неприятности могут быть. Выставим часового. Вот доктор «Крест» удовлетворит свое детское любопытство и засядет где-нибудь повыше, — Вейль с сомнением посмотрел на надувной матрас, весьма мудро даже не стал пытаться его надувать и улегся на тощую подстилку.
— Это-то «Крест» вместо часового? Да он и пискнуть не решится в случае чего. Давайте лучше я со штуцером посторожу.
— Катрин, иной раз я вам искренне удивляюсь. Вы же взрослый опытный человек и вдруг такая наивность. Нет, нам с вами уже выписали персональное приглашение на посещение удивительнейшего захоронение. Уверен, это будет замечательно! То, что мне идти хочется ничуть не больше чем вам, ничего не меняет. Из нормальной охраны остались только мы, а мадмуазель-профессор, хотя и не верит в байки о сказочных кобрах, на всякий случай заручилась нашим присутствием. В утешение могу сказать, что это одно из самых небольших захоронений. Камилла зачитывала его параметры, но я не запомнил. В общем, оно небольшое. Больше времени потратим на перетаскивание исторических ценностей.
— Может и не придется перетаскивать? — предположила Катрин. — Найти вход, пусть и по точным координатам, этого маловато. Вход надежно засыпан, а бригаду землекопов мы с собой не взяли. Лично на меня не надейтесь — я свои кубометры еще у пирамид выбрала.
— Говорят, там лишь кладка, замаскированная неглубоким слоем камней. Склеп прятали, уповая на секретность и скромные размеры.
— Все равно, «небольшой слой» — понятие относительное. Нашими силами справиться нереально.
— Не получится, значит, не получится. Что вы волнуетесь? Но вы недооцениваете Камиллу де Монтозан. Профессор припасла заряд с простым и надежным детонатором, кроме того, она приволокла запасной заряд, три резервных детонатора, плюс бочонок отличного черного пороха — выпросила у офицеров «Неаполя», у профессора там теперь личные связи.
Катрин онемела. Конечно, археологи не ангелы, но применение взрывчатых веществ в одном из самых сакральных мест мировой археологической науки, это даже не кощунство, а вообще…
— Молчите? — шеф вытянулся поудобнее и блаженно закрыл глаза. — Правильно молчите. Я тоже несколько удивился. Но профессор именно за этим сюда и шла. У нее давние и страстные разногласия с египетским Министерством по делам древностей. Полагаю, она бы и их с удовольствием взорвала, но пока случай не представился. Рекомендую отдохнуть. Нам с вами еще и лезть в этот погребальный погреб.
Катрин шепотом дала неукротимой профессорше крайне нелестную характеристику.
— Как-как? — слегка удивился шеф. — Гм, а у вас получается много сочнее, чем у ученой дамы. Впрочем, можете высказать профессору и в лицо — сегодня она вряд ли что-то способна воспринимать.
Катрин посмотрела в сторону возящихся среди камней археологов — действительно, дорвались и абсолютно неадекватны. Теперь их разве что пулей остановишь. А это будет уже чересчур. Уважение к истории и погребениям это все верно, но необходимость поскорее вернуться домой — важнее. Тьфу, звучит цинично, а куда деваться.
К временному лагерю возвратился глубоко расстроенный доктор — в ближайшем склепе его встретила безнадежное запустенье: копоть, хорошо обглоданные бараньи кости, к тому же на исследователя набросилась уйма блох. Вейль предложил доктору взять аэрозоль от насекомых и занять сторожевой пост. «Крест», почесываясь, неохотно двинулся сторожить. Катрин направилась проведать лошадей — те понуро стояли в узкой полосе тени. Сверху пекло все сильнее, долина, окруженная не слишком высокими, но обрывистыми стенами-скалами, хранила недобрую тишину. Было слышно, как сидящий в сотне метров доктор пытается реанимировать клапан анти-блошиного баллона. Катрин бессмысленно смотрела на дремлющих лошадей. Древних покойников, блох, жары и тишины архе-шпионка никогда не боялась, но сейчас
