— Полковник, разрешите обратиться! — Едва я выбрался из кабины следующим днём, ко мне сразу же подскочил капрал Флиппи с сильно озадаченным лицом.
Я попытался передать ему своё внутреннее состояние вселенской тоски, выдерживая долгую паузу и глядя на него как на врага народа.
— Просил же не называть меня так, тем более при посторонних… — своими словами мгновенно вогнал его в краску.
— Виноват! — Быстро отвечает тот, и при этом ещё улыбается, гад.
— Ладно, чего хотел–то? — Несмотря на долгий сон, лёгкая слабость так и не ушла, потому сейчас мне совершенно не хотелось стоить из себя крутого командира.
— Мне утром удалось связаться с моим другом… — тут он замолчал и реально смутился.
Я внутренне дёрнулся, ибо такой поступок находился далеко за гранью разумного. Тем более без моего предварительного разрешения. И его смущение вполне понятно — ожидается серьёзный разнос. Впрочем, тут я сам виноват, раз потребовал именно разумного поведения, а не кондовой армейской дисциплины. Так что сам виноват. Кивком потребовал от капрала продолжения.
— Ну, я рассказывал вам о том, как некоторые из нас тут оказались. Он и некоторые другие давно хотели сбежать, но… Банда — это как корабль в море, где свободу обретают только покойники. И тут вдруг мне повезло встретить вас.
— Короче! — Я пока не понимал, куда он клонит.
— Роберт хочет совершить побег вместе с ещё четырьмя нашими парнями, если вы согласитесь принять их к себе на тех же условиях, как и меня, — быстро выпалил капрал. — Четыре механика и один оружейник. Бойцы хорошие, не то, что я. И ещё они могут сильно затруднить последующие поиски нашей группы тем отрядом бандитов, перед побегом повредив технику и отключив радиоаппаратуру. Всё, что от вас требуется — это сейчас дать мне своё согласие, дальше уж как парням повезёт.
— Хорошо, считай — согласие получено, — несмотря на дурное предчувствие, я всё же решил дать тем людям шанс выбраться из задницы. — Только сообщи мне, когда от нас им потребуется какая–то помощь, постараюсь что–то придумать.
Инициативу, пусть и дурную, иногда стоит официально поддерживать, иначе меня будут банально ставить перед фактом, подстраивая события как им нужно. Да уж, Капрал Флиппи фрукт ещё тот. Наверняка и по службе имел множество нареканий за проявление этой самой инициативы к месту и не очень. Хорошо хоть сейчас испросил разрешения, а не сделал всё сам. Следить за ним нужно, иначе под монастырь всех нас запросто подведёт.
— Я верил — вы именно так скажете! — Грегори быстро повернулся и куда–то убежал.
Пожав плечами, отправился совершать утренний моцион, пусть сейчас уже далеко не утро, да и желудок давно намекал о крайней необходимости положить в него кусочек чего–нибудь съестного.
— Жить будет, — Заспанная Рогнеда появилась в КУНГ-е, когда мы уже пообедали и пили кофе, сразу же ответив на немой вопрос, читающийся на наших лицах при её появлении. — На редкость крепкий организм, несмотря на приличный возраст. Плюс твой панкартин ему поможет быстрее оклематься.
Девушка не воспользовалась стимулятором, действительно признав операцию успешной, иначе бы до сих пор дежурила около пациента. Это радовало. А почему она растрясла меня для того мужика на особое лекарство, мы сейчас узнаем.
— Кстати, подруга, расскажи, с чего ты так сильно возбудилась и решилась провести ту операцию, несмотря на полное отсутствие подобающих условий? — Оксана первой задала ещё один вопрос сейчас мучавший меня.
— Вы хоть знаете, кого мы спасали? — Ответила та вопросом на вопрос, и, отметив наше мотание головами, пояснила: — Это весьма уважаемый вольный торговец Зелимхан аль Рашид. Его здесь практически все знают, даже бандиты. Он, конечно, далеко не ангел, но очень порядочный человек. Многим помог, совершенно не разбираясь, кто есть кто. Известный учёный и философ. Его почти никто раньше не трогал, ибо с одной стороны — репутация, а с другой — за него обязательно вступятся и уж точно отомстят. Вообще кочующие вольные торговцы пользуются здесь негласным покровительством многих вождей племён, бандитских главарей и орденских экспедиций. На них очень редко нападают, и практически никогда не нападают подло, как произошло вчера. По рассказу Хафиза, сына Зелимхана, их сначала попросили остановиться по радио, дабы обменяться товаром и информацией, а когда Зелимхан лично вышел общаться, в него выстрелили с той стороны из винтовки явно по приказу бандитского главаря, ибо сразу после началась интенсивная стрельба и в сторону стоящих машин. Хоть те и имеют бронирование, но оно совершенно недостаточно для серьёзного боя. Охрана конвоя, понеся неожиданные потери, всё же сумела отогнать бандитов ответным пулемётным огнём. И той банде уже можно смело заказывать по себе панихиду, ибо о подлом нападении на Зелимхана теперь узнала вся Дагомея, а наверняка уже и в Халифате услышали. С ними теперь никто даже разговаривать не станет, сразу открывая огонь на поражение.
— Это нападение сильно похоже на провокацию, — я не удержался от высказывания вслух пришедшей мысли. — Вопрос лишь в том, кого планировалось выставить виновным? — Ещё одна мысль никак не хотела ловиться за хвост.
— Вероятнее всего именно нас, — Рогнеда озвучила то, что фактически болталось у меня на языке, хотя я ещё не понимал, почему интуиция считала именно так.
— А как же живые свидетели? — Оксана выразила явное недоумение подобным раскладом.
— Их мнение уже не имеет особого значения, — Рогнеда понимала местные расклады куда лучше всех нас. — Любого попытавшегося вырваться из ближайшей округи теперь очень горячо встретят, как в Дагомее, так и Халифате. Поверьте, возможность определить, кто и откуда едет есть, саванна не так уж и велика. Сначала беглецов перестреляют в профилактических целях, а после начнут выяснять тех или не тех. Сами же бандиты наверняка имеют налаженный канал экстренной эвакуации или договорённости с кем–то из вождей племён. Они спокойно пересидят сезон дожей, а после всё успокоится. Именно потому я и постаралась сделать всё возможное для спасения жизни Зелимхана. Он сейчас наш единственный надёжный пропуск в более обжитые места.
Мне, конечно, некоторые моменты показались откровенно притянутыми. Ведь никто не мешает нам сделать большой крюк и выехать к обжитым местам совсем с иного направления. Вопрос лишь в запасе топлива, которое, впрочем, стоит экономить, ибо заметных поступлений не ожидается. В конвое вольного торговца я видел машину с большой цистерной, судя по характерным следам сварки — дополнительно бронированную. У бандитов тоже наблюдался похожий грузовик. Тут все кочевники возят с собой изрядный топливный запас, иначе никак. И наш прицеп с двухсотлитровыми бочками на их фоне совсем не смотрится, учитывая сколько солярки съедает грузовик во время движения. На стоянке топливо тоже расходуется, ибо без электричества нам оставаться нельзя. Хорошо в конструкции военного «Мерседеса» есть автономный стояночный агрегат, он не такой прожорливый, как основной мотор. И по топливу нам потребуется действительно скоро перемещаться туда, где есть большой шанс удачно заправиться. Пережидать сезон дождей в саванне я совершенно не рассчитываю.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
