— Это Образец! — закричал он, не зная, слышит ли его Аларик. — Это ОСК! Это должен быть именно он!
— Антигон? — Голос Аларика пробился сквозь вихри информации, все еще бушевавшие в системе «Пса войны». — Я потерял настройку! Что происходит?
Антигон попытался ответить, но информационные потоки забивали все вокруг белым шумом, и магос не мог слышать даже собственные мысли.
— Стой! — продолжал кричать Аларик. — Подожди! Я что-то увидел…
Аларик, надеясь на ответ, прислушался к треску помех на вокс-канале, но так ничего и не услышал.
Корпус упавшего титана был густо забрызган кровью. Участок бетонного покрытия, ограниченный частями машины, был покрыт телами техножрецов и сервиторов. Жрецы-демоны исчезли: возможно, их отогнал решительный огонь штурмболтеров Серых Рыцарей, возможно, испугала гибель Скраэкоса. В живых оставалось еще много сервиторов, но они утратили координацию и петляли между обломков по одному или по двое, вместо того чтобы целеустремленно бросаться на противников. Казалось, некоторые потеряли даже чувство направления: они бесцельно бродили вокруг ног титана, все больше отдаляясь от позиции Аларика. Оставшиеся Серые Рыцари, включая приползшего Кардиса, довольно легко удерживали сервиторов на расстоянии.
Внимание Аларика привлекло отдаленное движение в районе высокой башни, в самом центре заводского комплекса. Там поднялся и отошел в сторону целый участок земли, а из-под него стало медленно показываться нечто огромное. Сначала Аларик увидел два треугольных глаза, горящих зеленым огнем, затем появились массивные плечи, длинные реактивные сопла и толстые пластины сверкающей серебристой брони. Корпус имел очертания человеческой фигуры, но если это был титан, он намного превосходил всех других титанов на заводе. Это был совершенно другой уровень.
— Антигон? — крикнул Аларик в вокс. Но появление этого монстра, казалось, только усилило сумятицу в каналах связи. — Антигон, что это такое?
Загадочное сооружение, окутанное белыми облаками охлаждающего газа, продолжало подниматься. Серебристая броня выглядела влажной и переливалась перламутром. В одну из рук было встроено многоствольное орудие — такое огромное, что Аларик о подобных даже не слышал. Вторая рука заканчивалась массивным кулаком, брызжущим голубоватыми искрами, словно окутанным энергетическим полем. Голова неспешно поворачивалась, окидывая взглядом заводскую территорию, и глаза бросали на корпуса стоящих вокруг титанов светящиеся зеленые блики. Машина уже поднялась в рост с самыми большими из титанов, но показалась из земли только до уровня коленей.
Оглянувшись, Аларик заметил, что оставшийся в живых техностраж из отделения Тарка карабкается по обломкам, неся на руках Хокеспур. Дознаватель держалась за его плечо одной рукой, а вторая рука и ноги безвольно свисали.
— Она ранена, — без всякого выражения доложил техностраж.
Аларик увидел в нижней части тела Хокеспур рану от лазерного снаряда. Кто-то из сервиторов зацепил дознавателя из лазружья. По отверстию, прикрытому обгоревшими краями скафандра, Аларик понял, что дело плохо. При других обстоятельствах дознаватель Ордо Маллеус могла получить помощь в лучших апотекариях Империума и, возможно, осталась бы в живых. На Каэронии Хокеспур, скорее всего, грозила смерть.
— Холварн, посмотри, не сможешь ли ты ей помочь, — попросил Аларик, затем обернулся к техностражу: — Оставайся с ней.
— Да, сэр.
Аларик не мог рассмотреть лица техностража под щитком шлема, но знал, что оно ничего не выражает. Механикус позаботились о том, чтобы лишить своих воинов любых чувств, кроме желания повиноваться. В каком-то смысле Серые Рыцари не многим отличались от солдат Тарка. Они тоже стали совершенно другими людьми по сравнению с теми, кем могли бы стать, если бы жили нормальной жизнью. Но такова была принесенная каждым из них жертва. Ради службы Императору Человечества им пришлось отказаться от многих человеческих чувств.
— Что это? — спросила слабым голосом Хокеспур, пока Холварн кончиком своего меча разрезал остатки скафандра на ее животе.
Аларик посмотрел назад. Теперь исполинская фигура почти целиком вышла из-под земли. Гладкая голова и огромные плечи возвышались над самыми высокими титанами, построенными Механикус Тьмы.
— Это титан, — сказал Аларик. — Я думаю, они послали его против нас.
— Покажите мне.
Холварн осторожно приподнял Хокеспур за плечи, чтобы она могла видеть титана. Женщина дрожала от боли, и теперь Аларик заметил, что лазерный снаряд пробил ее насквозь. Все внутренности были залиты кровью. Он удивился, что Хокеспур до сих пор не потеряла сознания.
— Я не думаю, что Механикус Тьмы его контролируют, — прошептала она. — Это титан имеет над ними власть. Мне кажется, это и есть Образец Стандартных Конструкций.
ГЛАВА 19
Следующим падет враг моего врага.
Выдающиеся Изречения. Приписывается Лорду Солару Махариусу
Уркратос наблюдал за разворачивающейся перед ним Каэронией и мог поклясться всеми Темными Богами, что зрелище было великолепным. Планета медленно выступала из-под пелены отравленной атмосферы. Из наблюдательной раковины в нижней части «Кузнеца преисподней» Уркратос осматривал появляющийся мануфакториум Ноктис. Сначала появились величественные башни, покрытые каплями крови поверх заржавленного металла, словно наконечники копий после недавней битвы. Затем — мосты и переходы: одни сооружения были встроены в жесткую архитектуру города, другие имели биологическое происхождение и напоминали сеть, сплетенную гигантскими пауками.
Зияющие провалы между башнями были окутаны тьмой и ядовитыми испарениями; кое-где виднелась масса бледной пульсирующей плоти. Широкие, как железнодорожные туннели, вены тянулись из глубины и обхватывали здания. Некоторые башни опирались на выбеленные временем скелеты, в которых все живое вымерло и сгнило десятки лет назад. Сердцебиение города отдавалось в атмосфере. Уркратос ощущал этот цикл жизни и смерти, позволявший каннибальской планете продолжать свою деятельность.
Каэрония каким-то образом выжила в варпе, где любой другой мир смертных был бы разорван на части безмозглыми хищниками, населявшими потоки Эмпиреев. Она не только смогла выжить, но и процветала. Невежественное население, почитавшее Императора, отбросило свои заблуждения и ради того, чтобы выжить, создало каннибальский мир. Этот мир поистине был отмечен Хаосом — не только его избранниками и демонами, но самой сущностью. Концепция свободы через разрушение — вот истинная основа Хаоса.
Теперь Уркратос понимал, почему его призвали сюда. Обитатели Каэронии нашли способ вернуться в реальное пространство и тотчас стали искать единоверцев. Едва услышав о появлении в Оке Ужаса флотилии Абаддона Осквернителя, они поняли, кому должны предложить свое подношение. Передавая его Абаддону, они демонстрировали готовность сотрудничать с силами Хаоса.
— Сигнал изменился, — поступил раскатистый телепатический сигнал демона связи. — Теперь он нас направляет. Говорит о местоположении их подношения.
«Веди нас туда», — мысленно ответил Уркратос.
Демоны в капитанской рубке беспрекословно повиновались. «Кузнец преисподней» изменил курс и направился к краю города, где разлагающиеся башни уступали место пустыне. Даже из корабля Уркратос ощущал ядовитый воздух пустыни и радиоактивность пепельных дюн, видел равнины из оплавленного стекла, со всех сторон окружавшие мануфакториум Ноктис.
Здесь царила иная красота, напоминающая обещание Хаоса оставить за собой полное разорение. Каэрония была настолько посвященным Хаосу миром, что вся ее поверхность превратилась в гобелен поклонения Силам Тьмы. Из-под земной коры на поверхность просачивались струи ядовитых отходов — источника жизненной силы планеты. Над пепельной пустыней вздымались темные пластины радиоактивных шлаков. Ущелья, словно глубокие раны, мерцали остаточным излучением погребенных на дне отходов.
Но в пустыне было и кое-что еще. Неподалеку от окраины города, среди шрамов давних шахтных разработок, в окружении наблюдательных башен стоял огромный завод. Из его центра поднималась еще одна, самая высокая башня. А на площадке, покрытой вздувшимся бетоном, стоял легион титанов — от разведчиков модели «Пес войны» до гигантских «Рейверов» и «Повелителей». Даже на таком расстоянии Уркратос заметил на боевых машинах признаки разложения: грибковые наросты, ржавчину, вздувшиеся вены, гнойные выделения и мутантные отростки.
Сотни лет назад Уркратос решил, что его уже ничто не может удивить. Но при виде отмеченных скверной титанов, в молчании стоявших наготове, у него перехватило дух.
