отбросило назад и немного вверх.
Кам в полете сумел стабилизироваться, но Люк тоже не пас бант.
Зачерпнув Силу насколько мог в состоянии, близком к обморочному из-за перенапряжения, джедай захватил все предметы, какие были под рукой и обрушил их на своего противника. Один за одним, превращая их в поток опасных снарядов. Каждый из последних мог если не убить Кама, то серьезно ему навредить.
И противник это прекрасно понимал.
Поэтому он, с бесконтрольным бешенством старался уничтожить летящие в него снаряды. Солусар то и дело пытался выйти из-под удара, но ему это не удавалось ни в коей мере.
Благодаря своему глубокому погружению в Силу, Люк предугадывал действия противника заблаговременно и переносил траекторию полета своих импровизированных снарядов. Таким образом Солусар постоянно находился под атакой.
Перед глазами встала сцена, где Дарт Вейдер точно таким же приемом атаковал Люка в Облачном городе на Беспине. Тогда подобный прием показался ему устрашающим. Но в то время Люк был неопытен.
Сейчас же он сам, да и Солусар, прекрасно понимали, что подобными приемами не выиграть все сражение. Оба противника действовали на пределе своих сил и воспринимали происходящее не более чем фокусы.
И временную передышку в сражении.
Люк захватил сразу несколько обломков, на долю мгновения едва не закричав от того, насколько больно ему было уже использовать Силу в таких объемах. Метнув в противника свои снаряды одним броском, он на пару секунд ослабил контроль, пропустил Силу через тело.
И в нужный момент атаковал, сорвавшись с места и ускорившись с помощью Силы.
Его клинок был отклонен в последнюю секунду, но он быстро дополнил удар еще одной серией мощных выпадов и уколов. Кам, только справившийся с брошенными в него предметами, выскочив из-под площади накрытия ими, оказался под натиском джедая. И принялся отступать, утрачивая инициативу.
Люк же атаковал. Каждый его шаг, каждое продвижение из руин, бывших некогда его каютой, его тюрьмой. Кам продолжал отступать, неуклонно оттесняемый яростью стремительной атаки джедая. Каждый раз, когда он пытался изменить тактику или перейти к другой форме, Люк предчувствовал это, реагировал и захватывал преимущество.
Развязка была неизбежна.
Оба поняли это тогда, когда оказались в коридоре. Солусар уже больше не источал ту несусветную Темную Сторону. Впрочем, и сам Люк не был в лучшем состоянии.
Стремительное противостояние превратилось в сражение на истощение сил и внутренних ресурсов обоих. Сила в обоих была слишком велика, но и применения на поле боя находила уже реже.
Противостояние свелось к фехтованию. Казалось, что зеленый и алый световые мечи размазались в воздухе, превратившись в световые пятна, которыми орудуют два виртуозных жонглера.
Люк не разбирал вокруг себя вообще ничего.
Он видел лишь Солусара, закусившего до крови губу, из которой лилась кровь. Его несостоявшийся наставник, несмотря даже на припрятанные в рукаве козыри, оказался не в состоянии быстро завершить сражение с нужным ему результатом. А потому он просто перешел на изматывание Люка, в надежде, что тот ошибется и это сыграет решающую роль.
Люк не ошибался.
Сила была с ним сегодня, и он был хорош в ее направлении.
Оружие стало продолжением его тела, его руки — продолжением мыслей. Никто и ничто не могло остановить его, только сама смерть.
И Кам Солусар понял это.
Как и то, что не без боли в сердце, но Люк смирился с мыслью о том, что ему придется сегодня убить человека, который все это время был ему ближе чем родные. А потому его действия стали отдавать бесконтрольной паникой.
Кам понял, что только какой-нибудь неожиданный маневр или финт могут спасти его жизнь. Люк, отринув эмоции, отринув заботу о себе, превращался в машину для уничтожения.
Только так он мог сегодня победить Солусара.
Хватит ли у него сил для того, чтобы после этого выбраться с корабля, джедай не раздумывал. Сперва нужно победить.
И ради этого, Люк прилагал все свои усилия, ускоряясь с каждым мгновением.
Потому что Сила, которая была с ним сегодня, недвусмысленно указывала на то, что недалеко появились адепты Силы.
И Темная Сторона из них буквально выплескивалась.
* * *
Во всем этом есть определенный сюрреализм.
Система Келада, сражение двух колоссальных по количеству флотов космических кораблей.
Более того: два исполина — угольно-черный и серебристо-стальной — избивали друг друга как два боксера-тяжеловеса. Каждый удар представлял из себя залп тысяч орудий, заливающих броню обшивки кораблей потоками энергии.
«Затмение-II» проигрывал это сражение.
Не просто по очкам, но и по количеству пропущенных ударов.
«Страж», модернизированный великолепный и, обидно, что покойным, кораблестроитель, сейчас проходил полноценную проверку на качество своей сборки и модернизации. Впервые с того момента, как корабль обрел второе рождение, он противостоял противнику, хотя бы приблизительно равному ему по силам. И размерам.
Вот только, чисто с теоретической точки зрения, «Затмение» и «Палач» все же находились в разных весовых категориях. И задачи, которые каждый из них должен был выполнять в военное время, как раз определяли причину, по которой это сражение изначально было обречено на провал.
«Палач», а следовательно, и «Страж» — это корабли непосредственного сражения. Выражаясь определенными профессиональными терминами — их создали для «фулл контакта». «Затмение», как и остальные корабли сходных проектов — это лишь носители суперлазера. Подкрепленные чувствительным количеством артиллерии, разумеется.
Вот только, потеряв суперлазер и превосходные дефлекторы, «Затмение-II», как и его предшественник, перестали играть подавляющую роль на поле боя. И, как выяснилось, количество орудий у противника влияет на то, как сильно в банта пууду увязнет экипаж супердредноута.
Не помогает даже многочисленная авиация — у нас она банальнее качественная. Именно по этой причине «орлы» майора Креба и получили TIE-Защитники незадолго до отправления на это сражение.
Подход Империи: собрать как можно большее количество авиации, любых типов, любых систем, любых размеров и вооруженности, лишь бы укомплектовать ангары кораблей, в корне проигрывали нашему.
Вот только, я не просто так подумал о сюрреализме происходящего.
Потому как за бортом сейчас разверзся настоящий космический ад, в котором находили свою смерть сотни и тысячи разумных, преимущественно людей… А на мостике «Стража», вовлеченного в самое сердце этого кошмара, царила совершенно непринужденная, рабочая атмосфера.
Без криков, без беготни, без творческой анархии, без испуганных и взволнованных взглядов… Боевая вахта непринужденно действовала так, как и должна работать в рутинном сражении.
Рутинном… Интересно, после какого количества звездных суперразрушителей в активе сражение между многокилометровыми монстрами считается теперь чем-то обыденным?
Вот и я не знаю.
Ровно как и мой собеседник по голосвязи, точно не знает ответа на заданных
