Огни крохотными точками стали множиться, собираясь в ряды. Количество цветов увеличилось: добавились зеленый, красный, оранжевый и фиолетовый.
Скоро они превратились в разноцветные пунктиры, которые поделили равнину на сеть квадратов. Было впечатление, будто Антон стоял на краю высокой горы, а внизу лежал огромный город. Антон увеличил изображение. Квадраты огней поползли на экран, ширясь и разрастаясь; обозначились дома, высокие небоскребы, редкие и намного выше небоскребов шпили телебашен. Между домами проходили автострады, по которым, сверкая в блеске уличных фонарей и неоновых ламп, проносились гладкие приземистые машины.
По тротуарам, залитым теплым желтым светом, шли люди в летнем, громко смеялись, разговаривали, шутили, спешили по неотложному делу, заходили и выходили из многочисленных кафе. В центре каждого квартала находился парк, и в нем тоже были люди. Они танцевали, ели мороженое в уютных кафе, просто сидели на скамейках или в беседках.
Антон увидел прекрасный город, большой, могучий, с древней и мудрой цивилизацией и счастливыми людьми. Это немного напоминало Землю, только здесь стояли громоздкие и неудобные телебашни да неправдоподобно, не поземному светились луны.
С городом что-то произошло. Дома стали оседать, прогибаться и проваливаться внутрь. Люди исчезли. Трескались и рушились башни. Разрушился бело-синий небоскреб и расплющил обломками несколько машин, в которых, похоже, кто-то был. А может, просто показалось. Дома превратились в безобразные остовы с оплавленными краями. Желтая легковая машина, визжа тормозами, вылетела на тротуар, перевернулась, ударившись о стену, и ткнулась в догорающий грузовик, подняв факел искр.
Издалека послышались взрывы. Над городом до самого неба вырос лохматый гриб, и зеленый свет атомной вспышки задрожал на неровных низких облаках.
Антон почувствовал, что корабль вздрогнул, и с силой ткнул ладонью в большую красную кнопку общей тревоги. По коридорам, отсекам, пустующим каютам прокатился зловещий вой и затих в энергоблоке. Потом снова, снова… Сейсмографы отметили небольшие толчки. Антон активировал двигатели и включил разогрев.
Когда вся команда была в сборе, Сергей и Раманостр следили за приборами, Нортон внимательно слушал Антона и с сомнением поглядывал на обзорный экран, где в призрачном свете разрывов и огней погибал город, и все это было странно и непонятно.
Потом неожиданно все успокоилось. Исчезли толчки, далекие взрывы. На экране в темноте светились огни и чуть заметно таяли.
— Все, — сказал Сергей. — Нет больше города.
— С чего ты взял, что это город? — спросил Раманостр. — Может, это галлюцинации? Или просто сон?
— Или массовый гипноз? Скажешь тоже…
— А это что такое? — спросил Антон.
В центре экрана вспыхнула и ровно засветилась яркая белая точка.
— До нее около двух километров, — сообщил Сергей, глядя в окуляры телескопа.
Все теперь смотрели на капитана. Каждому хотелось лететь, но никто не говорил этого вслух. Сергей попросил:
— Капитан, можно, я пойду?
Возникла долгая пауза. Нортон думал, рассматривая кнопки пульта. Антон хотел что-то сказать, но Нортон уже принял решение.
— Хорошо. Пойдешь ты. Но постоянно держать связь — будешь докладывать обстановку, и без геройства.
Сергей кивнул и быстро вышел из рубки. Было слышно, как раскрылась и закрылась диафрагма, на секунду впустив холодный свежий ветер.
Через минуту радио щелкнуло и голос Сергея сказал:
— Направляюсь в сторону точки. Вижу ее на визуальном сканере.
В рубке все молчали. По экрану ползла желтая точка — антиграв Сергея — и приближалась к белой.
— Правее, Сережа, — посоветовал Антон.
— Вижу какое-то строение с прожектором, — сказал Сергей. Его голос слегка сглаживало мягкое гудение двигателя и слабый треск помех.
— Сергей! — через минуту, казавшуюся часом, позвал Антон.
— Антон! — крикнул Сергей. — Это второй Павильон!
Шум помех сделался сильнее и это беспокоило Антона.
Он расправил руку и подержал ее на весу ладонью вниз. Пальцы дрожали. «Нервы, нервы…» — подумал он. Только бы они не подвели.
— Опустился метрах в двадцати от Павильона, — говорил Сергей. — Ребята, тут был сильный взрыв.
Экран мигнул, и Антон увидел дрожащие высокие тени, падающий снег и яркий свет прожектора — это камера записывала изображение и передавала его на корабль.
Второй Павильон был очень похож на первый. Те же формы, маленькие окошки, двери… Только крыша и часть стены провалилась внутрь и из темноты торчали перекрученные решетки, развороченные баки, часть мостика с гнутыми опорами. Снег вокруг почернел от копоти и обугленных обломков, а на металлических балках остывали раскаленные розовые пятна.
Изображение ритмично задергалось и покрылось мелкими полосками. Сергей пошел в обход Павильона и остановился около пролома. Было неприятно смотреть на изуродованные останки, отверстия с оплавленными краями и почти остывшее железо, которое злобно и раздраженно шипело от падавших на них снежинок.
Сергей сделал шаг вперед, но Нортон попросил:
— Сергей, не ходи туда.
— Хорошо. Все сидели как на иголках.
Раманостр нервно постукивал пальцами по панели, Нортон сжал пальцы в кулак, а другой рукой с силой сжимал подлокотник кресла, где сидел Антон. Антон чувствовал напряжение во всем теле, как перед стартом, но к этому ощущению примешивалось неприятное чувство безысходности, предугаданной и ужасной.
Сергей с трудом пробрался к стене, где намело целые снежные барханы, заглянул камерой вглубь первого этажа, отошел и направил видоискатель вверх, на крышу. Там, среди замысловатых нагромождений, среди башенок и сетчатых опор торчали круглые параболические антенны и смотрели вверх, на невидимое пятнышко красного карлика.
— Антенны… — как-то разочарованно сказал Раманостр.
— Они-то как сюда попали?
— Подожди, — резко оборвал его Антон и обратился к Сергею:
— Сережа, уходи отсюда, слышишь? Там опасно, понимаешь?
— С чего ты взял? — с деланным удивлением спросил Сергей.
— Эти антенны…
— Перестань, Антон, что ты прямо я не знаю! Не в первый же раз…
На стенах и внутренностях Павильона появился розовый отсвет. Задергался свет прожектора, по экрану забегали ломаные кривые. Хуже передавался звук Розовое мерцание осветило дальний конец этажа и проломленный потолок Нортон громко и четко сказал:
— Сергей, немедленно садись в антиграв и улетай.
— Пожалуй, действительно надо…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
