трахал ли я кого-то в реале?»
Ангел: «Да»
ТТ: «Трахал»
Ангел: «Мммм))))»
ТТ: «Это другое»
ТТ: «Кардинально другое»
ТТ: «Если бы была рядом – ни на кого бы смотреть близко даже не стал»
ТТ: «Ангел?»
Ангел: «Я думаю»
ТТ: «О чём?»
Ангел: «Первое – ревную я или нет»
ТТ: «И как?»
Ангел: «Не ревную»
ТТ: «Ясно. Второе?»
Ангел: «Если бы ты знал, что я сплю с другим?..»
ТТ: «Убил бы обоих»
ТТ: «Шутка. Ревновал бы»
Ангел: «Сильно?»
ТТ: «Безумно»
Лера улыбнулась, выходя из сети. Иногда, когда ТТ был оффлайн, а она начинала испытывать желание снова его «услышать», открывала историю их переписки и начинала перечитывать. В тот раз ТТ признался ей в том, в чём она сама бы никогда ему не созналась первой. Она ему нравилась. В чём для него заключалось значение этого слова, Лера не знала. Но ей хотелось думать, что для ТТ она особенная, не такая как все. Она и чувствовала себя с ним особенной. В их мире, который менял очертания под влиянием их общей фантазии, она была единственной для ТТ и очень много для него значила.
– Да что же такое… – простонала Лера, вылезая из кровати. От басов, громкого смеха и женского визга у неё начала раскалываться голова. Она поднялась, накинула на себя халатик и решила пойти посмотреть на то, как развлекается Макаров. Задаваться вопросом: «делает ли он это специально или же вечеринки – его обычное времяпровождение? – не стала. Ясно было, что Макаров, мастер на все руки, и вполне может совмещать приятное с полезным.
– А! Лерчонок! – крикнул он, когда заметил её, стоящую на нижней ступеньке лестницы. В голосе Макарова слышалась откровенная издёвка. Ну, или снисходительность. – Давай к нам. У нас тут весело.
В накуренном помещении, где можно было топор вешать, дрыгались – иначе не скажешь – под музыку сам Макаров и пара девчонок. Ещё трое парней сидели на диванах и о чём-то говорили. Герои. Тут даже звук удара ядерной ракеты не расслышать, не то, что собеседника.
Лера так и осталась стоять на своём наблюдательном пункте, размышляя, что ей делать дальше. Вариант собраться и перебазироваться в гостевой домик, который располагался чуть глубже в саду, поначалу показался ей наиболее правильным. Но она быстро откинула его прочь. Макаров не выкурит её из законно занятого помещения. И точка.
– Ребята, даме выпить не нальёте? – Лера приземлилась между двумя, довольно, кстати, симпатичными, друзьями Игоря и ослепительно улыбнулась сидящему напротив третьему парню. Намеренно позволила халатику сползти наверх и приоткрыть половину бедра. На что рассчитывала – и сама не знала. Их роман с Макаровым умер слишком давно, чтобы Игорю было дело до того, как и с кем она будет проводить своё время.
– Вина, мартини, пива, виски? – задал вопрос парень напротив и представился, давая знак одному из сидящих рядом с ней друзей, чтобы они поменялись местами: – Никита.
– Валерия. Давай пива, – выбрала Лера самый безобидный из перечисленных напитков. Со спиртным она никогда не дружила – пара глотков могли лишить её здравомыслия. Ещё пара – отключали голову. Но Макаров всегда умел толкать её на поступки, которые были Лере совершенно несвойственны.
– Вишнёвое. Девчонкам вроде нравится, – налив ей спиртного, по цвету и виду больше смахивающего на лимонад, протянул бокал Никита и уселся рядом с Лерой. – А ты подруга Игоря?
Он бросил взгляд на Макарова, и Лера инстинктивно повернулась в ту же сторону. От увиденного на лице её едва не расплылась довольная улыбка. Игорь смотрел на неё так, будто она была девицей на выданье, а он сам – грозной дуэньей.
– Нет. Знакомая его отца.
– Ого! Серьёзно.
– Ничего серьёзного. Знакомые Валентина Николаевича тоже любят развлекаться.
– И это меня радует.
Лера сделала глоток пива, по вкусу напоминающего какую-то химическую бурду, и отставила бокал на столик.
– А ты почему не развлекаешься? Не много ли девиц на одного Макарова? – она кивнула в сторону импровизированного танцпола, на котором Игорь выделывал какие-то па с увивающимися вокруг него бабами.
– Такой контингент я уже перерос. – Никита неожиданно поднялся, взял её за руку и потащил туда же, где выплясывал Макаров. – А вот с тобой потанцую.
Он довольно бесцеремонно прижал её к себе, и если бы Лера не увидела, как обжёг её взглядом Игорь, возмутилась бы такой беспардонности. Конечно, всё это было идиотским ребячеством, но Валерии нравилось видеть Макарова злым. А то, что танец с Никитой его злит, было видно невооружённым взглядом.
– Так ты тут живёшь?
– Есть такое дело. А что?
– Да нет, просто странно.
– Что именно?
– Что Игорян тебя ещё не бросился охмурять. Ты вполне в его вкусе.
– Думаешь?
Лера фыркнула. Знал бы Никита правду, не говорил бы подобной ерунды.
– Ну, да. Насколько помню, последняя его девица была на тебя довольно похожа. И я не про внешность.
– Ого! А как ты так быстро определил, какой у меня… внутренний мир?
– Можешь смеяться, но когда наобщаешься с таким ходячим пергидролем, – он кивнул на подруг Макарова, – умеешь отличать от них нормальных девчонок.
– Значит, я нормальная. Спасибо за комплимент.
– Да ладно тебе. Это констатация факта была.
– Тогда тем более спасибо. И что там с последней девицей Макарова?
– А тебя это интересует?
– Учитывая, что она была на меня похожа – да.
– Да разбежались быстро. Игорян же нормально не может. А так не знаю, что у них произошло.
– Понятно.
– Разрешите разбить вашу прекрасную парочку, – между ними буквально вклинился изрядно подвыпивший Макаров, и Лера охнула, когда Игорь с силой прижал её к себе.
– Макаров! Ты с ума сошёл? Какого чёрта? – возмутилась Лера, бросая вопросительный взгляд на Никиту.
– Поговорить надо.
И он, не спрашивая на то её позволения, потащил Леру из гостиной.
– Игорь, прости, но ты охренел! Мне больно!
– Потерпишь.
Макаров впихнул её в безмолвную и прохладную спальню и с силой захлопнул за собой дверь. Пьяное животное. Едва его пальцы на предплечье Леры разомкнулись, как девушка отпрянула, со злостью глядя на Игоря. Эффект от этого был смазан тем, что на лицо Макарова падал тусклый свет из окна, Валерия же оставалась в темноте.
– Что тебе от меня нужно? – отчеканила она холодным тоном, но не сдержалась. Её голос дрогнул. То ли от обиды, то ли от злости, то ли от страха. А может, от всего вместе взятого.
– Ничего. Кроме того, чтобы ты шла к себе и не высовывалась.
– Пф! Да пошёл ты знаешь куда?
– Просвети.
– Неважно. Я хочу выйти отсюда
