Читаем без скачивания Невеста на одно место - Юлия Плагина

— Добрый вечер, — попыталась вытолкать Бернардо из-за спины, но ничего не получилось, — меня зовут Майя, а вы — Лиска?

— Лисавета Сановна, — и моська «кирпичом».

Тьфу ты, палки гнуты! Лисавета Сановна она… Тогда я — королева всея Сердечкино, а не Майя Пшеничкина! Не, ну, это же надо иметь о себе такое высокое самомнение… Прямо мой начальник отдыхает!..

— Очень приятно, — за литр вранья мне доплачивают по золотому в неделю. — Это ваш будущий жени… — В этот ответственный момент младший де Лаберо наглейшим образом заткнул мне рот ладонью, отчего конец фразы буквально застрял в глотке.

— Меня зовут Бернардо, — галантно поклонился парень, всё также зажимая мне рот ладонью. — Давайте сразу обговорим все нюансы, чтобы потом не было недоразумений, — и поспешно содрал с лица маску.

Вот никогда бы не подумала, что он на такое способен! Если исходить из сбивчивых рассказов Эльвиры, то молодого человека под пытками не заставишь снять пресловутый маскарадный аксессуар, а тут, на тебе, сам инициативу проявил. А девка-то молодец, стойко стресс перенесла, стоит, да молча ресничками хлопает!

— Ой, ну зашем же нушно было сябе так уродувать… Неушто, шобы на мяне впешатление произвясти? — наконец, выдала деморализованная Лисавета, мило улыбаясь.

Каюсь, не удержалась — захохотала в голос (руку молодой человек убрал давно, видно, готовился быстро удаляться бегством), плавно стекая вдоль крепкого мужского тела на пол. Рассевшись на тоненькой подстилке, заменяющей входной коврик, спрятала покрасневшее лицо в ладонях, и честно попыталась подавить рвущиеся наружу истеричные всхлипывания. Растерявшийся от неожиданности клиент бестолково прыгал рядом со мной, осторожно поглаживая по плечам и беспрестанно прося успокоиться, мол, нервные клетки восстанавливаются только после бурной постельной сцены, а он ещё к такому не готов. Оттолкнув дурня, всхлипнула ещё разочек напоследок и всё-таки взяла себя в руки.

— Лиска, ну шо за углупости ты говоришь? — нарисовалась на «сцене» офонаревшая Пина. — Молодец от природы такойный, а ты «уродувать, уродувать»… Эх, мало я тябе в детстве драла, мало…

— Но баушка… — вялая попытка оправдаться.

— Лиска, хватить парня у двярях держати! — гавкнула хлебосольная хозяйка. — Ты луше прядставь, какие детки-то славные пойдуть, да с такими полосками-то!

Видимо, это была последняя капля терпения несчастного парня, потому что он, ни слова не говоря, выбежал за дверь, и на крейсерской скорости скрылся за ближайшим поворотом, оставив растерявшийся женский коллектив далеко позади. Конечно, сильно хотелось последовать примеру, поданому младшим де Лаберо, но верх взяло хорошее воспитание, активно прививаемое родителями.

— Молоко на плите оставил, — ослепительно улыбнулась я, хотя бы кое-как оправдав алогичное поведение молодого человека, и была такова. (Ну, нужно же догнать клиента, а то ещё в городе заплутает, потом объясняй безутешным родителям, куда труп их любимого сыночка зарыла!) — Бернардо, стоять!..

Вот так вот мы сейчас и продвигаемся в сторону конторы родного агентства знакомств: впереди лидирует длинноногий клиент, за ним по пятам следую я, поминутно тормозя спринтера окриком, чтобы не убегал далеко вперёд, ибо погони в лице «баушки» и Лисоньки не наблюдается, слава Зевсу.

Долго ли, коротко ли (ну, по крайней мере, у меня вся ненормативная лексика, уготованная для любимого начальника, закончилась, и я пошла по второму кругу), но мы всё-таки оказались стоящими пред требовательными очами Эльвиры и Эрика. Маманя клиента и моё непосредственное начальство распивали крепкий чай, закусывая его сдобными булочками и гиперкалорийными пирожными с заварным кремом. Злость душной волной прошлась по уставшему телу: я, значит, ноги в кровь стираю, разыскивая невесту для Бернардо, а они тут диван своими тушками душат, паразиты эдакие! Карие и зелёные глаза скрестились на графском отпрыске, а я же благоразумно попыталась слиться со входной дверью, чтобы, не дай Зевс, не увидели и меня.

«Вот пусть сам теперь и отдувается!» — злорадно проскандировали таракашки, когда шеф настоятельно потребовал подробнейшего рассказа о знакомстве «двух любящих сердец».

Бернардо не подвёл: он такими красками живописал внучку Агриппины Аркадьевны, что саблезубый тигр и жертва химической завивки в одном флаконе показались благодатным слушателям белыми и пушистыми зайчиками. В заключение своего красочного повествования паренёк, не сильно смущаясь, вывалил все мои языковые перлы, отправленные в сторону родного начальника, и ещё пожаловался, мол, я его окончательно затерроризировала своими нравоучительными окриками и поминутными понуканиями. Что, между прочим, было чистой воды наговором!

— Майя… — прорычал взбешённый Эрик, бросая на меня косые взгляды, полные справедливого гнева, и обещаний долгой и мучительной смерти одной отдельно взятой помощницы.

— Слушаю тебя, — это было произнесено учтивым тоном, предусмотрительно не высовываясь из-за спины предполагаемого жениха Лисоньки, и попутно просчитывая пути к стратегическому отступлению.

— Будь так добра, принеси все каталоги невест!

— Зачем? — Ненавижу делать бесполезную работу дважды. — Бернардо с ними уже ознакомился, и остался крайне недоволен набором кандидаток на его руку и сердце.

— Хорошо, — покладисто согласился биг-босс, — тогда предложи альтернативный вариант поиска будущей жены для нашего дорого клиента.

— А оно ему вообще надо? — Нет, нужно же сразу уточнить стоит корячиться или как. — Он, такой милый юноша, и свяжет свою жизнь с циркулярной пилой, покрытой тонной косметики, и боящейся сожрать на ночь глядя лишнюю котлету — вдруг бёдра в объёме увеличатся… И это ещё сущие мелочи! Основная проблема выявится, когда новоиспечённому мужу захочется кушать.

— И что же это за проблема? — влезла-таки Эльвира в мой страстный монолог, бросая на меня заинтересованные взгляды.

— Да эта мамзель ни подать, ни приготовить, ни убрать нормально не сумеет! — развела руками, словно бы констатируя общеизвестный факт.

— И что? — Хм, кажется, это было искреннее удивление. — Наша семья не нуждается, поэтому в состоянии нанять прислугу для выполнения грязной работы по дому, а для готовки мы специально выписали шеф-повара с Яблоневых островов.

Ну, вот, кто её просил вмешиваться? Сидела, продавленный диван благополучно душила, да изображала симпатичный, а главное молчаливый памятник себе самой. Так нет же, проклюнулась на мою седую голову, и теперь злорадно зыркает, мол, ну, что, Пшеничкина, съела?!..

— Эрик, что вы ещё можете нам предложить помимо этих страхолюдин? — тычёк в наше «святая из святых» — каталоги невест.

— Эм… Ну… И… — Конструктивный диалог получился, ничего не скажешь.

— Мы вам золотые за что платим? — взвился Бернардо, и, не удержавшись, всё же съехидничал. — Могу подсказать: за качественно выполненную работу.

— Но мы и так работаем на пределе своих сил и возможностей! — не упустил случая поднять цену шеф, недвусмысленно тыкая пальцем в настенные часы, которые как раз пробили восемь раз. — Вон, даже во внерабочее время…

— Советую поднять планку трудоголизма на более высокий уровень, иначе наш заказ окажется у вашего конкурента, — пригрозила Эльвира, сообразив в какую сторону ветер дует. — Мы вернёмся завтра утром, и очень надеюсь, что у вас уже будут готовы как минимум три решения нашей деликатной проблемы.

Высказавшись, женщина профессиональным (а точнее хорошо отработанным перед зеркалом движением) схватила сыночка за шкирку, выпихнула за дверь и, «забыв» попрощаться, гордо выплыла из брачного агентства. Присев на стул для посетителей, стоящий рядом с моим столом, устало подпёрла щёку рукой.

— Что это было? — В унисон поинтересовались я с Эриком, удивлённо переглянувшись, и осоловело хлопая ресницами.

— Наш билет в процветающее будущее… Наверное, — через какое-то время протянул начальник, отчего-то довольно улыбаясь. — Ну, что, Пшеничкина, есть идеи или будем действовать как обычно?..

По прошествии трёх часов, злые, голодные, но жутко довольные, мы с непосредственным начальством ещё раз оговорили придуманный план действий. Скрупулезно уточняя мелкие детали, кидаясь друг в друга смятыми бумажками и карандашами, ругаясь над каждой буквой, нарисованной маркером на ватмане, нам всё-таки удалось добиться желаемого результата.

— Так, с завтрашнего дня начинаем кастинг на роль счастливой невестки семейства де Лаберо, — естественно, Эрик, выпятив тощую грудь колесом.

— Ладно, но нужно же тогда успеть подготовить плакаты, афиши, брошюры… — моя скептическая натура, загибающая пальцы и боящаяся, что мы так до морковкиного заговенья и просидим на рабочем месте.