– Почему не позднее? – спросил Мейсон.
– О, да, – улыбнулся шериф. – Я думал о такой возможности. Солнце добирается до домика примерно в половине десятого, с одиннадцати в нем становится тепло, а в четыре часа солнце уходит и почти сразу помещение остывает. Днем тут невероятная жара, а ночью холодно. Вот я и решил, что Сейбина убили уже после того, как в домике потеплело, но не в разгар жары. Если бы было холодно, он не снял бы куртку и вряд ли затопил бы камин... Дрова-то были уже приготовлены. Ну, а если бы уже наступила жара, на нем не было бы свитера.
– Логично, – одобрительно сказал Мейсон. – А вы не проверяли, на сколько времени хватает завода будильника?
– Я звонил на завод, – ответил шериф. – Они ответили, что от тридцати до тридцати пяти часов, в зависимости от состояния механизма, от его изношенности... Ну, а потом еще один момент, мистер Мейсон, нелепо так говорить про убийцу, но он человек мягкосердечный и внимательный. Этот человек имел что-то против Сейбина. Он хотел убить его, но ему было жаль губить попугая. Он понимал, что тело Сейбина будет обнаружено не сразу, и сделал все, чтобы птица не сдохла от голода и жажды. Похоже, что у убийцы были серьезные причины ненавидеть Сейбина и убрать его с дороги. Так что его забота о птице... Вам понятна моя мысль?
– Да, шериф, я понимаю вас, – сказал Мейсон с улыбкой, – и очень благодарен вам. Похоже, я разобрался в обстановке. Пойду еще поброжу немного вокруг домика и закончу осмотр. Очень признателен вам за сердечное отношение...
Он не договорил, потому что кто-то постучал в дверь. Шериф открыл. На пороге стоял блондин лет тридцати, в роговых очках, придававших ему вид ученого.
– Шериф Барнес? – спросил он.
– Вы мистер Вейд? – в свою очередь спросил шериф.
– Да.
Шериф Барнес подал ему руку.
– Это сержант Холкомб, – представил он, – а это мистер Мейсон.
Вейд поздоровался со всеми.
– Я действовал точно в соответствии с вашими инструкциями, шериф сказал он. – То есть сошел с самолета в Лас-Вегасе, путешествуя под чужим именем, изучил все газетные сообщения и...
– Одну минуточку, – перебил его сержант сержант Холкомб. – Пока помолчите, мистер Вейд. Видите ли, мистер Мейсон – адвокат, а не полицейский. _О_н _с_е_й_ч_а_с _у_х_о_д_и_т_.
Вейд повернулся к адвокату с широко раскрытыми глазами:
– Так вы тот самый Перри Мейсон? – спросил он. – Прошу прощения, что сразу не сообразил. Я с огромным интересом читаю отчеты о ваших процессах. Был особенно поражен тем, как вам удалось доказать невиновность...
– Мейсон уходит, – повторил сержант Холкомб, – и мы бы попросили, чтобы вы вообще ни с кем не разговаривали, мистер Вейд, пока не изложите нам свою историю.
Вейд замолчал. На его лице поочередно появлялись то удивление, то улыбка.
– Мы поговорим как-нибудь в другой раз, мистер Вейд, – сказал Мейсон. – Я представляю Чарльза Сейбина. Он знает, что вы здесь?
Сержант Холкомб решительно шагнул вперед.
– Достаточно, – сказал он. – Закройте дверь с той стороны, Мейсон. Вы уже знаете все детали.
– Я хочу того же, – усмехнулся Мейсон, подходя к двери. – Духота в доме невероятная. Неужели вы не ощущаете, сержант?
Сержант вместо ответа яростно захлопнул за ним дверь. Мейсон вышел на крыльцо и с удовольствием посмотрел на залитые солнцем вершины гор.
Делла Стрит сидела на подножке автомобиля и пыталась завязать дружбу с полудюжиной бурундуков, храбро приближавшихся к ее протянутой руке. Появление Мейсона заставило их пуститься наутек под защиту большого соснового пня, где была большая нора. Там они о чем-то деловито посоветовались и медленно двинулись назад. Наверное, они привыкли получать подачки из рук человека. Голубая сойка на сосне очевидно, вообразила, что Делла подкармливает зверушек. Она стала нервничать, перепрыгивая с ветки на ветку, наклоняя головку то в одну, то в другую сторону и издавая ворчливый, явно протестующий звук. Сойке казалось, что ее незаслуженно обидели, исключив из числа пирующих, и она считала невозможным умолчать о такой несправедливости.
– Кто там приехал, шеф? – спросила Делла.
– Вейд, секретарь, – ответил Мейсон. – Он должен им что-то рассказать. Именно для этого они и приехали сюда – чтобы встретиться с Вейдом подальше от репортеров... И звонил Пол Дрейк, он раскопал что-то важное в Сан-Молинасе.
– Будем дожидаться Вейда? – спросила она. – Ты хочешь порасспрашивать его, шеф?
– Нет. Мы поедем в Сан-Молинас. Сержант Холкомб конечно же предупредит Вейда, чтобы он мне ничего не рассказывал. Но ему все равно придется обо всем доложить Чарльзу Сейбину, так что я буду знать содержание разговора. Прощайся со своими приятелями и поехали.
Он сел за руль, включил мотор и медленно поехал по неровной дороге, ведущей от домика к шоссе. Несколько раз он останавливался, чтобы взглянуть на сосновые ветки над головой.
– Послушай, – сказал Мейсон, улыбнувшись, – эта нахальная сойка упорно нас преследует. Нет ли у нас чего-нибудь такого, чтобы можно было ей дать?
– В «бардачке» лежит пачка сухариков с орехами, – ответила Делла Стрит. – Можно отломить кусочек и дать ей.
– Давай попробуем, – предложил Мейсон.
Делла вытащила бумажный пакетик.
– Тут осталось много орешков, – сказала она, высыпая их на ладонь Мейсону.
Он встал на подножку, поднял руку над головой так, чтобы сойка видела, что лежит у него на ладони. Птица моментально спорхнула с ветки и, усевшись на руку Мейсона, схватила самый крупный орешек, после чего улетела на ближайшую ветку.
– Знаешь, Делла, – рассмеялся Мейсон, – когда я выйду на пенсию, тоже заведу себе такой же домик в краю непуганых птиц и зверей и...
– Что случилось, шеф? – спросила Делла, когда он вдруг замолчал.
Не отвечая, Мейсон подошел к сосне, на которой примостилась сойка. Птица, решив, что он преследует ее, упорхнула в гущу деревьев, предупреждая громким криком всех лесных жителей. Делла Стрит, выйдя из автомобиля, тоже приблизилась к сосне, заинтересованная действиями Мейсона.
– В чем дело, шеф? – спросила она.
– Здесь провод, Делла, – сказал Мейсон, помедлив.
– Где?.. Я не... О, да!.. А что в нем особенного, шеф?
– Я не знаю, – ответил Мейсон. – Меня удивляет, почему он так тщательно замаскирован. Он протянут вдоль сука по верхнему краю, потом проходит по стволу до следующего, а оттуда незаметно перекинут на следующее дерево. В чаще он вообще незаметен... Отведи машину на дорогу, Делла. Я хочу взглянуть.
– Что ты предполагаешь, шеф?
– Я вижу, – ответил Мейсон, – что кто-то подключился к телефону Фраймонта Сейбина.
– Черт возьми, шеф! – воскликнула она. – Это уже что-то!
