— А что думать? — глотнул еще пива майор. — Я сразу скажу, что не согласен.
Я с удивлением посмотрел на майора.
— Но почему?
— Потому что играть от обороны, конечно, стратегия не идеальная. Но переходить к пиратству — еще хуже.
— Разве командир говорил про пиратство? — спросила Юля.
— А про что еще? Юль, не надо делать такие круглые глаза, тут все свои… Называйте это как хотите — пиратство, каперство, рейдерство на коммуникациях — один хрен, — упрямо ответил майор. — Что-то я не припомню, чтобы подобные приключения в жизни хорошо заканчивались. Проблемы-то для тельнор создать можно, ясен пень. Пираты их всегда успешно создавали. Вместе с пониманием, что с их морской вольницей надо кончать, во что бы то ни стало. Договорятся и прихлопнут Авалон. Те же тельнор с ваэрия объединятся за нашей спиной, даром что лютые враги.
— Ты говорил, что ваэрия Твайны лояльны, а Квайра не должна напасть.
— Это сейчас, пока она раны зализывает. А потом? Узнав от дельфинов, что «Бойкого» в гавани нет? Это политика, тут все возможно. Я ей в голову залезть не могу, кто ее знает, что ей втемяшится. А вот если мы как следует укрепим Авалон, займемся торговлей земными товарами с ваэрия, наладим дела с Землей — выйдет совсем другой коленкор. Там и тельнор, глядишь, пойдут на переговоры. Командир, я не терминатор, меня война ради войны не привлекает. Конечно, если большинство выступит за рейдерство, я подчинюсь. Но ты до завтрашнего совета над моими словами тоже подумай…
Глава 4. Авантюра
— Ох и ни хрена же себе, — только и сказал я, когда по команде Матвея с борта парохода, Олег, наконец, выключил насос. — Вот это прожорливость! Сколько мы в «Бойкий» дизеля влили? Всю цистерну?
— Немного поменьше, примерно пятьдесят пять тонн, — пояснил наш механик и приложил к уху рацию. — Алексей Филиппович, можно отсоединять шланг, — скомандовал он. — Только осторожно, в два приема, как я показывал…
Рация что-то пробухтела голосом белоруса, контролирующего бункеровку на судне, а я, стоя рядом, поневоле крутил в голове нехитрую калькуляцию. Подземная цистерна под дизельное топливо, волею треян появившаяся у причала обошлась нам в сто пятьдесят кандел. Оборудование для хранения и перекачки топлива еще в сотню. Ну и шестьдесят тонн самого дизельного топлива стоили девятьсот пятьдесят кандел. Итого тысяча двести. Считай, два морских зверя. Или полторы недели работы общины, вместе с доходами от рыбалки на «Бойком» и моторных лодках, собирательства и даже охоты силками на расплодившихся в лесу за равниной кроликов и попугаев, которых треяне скупали по четверть канделы за тушку. А если вычесть зарплату артельщикам и ваэрия, то мы в небольшом минусе аж за две прошедших недели. И ведь это неполная заправка! Китобоец тратит по десять-двенадцать тонн дизеля в сутки при экономичном ходе, половину запаса топлива мы сожгли. Теперь решили перед предстоящей автономкой залить баки под горлышко и извольте видеть… Дорого, однако! Даже если частично списать расходы на цистерну и оборудование в счет будущей программы электрификации поселка у гавани, то все равно накладно!
— Что нам еще нужно кроме топлива и оружия? — мрачно спросил я Олега.
— Пресная вода, прежде всего, питьевая и техническая… впрочем, здешняя из треянских скважин сойдет за ту и за другую. Продукты в камбуз, краска, мыло, стиральный порошок… туалетная бумага уже заканчивается, — деловито ответил наш стармех. — Ты лучше у Юли спроси, командир, мы вместе с ней и Аленой инвентаризацию проводили. У старпома полный список.
— Спрошу, — кивнул я. — Но это все мелочевка, купим. Масло, случаем, менять не надо?
— Не… пароходик новенький, масло в дизелях меняют после отработки положенных нормо-часов. Еще рано.
— И то хлеб, — вздохнул я. Удовольствие иметь собственный корабль на поверку оказывалось весьма недешевым.
— На сегодня все, кажется, — вопросительно глянул на меня Олег, выключив насос и закрывая вентиль. — Только шланги убрать осталось и пора на ужин. Ты идешь в кают-компанию, командир?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Нет, — помотал я головой. — Вечер чудесный, пойду пройдусь, голову перед сном проветрю. Если что, перекушу в «Волке». Заканчивайте здесь без меня.
— Как скажешь, — пожал плечами механик.
Я молча пошел вперед по причалу, глубоко задумавшись. Все складывалось не совсем так, как я предполагал…
Оба совещания по выработке нашей будущей стратегии, в узком, с Матвеем Юлей и Макарычем, и в широком, со всеми остальными «лордами» составе, я провел, но итог их был неутешителен. Прежде всего, моряки обломали меня насчет мечты о собственном военном корабле, убедительно доказав, что красоваться с биноклем на мостике идущего полным ходом эсминца мне не светит. И дело не только в безумной стоимости какого-нибудь эскадренного миноносца старого проекта — это бы еще ладно. Просто, настоящий военный флот жутко прожорлив на ресурсы, причем на все сразу. На матросов, которых для экипажа нормального боевого корабля требуется более ста человек. Причем квалифицированных, а не таких наскоро обученных кадров, способных без присмотра лишь драить палубу, таскать круглое и катить квадратное, как у нас. На технику, которую мы не сможем нормально обслуживать. На топливо, которое военный корабль расходует просто в безумных количествах. Если силовая установка — паровая турбина, а не дизель, то вообще тушите свет… Чтобы сразу дать ход, ее все время под парами держать надо, а это немалый расход горючего даже если корабль просто стоит на месте! Не вариант.
Не, в принципе, какой-нибудь дизельный пограничный сторожевой корабль 1249-го проекта мы потянем, если напряжемся. Но зачем он нам? По автономности, мореходности и дальности плавания он сильно уступает тому же китобойцу, артиллерия у него хоть и скорострельная, но тридцать миллиметров АК-306 это скорее для самообороны…
Моя идея насчет рейдерства на коммуникациях и налета на вражеские колонии тоже не получила поддержки. Макарыч был во многом прав, что уж там… Алексей — белорус критиковал мой план за непродуманность и отсутствие разведки, Матвей опасался сюрпризов от магов в их родных водах, Юля хоть и говорила, что «командиру виднее», но тоже выражала озабоченность. Мысль еще раз лезть в авантюру всем казалась чересчур рискованной. Жизнь на острове почти наладилась, вырисовывались неплохие перспективы, зачем снова испытывать судьбу? Мало ли, что там думают на сей счет треяне? Прямых указаний не было, да и брать под козырек мы не обязаны. Соратники были довольно убедительны, их доводы звучали разумно и я уже почти отправил свой замысел в утиль, как в наши планы вмешался еще один, неожиданный фактор.
Уже почти отказавшись от своих планов, я решил для очистки совести хорошенько опросить бывших рабов тельнор, как людей, так и ваэрия, насчет магов и их островов. И тут выяснилось кое-что весьма интересное.
Один из опрашиваемых, по имени Ефим, рано постаревший мужик лет пятидесяти с лишним на вид (хотя он утверждал, что ему еще нет и сорока), вспомнил, что на острове с высоким скалистым мысом, возвышающимся над всем остальным побережьем, маги их заставляли таскать бочки с топленым жиром морских носорогов. По его словам, это были толстые медлительные животные вроде морских коров, доходившие до пятнадцати метров в длину и весившие несколько тонн, которые стаями плавали в открытом океане. «Носорогами» их называли за мощный, полуметровой длины костяной рог на голове. Охотились на них маги при помощи своих морских зверей, чуть ли не загонной охотой, туши привозили на остров, а жир и рога собирали в партии, прежде чем продать или куда-то увезти.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Информация эта мне показалась небезынтересной. Ценный промысловый зверь — это здорово, на одной рыбе хорошего капитала не сделаешь. Поэтому я стал расспрашивать про «носорогов» подробнее и меня сразу насторожил другой факт — к непосредственной разделке этих самых морских носорогов привлекали лишь небольшую группу рабов, содержащихся отдельно. Их лучше кормили и за ними присматривали особо тщательным образом, не допуская контактов с остальными рабами.
