Георгиевича Старопольского. В противном случае комбат рисковал преждевременно скончаться смертью храбрых. Что его совершенно не устраивало.
Такие были законы в Восточном протекторате. После кровопролитнейшей революции, закончившейся в середине двадцатых годов прошлого века, население России сильно сократилось, а сама территория бывшей Российской империи была разделена на несколько частей. Революционеров и им сочувствующих в основном перевешали, перетопили или перестреляли отчего многие губернии на западе тогда ещё огромной страны практически обезлюдели. Затем начались неизбежные экономические проблемы, и адмирал Колчак[iv], провозгласивший себя правителем Восточного протектората, отделился от ещё полыхающего гражданской войной запада. Впрочем, не забывая выкорчёвывать в своём государстве большевистскую и либеральную заразу всеми доступными ему способами.
В свою очередь в Юго-Западном протекторате особенно зверствовали войска верховного правителя Крыма и Южного протектората генерал-лейтенанта барона Петра Николаевича Врангеля[v]. Это агенты его контрразведки отловили в небольшом швейцарском городке вождя мирового пролетариата Владимира Ульянова с его жёнушкой и прилюдно повесили на фонаре на центральной площади города. Фотографии бесславной кончины господина Ульянова-последнего по всему миру разлетелись. Последнего, потому что всех остальных Ульяновых к тому времени уже всех уничтожили. Так, на всякий случай, чтобы больше расплодиться не смогли.
Второй вождь рабочих и крестьян Лев Троцкий умудрился добежать аж до Бразилии, где его благополучно скормили аллигаторам. Пустобрёха Керенского отловили в Северных Американских Штатах и прибили металлическими скобами к деревянной ограде какого-то частного то ли зверинца, то ли зоопарка. Князя Кропоткина забили палками и камнями в мятежном Киеве. Опознал его кто-то из агентов. Вроде как случайно. А там бог его разберёт. Может и не случайно. Каменева утопили в солдатском нужнике вместе с пятаком его прихлебателей. Говорят, что он сдуру приехал агитировать солдат воевать за революцию, а нарвался на хорошо повоевавших старослужащих. С понятным для всех результатом.
Неизвестна только судьба Иосифа Джигашвили. Или Джугашвили? Как звали этого горячего грузинского защитника трудового народа Муромец сейчас не помнит. Этот бегал по кавказским горам и их предгорьям аж до середины тридцатых годов вместе со своим соратником Кировым, но потом сгинули и они. Может сбежали, а может прикопал их какой добрый человек по-тихому. Остальных видных революционеров кого перевешали, кого перестреляли, а кого казаки нагайками запороли. Много их было. Всех не упомнишь.
В Восточном протекторате барон Унгерн большевиков в озёрах топил – патроны экономил. Приказывал связывать попарно спина к спине и в воду. Он говорят вообще затейником был какого ещё поискать придётся.
Историю в военном училище и академии изучали мало, но по революции и гражданской войне был создан специальный цикл короткометражных фильмов, в которых рассказывалось и наглядно показывалось что происходит с государством, в котором головы поражены революционной и либерастической гнилью.
Проблемы в Восточном протекторате конечно же ещё были. Продолжались вялотекущие боевые действия и сведение личных счётов, но основные потрясения прошли, а с остальным правительству удалось справиться. Правда к тому времени из всего мужского населения бывшей Российской империи остались лишь древние старики, несовершеннолетние молокососы, редкие прошедшие все бои ветераны и многочисленные инвалиды которых всегда брали на государственную службу.
Именно по этим причинам в новообразованной стране были приняты беспрецедентные меры поддержания увеличения численности населения. Мужчины могли взять в жёны столько женщин сколько могли прокормить, а со второго ребёнка содержанием детей занималось государство отчего семьи в несколько жён с полутора, а то и двумя десятками детей не были редкостью. Правда разрешалось заводить не более одной жены не европейской внешности и не более двух детей от неё. Так поддерживалась численность невеликого в те времена славянского населения.
Восточный протекторат включал в себя часть Сибири, весь Дальний Восток, Курилы, Маньчжурию, Корею, Монголию, часть северного Китая и некоторую часть Японии. К сожалению, южный Китай и большая часть Японии умудрились отделиться в огне гражданской войны и теперь на границах, бывало, крайне неспокойно. Постоянно вспыхивали пограничные конфликты и локальные, но от этого не менее кровопролитные войны после которых приграничные территории приходилось заселять заново. Правда в основном это приходилось делать соседям родины Муромца, потому что правительство Восточного протектората человеколюбием никогда не болело и в буквальном смысле этого слова выжигало всё живое на сопредельных территориях.
Вышестоящее командование часто задействовало их дивизию не только в подобных конфликтах, но и в различных скажем так не слишком обычных, но очень высокооплачиваемых делах. Как правило это были разовые контракты по охране или сопровождению кого-либо или чего-либо. От любовниц африканского алмазного царька до складов с оружием и боеприпасами, а то и того и другого вместе взятых с гаремом очередного высоко взлетевшего султана.
В троечке десятков таких заданий поучаствовал и взвод, потом рота, а затем и батальон под командованием Ильи Старопольского. Отчего на его груди засверкали две «Анны»[vi], «Владимир»[vii], два «Станислава»[viii] и «десантный крест»[ix] – крайне редкая и почитаемая во всех Российских протекторатах награда, а на поясе появился кортик с «Георгиевским»[x] темляком. Да и личное состояние Муромца давно перевалило за отметку «очень состоятельный полный гражданин», а количество недвижимого имущества поражало несведущих в деталях его службы обывателей.
Одним словом, грех было жаловаться на свою судьбу, поэтому контракт на охрану очередного высоко взлетевшего чинуши из Западного протектората Муромец подписал почти не читая. Всё равно каждую закорючку контракта тщательно изучила Ксиу – его личный секретарь-делопроизводитель, официальная любовница и по совместимости снайпер отдельной группы телохранителей, ликвидаторов, порученцев, палачей и так далее и тому подобное. Нужное подчеркнуть или использовать по назначению согласно озвученного, разумеется, исключительно устного приказа. Командир любого подразделения, который мечтал дослужиться до почётной отставки обязательно обзаводился такими людьми иначе рисковал попасть под «пулю неизвестного снайпера» или подорваться на таком же «случайном фугасе», невесть откуда взявшемся на только что проверенной сапёрами дороге.
Данный контракт подписал практически весь батальон, который ещё и усилили взводом боевых пловцов из элитной дивизии имени адмирала Макарова[xi]. Именно у этого подразделения ещё было неофициальное название «касатки», потому что резали эти пловцы всё что шевелится и в воде, и в любом вражеском порту, и, если понадобится в многолюдном городе на любом расстоянии от побережья, не разбирая мужик это, баба или новорождённый ребёнок. Чего Муромец и его бойцы на дух не переносили.
Мужики с бабами понятно. С какого перепуга их жалеть? Желтомазые плодятся как кролики. Глазом моргнуть не успеешь как новые вырастут будто трава по весне. А вот маленьких, а лучше новорождённых пацанов и девчонок солдаты Муромца всегда подбирали и продавали в казённые детские дома протектората. Кстати говоря, приличная статья необлагаемых налогами доходов получается. Такое пополнение
