— Все будет в порядке, — заверил ее Кордон. — Я выставлю еще одну охрану и сообщу Высшему совету о том, что тебе угрожает опасность. Они будут следить за всеми входящими и исходящими передачами.
— Дело не в этом, Кордон, — сказала Грейси. — Ты и так уже усилил охрану здесь. Я не хочу жить в страхе. И не хочу, чтобы наши дети росли в страхе за свою жизнь. Вот почему я решила остаться здесь, с тобой, вместо того чтобы вернуться на Землю. Просто не знаю, что за информация, по их мнению, может им помочь. Все, что я знаю, устарело более чем на восемьсот лет. Сомневаюсь, что это им в чем-то поможет.
— Мне нужно, чтобы ты рассказала мне все, что помнишь до того, как покинула Землю, пока тебя не нашли, — сказал Крак. — Наверняка ты что-то упускаешь. То, что, по их мнению, ты знаешь, и чего они хотят.
Грейси посмотрела на своего ребеночка на руках, когда тот зашевелился. С любовью глядела, как темно-синие глазки несколько раз моргнули, а затем уставились на нее. Она поймала размахивающую ручку мальчика и прижала крошечные пальчики к своему рту.
— Я расскажу тебе все, что смогу вспомнить, но сначала мне нужно покормить Адама, — сказала она, оглядываясь на Крака. — Я вернусь через несколько минут.
Оба мужчины повернулись, когда Грейси поднялась со стула. Кордон подошел и погладил ее по щеке тыльной стороной пальцев, а затем поцеловал в губы. Крак отвернулся, не желая, чтобы они знали, что он слышал их произнесенные шепотом слова любви. Он нахмурился, подумав о том, каково это, когда женщина смотрит на него так, как Грейси смотрела на Кордона. Но так же быстро отбросил эту мысль. Бессмысленно думать о том, что какая-либо женщина захочет такого монстра как он. Крак хорошо усвоил это еще на Земле.
Воин обернулся и стал изучать Кордона, когда тот подошел к бару и налил два бокала с темно-янтарной жидкостью. Крак кивнул в знак благодарности, когда Кордон протянул один из них ему, а сам вернулся и сел в кресло, которое освободила Грейси.
— Что еще ты узнал? — спросил Кордон. — Я хочу знать все.
* * *
На борту небольшого звездолета пять мужчин собрали все свое оружие. У них была одна цель — захватить Грейси Джонс и убраться оттуда подальше. От того, удастся ли им захватить в плен человеческую женщину, зависела большая сумма кредитов.
— Ее пара не обрадуется, если мы ее заберем, — произнес Джит. — После того, как Хиндерс и Вестон напортачили с Миллер, у нее наверняка будет усиленная охрана.
— Лидеру не нужны оправдания. Мы должны убить любого, кто встанет у нас на пути. Мосс уберет Хефе. Остальные займутся охранниками. Я возьму женщину, — сказал Мейс. — Придерживайтесь плана. Тихо зайти и быстро выйти. Мы получили информацию от медсестры. Они приведут своего ребенка на осмотр. Из-за него они станут уязвимее, так как будут пытаться его защитить.
— Что, если мы не сможем ее схватить? — спросил Крейн.
— Тогда хватаем ребенка. Судя по тому, что я читал о Грейси Джонс, она сделает все, чтобы защитить своих детей, — объяснил Харден, убирая лазерный пистолет в кобуру на поясе. — Убейте ее пару, схватите ее ребенка, и она будет есть из наших рук.
— Я не хочу связываться с ребенком, — пробормотал Мосс. — Они воняют и громко плачут.
— Не младенца, тупица, — ответил Харден. — Маленькую девчонку. Если не получится убить ее пару, он не станет ничего предпринимать, зная, что дочь у нас. Именно из-за этого они будут слабы, уязвимы.
— Я не люблю детей, — продолжал Мосс. — Они плачут.
Харден закатил глаза и стиснул зубы. Единственная причина, почему он не убил здоровенного человеческого мужчину, в том, что тот хорошо выполнял приказы и был младшим братом Мейса. С другой стороны, Мейс обладал смекалкой, быстротой и был его заместителем. В паре братья отлично справлялись с работой. Нужно только помнить, что он не может убить Мосса за то, что тот тупица.
— Просто запомни, — процедил Харден сквозь стиснутые зубы. — Если не сможешь захватить женщину, хватай малявку. Таков приказ Лидера.
— Хорошо, — ответил Мосс, покачав головой. — Но я все равно не люблю детей.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
* * *
— Не нравится мне все это, — сказал Крак, оглядывая оживленную улицу. — Почему ты рискуешь, покидая свой дом? Ведь целитель мог бы прийти к тебе домой?
— Она бы и пришла, но к западу от города произошел взрыв на одном из заводов. Она на вызове. У Адама кашель и небольшая температура. Нам стало бы спокойнее, если бы его проверили, — ответил Кордон.
— У нас достаточно охраны и ты с нами, Крак. Неужели кто-то додумаеться что-то предпринять, когда вокруг столько охранников? — размышляла Грейси, глядя на шестерых элитных бойцов, сопровождавших их, пока они входили в комплекс в центре города, где находилась их целительница. — Это было бы самоубийством.
— Мне было бы спокойнее, если бы ты дождалась, чтобы целитель сам пришел к тебе, — настаивал Крак, оглядывая просторный холл под куполом.
— Все в порядке, дядя Крак. Ты можешь одолеть любого! — гордо заявила Виолетта, вложив свою маленькую руку в его. — Прямо как мой папа!
Крак посмотрел на светлые кудряшки и большие зеленые глаза и сдержал негромкое ругательство. Чертова волна нежности снова охватила его. Он должен контролировать ее. Эмоции таили в себе опасность. Они делали человека слабым и уязвимым.
Тем не менее он не мог сдержать слабую улыбку, когда смотрел на девочку. Только когда зашел в очистительную комнату, перед тем как покинуть дом Кордона и Грейси, он наконец понял, почему все продолжали смотреть на него с весельем.
Маленькая проказница, державшая его за руку, разрисовала его лицо грязью, а на груди у него были идеальные отпечатки ног третьего размера. Под глазами она поставила две кляксы, а на щеках нарисовала маленькие кружочки, похожие на цветы.
Он окинул Кордона злобным взглядом, когда вернулся в их дом. Огромный зионский воин разразился смехом, увидев его недовольное лицо. К тому же Виолетта увидела его и расстроилась, что он «смыл» ее красивую роспись с лица.
Теперь Крак гордо стоял, глядя на маленькое личико, смотревшее на него с обожанием. Впервые он не чувствовал себя монстром. Он нахмурился, подумав о том, какой эффект могут произвести всего несколько простых слов, сказанных ребенком, и насколько опасно для него в них верить.
— Я сделаю все возможное, чтобы защитить твою семью, Виолетта, — хрипло ответил он.
— Я знаю, — сказала с довольной улыбочкой Виолетта, отпустила его руку и побежала к маме.
Крак наблюдал за ней с минуту, а затем вздрогнул, услышав рядом с собой голос. И тихо выругался. Именно это он и имел в виду, говоря о уязвимости. Он настолько сосредоточился на Виолетте, что не услышал, как слева от него подошел Кордон.
— Она очень похожа на свою мать, — заметил Кордон, наблюдая, как Грейси опустилась на колени, чтобы Виолетта могла коснуться щеки Адама. — Ей невозможно отказать.
— Привести их сюда было неразумно, — настаивал Крак мрачным голосом. — Я проверю окрестности, пока ты будешь с целительницей. Убедись, что твои охранники остаются начеку.
Кордон бросил сердитый взгляд на Крака.
— Я знаю, как защитить свою семью.
— Я не говорил, что не знаешь, — спокойно ответил Крак. — Что-то тут не так. Я чувствую это. Мы что-то упускаем.
Крак заметил, как Кордон недоверчиво сощурил глаза, а затем коротко и резко кивнул и отошел в сторону, наблюдая, как несколько элитных охранников прошли вслед за маленькой семьей в лифт. Только когда двери закрылись, обернулся. Еще раз окинул взглядом вестибюль, останавливаясь на доли секунды на каждом лице, чтобы сохранить информацию на случай, если она понадобится позже. Повернувшись, он вышел из здания зионского капитолия.
Его встретили оживленные улицы. Натянув капюшон плаща, он зашагал по широкой аллее и свернул за угол здания, расположенного между высоким зданием, где оставил Кордона и его семью. Дурное предчувствие не давало ему покоя, а он никогда не ошибался.
