И так меня эти перспективы испугали, что я какой-то внутренней силой ухватила два костра, соединила в один и швырнула вниз. Мне сразу стало зябко, и я натянула на себя одеяло. В этот момент открылась дверь кельи, а мой телефон превратился в молитвослов. Я поспешно накинула на него край колючей ткани и поворочалась, чтобы запихнуть его под себя.
— Ты уже проснулась? Прекрасно! — сказала пришедшая лично разбудить меня настоятельница. — Герцог будет с минуты на минуту. Умываться и одевайся. Ямина приведет тебя ко мне в кабинет через пятнадцать минут.
Да уж, живут тут монахини, как солдаты в казарме, и много времени на утренний туалет не тратят. Но я хотя бы знала, куда бежать, и сумела привести себя в порядок быстро. Вернувшись в келью, спрятала молитвослов в карман платья и заправила постель.
Явившаяся за мной помощница Ортании сегодня была молчалива и подавлена — волновалась, наверное.
— Он там. Не забывай, что ты должна быть милой, кроткой и тихой, — прошептала серая перед тем, как открыть дверь и впихнуть меня в кабинет Ортании.
Верховный маг герцог Дымтей Архейский стоял у стола настоятельницы. Он повернулся на звук моих шагов, и я без всяких мысленных напоминаний расплылась в улыбке. Правда, не кроткой, а слегка плотоядной, какой расплываются девушки при виде сногсшибательного красавца. Но я быстро спохватилась и добавила лицу смущения, надеясь, что герцог оплошности не заметил.
Он как прожигал меня взглядом фиолетовых… фиолетовых, Карл, глаз! Так и продолжил прожигать. И ни один мускул на его лице не дрогнул. А я опустила ресницы и, глядя из-под них, пыталась понять, что же меня, кроме цвета глаз, так в нём поразило.
Руки? Они почему-то сразу привлекли взгляд. Длинные ровные пальцы, на одном из которых красовалось кольцо. Возможно.
Фигура? Однозначно! Широкие плечи и узкие бедра. Герцог не качок, а скорее атлет. Пловец или лыжник. Высокий. Я ему примерно по плечо. Мне всегда нравилась такая разница в росте — за счёт неё я иногда чувствовала себя хрупкой и слабой, потому что характер на такие самоощущения шансов не оставлял.
Лицо? Пожалуй. Оно у мужчины красивое: тонкий ровный нос, чётко очерченные полные губы, выразительный подбородок и скулы. Вьющиеся волосы уложены в небрежную причёску. Вот они немного выбивались из образа холодного и неприступного аристократа. И что-то мне подсказывало, что это осознанный беспорядок, призванный одурачивать ложной простотой наивных женщин.
— Как вы себя чувствуете, Амирана? — спросил верховный маг чарующим голосом, и я утвердилась в своих подозрениях.
Таким голосом хотят расположить к себе, а может и вовсе приворожить. Я начала догадываться, что все не так просто, как рассказали монахини. Этот верховный явно рассчитывал неизбалованную мужским вниманием восемнадцатилетнюю девчонку сразить наповал, а потом ею манипулировать.
— Всё хорошо, герцог. Слава Святой Ветренице, я здорова, — тихо пролепетала я с благостным видом.
Я его вчера долго перед зеркалом репетировала. И этот противный кроткий тон — тоже. Похоже, незря — у меня получилось, потому что на лице верховного мелькнула презрительная, но довольная усмешка, а Ортания, сидевшая за его спиной, расслабилась и заулыбалась.
— Очень рад… Надеюсь, у вас не осталось в монастыре ничего, что дорого сердцу?
Осталось! Колючее одеяло и жёсткая подушка, ага!
— Только милые сестры навсегда останутся жить в нем, — заверила я герцога дрожащим голосом.
— Прекрасно. Тогда мы с вами прямо сейчас уезжаем в столицу. Нам предстоит несколько дней провести в дороге, не будем терять время.
Феникс сказал, что маги из Ордена Тьмы могут перемещаться на большие расстояния какими-то теневыми тропами. К тому же меня сюда тоже вытащили порталом. Я была почти уверена, что это для важных персон на Амате распространённый способ передвижения и вероятнее всего, герцог мог доставить Амирану во дворец за минуту… если только не планировал провести несколько дней с пользой для себя.
Ой-ёй! Боюсь, он собирается меня соблазнять!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Герцог подошёл ко мне и галантно подставил локоть. Он вёл себя так, будто настоятельницы в кабинете нет. Я невесомо положила ладонь на сгиб его руки с малахольным видом, а про себя подумала, что такое отношение наверняка бы польстило обделенной любовью и вниманием девушке. Амирана гарантированно в этот момент возвела бы верховного мага в ранг героя и спасителя. Умно. Он, вообще не напрягаясь, смог бы сделать девушку своей преданной рабой.
По коридорам монахини шли за нами. Безмолвной процессией мы добрались до выхода из монастыря, и только на крыльце я поняла, что знакомство с Аматом у меня ещё даже не состоялось, а миру было чем меня удивить!
Монастырь окружали высокие каменные стены, но защищали его не только они — на башнях сидели и зорко вглядывались в окружающее пространство крылатые существа, которых я идентифицировала как горгулий. А у подножия лестницы стояла восьмиколесная длинная и высокая карета с занавешенными окнами.
Я бы назвала её вагоном, если бы под ней находились рельсы, а перед ней — паровоз. Но в нее были запряжены демонического вида мощные, чёрные и рогатые лошади, а на козлах и облучке сидели вооружённые мужчины. Так что перед монастырем все-таки стояла карета.
Герцог распахнул передо мной ее дверцу, и из порожка выпали ступеньки. Но не успела я поднять ногу, как ко мне подбежала монахиня и сунула в руку сумку. Наверное, в ней лежали вещи, принадлежавшие Амиране.
Я в этот момент немного зависла. А должна я попрощаться с теми, кто ее восемнадцать лет растил? Я-то про них уже и думать забыла. Но как бы поступила Амирана?
Вот чёрт! На каждом шагу подвох!
— Прощай, Амирана, дитя Ветреницы, — выручила меня настоятельница, и я повернулась к крыльцу. — Не забывай нас!
— Не забуду! — пообещала я с надрывом, но слезу из себя выдавить не смогла. — Прощайте!
Поспешно отвернулась и забралась в карету… чтобы там слегка офигеть. Еле удержалась, чтобы не присвистнуть! Это оказался даже не вагон, а натуральный дом на колёсах! Я очутилась в роскошной гостиной, из которой куда-то вели несколько дверей. Наверняка тут не обошлось без магии. Иначе картины, ваза с цветами на столе, напольные часы и прочий декор вряд ли удержались на местах не только на ухабах, если дороги тут не идеальные, но и просто на поворотах, спусках и подъемах. Так что этот транспорт точно даже передвигался благодаря магии.
— Нравится? — поинтересовался вошедший следом за мной герцог.
— Очень! — искренне ответила я.
— Привыкай, Амирана. Если мы станем с тобой добрыми друзьями, то ты ещё и не такое будешь иметь в своём распоряжении.
Ты гляди-ка! Придворный интриган с ходу ударил по всем фронтам. Даже мне захотелось с ним подружиться и просто плыть по течению, если меня станут так баловать. Но это желание быстро прошло. Все же я росла в богатстве и роскоши, поэтому давно расставила приоритеты. Цацки — ерунда. Это только подачки. А если хочешь иметь всё — встань у власти и возьми что душе потребуется сама. Это у тебя будут выпрашивать милости, а не ты выслуживаться за любую малость.
— Не могу поверить в свое счастье! — пролепетала я. — Хочу сесть, а то колени подгибаются от волнения.
Герцог снисходительно усмехнулся и проводил меня до дивана, устроился рядом, но руку мою из своей так и не выпустил. Наоборот, накрыл второй и проникновенно заглянул в глаза. Помимо воли мое сердце стукнулось о ребра, и я сглотнула комок в горле. Но самое страшное, что я не могла отвести от герцога взгляда. Мы с ним смотрели друг другу в глаза, словно он удав, загипнотизировавший глупого кролика.
— Ты очень красивая девушка, Мира, — голос герцога затек в уши и разлился по венам сладким ядом. А я вздрогнула. Мира? Он меня раскусил? Страх помог скинуть гипноз, и я внутренним зрением лихорадочно проверила, где там мой огонь. Убедилась, что спрятан, и слегка выдохнула. — Мира… Мне нравится так тебя называть, Амирана. Ты не станешь возражать?
