Сократ надеялся, что в этом исключительно этическом направлении, с помощью предельно общих понятий ему удастся постичь самую сущность явлений, господствующих над всеми частными случаями человеческой жизни. Поэтому Сократ понимал философию как систему наиболее общих классификационных понятий об общеобязательном законе добра. Определение того, что такое справедливость, рассудительность, мужество, истина, красота, взятые сами по себе, были в центре раздумий Сократа. Поэтому, в истории древней европейской философии учение Сократа воспринимается как некий водораздел.
До Сократа философия, в основном, изучает природу, в которой человек представляет собой только одну из ее частей.
После Сократа философия утверждает проблему человека в качестве главной темы своих размышлений.
Вслед за элеатами, Сократ отвергает мышление сравнительными понятиями и переходит к мышлению классификационными понятиями предельной общности. Этот шаг позволяет избавиться от релятивизма софистов, позволяет перейти к понятийному знанию, обусловленному формально-логическим мышлением на основе отношений абстрактного тождества и абстрактного различия: А и не-А. Поэтому мышление Сократа, как и мышление элеатов, не выходит за пределы рассудочного мышления, тогда как другие досократики, в том числе и софисты, осмысливали реальность с позиций разума. Именно Сократ положил начало традиции, характеризующей европейскую классическую философию в целом. Именно Сократ и его последователи, окончательно завели философское мышление в лабиринт мнений, из которого вот уже более двух с половиной тысяч лет оно никак не может выбраться.
В результате деятельности Сократа, а затем и Платона философия сделала второй после Парменида шаг назад с позиций хотя и примитивного, но разумного восприятия действительности, к рассудочному непротиворечивому мышлению.
Именно платоновский Сократ определяет знание как мысль, направленную на фиксацию общих черт предметов и определяет познание как нахождение общих понятий. Но если Сократ ограничивал их приложение областью этики, то Платон расширил применение сократовского метода, а значит, и рассудочного абстрактно-всеобщего мышления на всю область познания.
Борьба Платона против релятивизма и исключение из философского мышления всего спектра сравнительных понятий, введение которых в познание обусловило появление конкретно-всеобщего предфилософского и философского мышления, знаменовала собой окончательный разрыв между элейской и ионийской традициями.
Ионийцы были создателями мудрости (философии) как объективной науки, как конкретно-всеобщего способа теоретизирования.
Элеаты – Парменид и Зенон, а затем Сократ и Платон – ее разрушителями. После Платона разумное философское мышление, как мышление сравнительными понятиями, постепенно зачахло. Аристотель был последним философом, кто пытался оживить этот познавательный процесс. Но и его гений не сумел удержать философию от падения, от ее возврата к рассудочному способу мышления, что, в конечном счете, и определило раскол культуры на две части40.
Произошел незаметный подлог, или точнее сказать, переход с одного, более высокого способа мышления на другой, менее высокий, совершенно не пригодный к решению философских проблем. Ибо без конкретно-всеобщих сравнительных понятий философия Платона перестала быть объективной наукой, т. е. Философией с большой буквы, опирающейся в своих началах на сравнительные понятия как на Слова Всесильного. Она стала рассудочной, хотя и талантливой литературой, соответствующей платоновскому характеру, более литературному и поэтическому, нежели научному. Так произвольно выбирая начала, философы оказались в лабиринте ходов, обусловленных субъективным рассудочным мышлением.
Литература
1. Богомолов А. Диалектический Логос: Становление античной диалектики. http://www.gumer.info/bogoslov_Buks/Philos/bogom/04.php
2. Гайденко П. П. История греческой философии в ее связи с наукой. Изд. 2-е, испр. Издательство: М.: Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2009, 264 с.
3. Наан Г. Понятие бесконечности в математике и космологии // Бесконечность и Вселенная. М., 1969. С. 16.
4. Ротенфельд Ю. А. Возродить мышление Аристотеля – значит перейти от рассудка к разуму в социально-гуманитарных науках // Современное социально-гуманитарное знание в России и за рубежом: материалы второй заочной междунар. науч.-практ. конф. (25—28 февраля 2013 г.): в 4 ч. – Ч. I, кн. 1. С. 10 – 22.
5. Ротенфельд Ю. А. Запечатанная книга: Кризис понимания. Кн. 2. Философия, или тень мудрости: Альтернативный курс древней европейской философии. – Луганск: Свїтлиця, 1999. С. 32 – 40.
6. Фрагменты ранних греческих философов. Ч. I. От эпических теокосмогоний до возникновения атомистики. Подг. А. В. Лебедев. – М.: «Наука», 1989. С. 296.
3. Найти философский камень
«Мудрость в том, чтобы знать все – как одно».
Гераклит
Фразеологизм «философский камень» – термин алхимии. Часть алхимиков искала способ, с помощью которого можно было превращать различные простые вещества в золото и в результате стать богатыми. Другая часть искала эликсир для исцеления болезней и омолаживания стариков. А поскольку в прошлые времена не удавалось решить эти задачи, постольку выражение «искать философский камень» часто преображали в символ безнадежных поисков правильного решения.
Но на выражение «искать философский камень» некоторые ученые смотрели иначе, видя в нем стремление людей, противоборствовать устоявшимся в сознании частным знаниям. Поэтому в качестве философского камня они искали некие универсальные знания, делающие человека владыкой мира, открывающие ему цель человеческой жизни, его предназначение. И в этом смысле поиск философского камня – это желание найти выход к более общему, нежели частичное, ограниченное теми или иными рамками, знанию. Поэтому философский камень символизирует универсальный ключ, некую универсальную формулу, обеспечивающую решение многих задач и раскрывающую первопричины многих явлений.
Речь идет не о решении тех или иных конкретных вопросов, которые каждый раз требуют конкретных ответов, а об общем направлении поисков и размышлений: что взять за исходный пункт, общее и от него спускаться к частному или исходить из частного и от него подниматься к общему41
Найти философский камень, значит, достичь такого расширения сознания, которое было бы сродни взгляду на окружающий мир «с высоты птичьего полета», принципиально отличающегося от обычного приземленного взгляда и обычных, частных моделей мышления. Поэтому наука – это не только более глубокое проникновение в реальность, в самые исходные ее начала – это поиск и более широких ее горизонтов. Причем, чем большая степень обобщения, тем больший круг явлений охватывает наука. Расширение этих горизонтов изначально призвана была давать философия, для которой поиск философского камня был одним из важнейших смыслов мудрости как пути духовного самосовершенствования человека.
«Поэтому, надо иметь в виду, что алхимия это не только (и не столько) великое учение о поисках путей превращения веществ в золото, но и знание путей изменения, духовного преобразования самого человека»42.
Несмотря на то, что символ философского камня имеет множество различных значений, наиболее распространенная трактовка описывает его суть как циклическую природу космоса, как чередование созидания и разрушения, как постоянного перерождения. Идейные его истоки коренятся в учениях о четырех стихиях – огне, воздухе, воде и земле, способных превращаться друг в друга.
Очень часто символом философского камня выступает свернувшийся в кольцо и пожирающий свой хвост змей Уроборос. Алхимики считали его отображением циклического процесса, в котором нагревание, испарение, охлаждение и конденсация жидкости способствовали процессу очищения элементов и преобразования их в философский камень.
Изображение Уробороса из книги «CHRYSOPOEIA OF CLEOPATRA»
Символ уробороса имеет богатую историю. Он является одним из древнейших известных человечеству символов, который используется в религии, магии, алхимии, мифологии. Заметную роль он играл в учении христианских гностиков. Здесь уроборос был отображением свернувшейся в кольцо змеи, имеющей двенадцать частей, символизирующих двенадцать месяцев года, а также олицетворением процесса трансформации четырех элементов, того, что у буддистов называют «колесом бытия», воплощением полного жизненного цикла, символом единства всех вещей, одним из аналогов которого является крест, представлявший ориентацию во времени и пространстве. Крест дает пересечение ортогональных энергий, соединяя во времени день и ночь, вечер и утро, а в пространстве север и юг, восток и запад.
