поспешно и с ярко выраженными эмоциями. Обида на мужа пульсирует в сердце кровоточащей раной.
– Вы мне понравились. И мне кажется, что вы действительно сейчас нуждаетесь в помощи. И я на вашем пути встретился неслучайно, потому что я действительно могу вам помочь. Ну, что скажете?
Мне требуется несколько минут для того, чтобы переварить услышанное. Притупившиеся на некоторое время эмоции и чувства, вдруг с новой силой всколыхнулись в груди. Злость. Обида. Все смешалось, как ядовитая отрава, растекаясь по венам.
– Чем вы можете мне помочь? – задаю вопрос звенящим от напряжения голосом.
– Могу вас, вашу дочку и маму разместить в отеле без лишних заморочек.
Вот это предложение. Действительно, неожиданное.
Бросила короткий взгляд на маму, Киру. Измученный. Уставшие. Они внимательно следили за нами, а в их взглядах читались безысходность и пустота.
– Ладно. Я согласна. Возможно, вы действительно правы и я встретила вас неслучайно. Так как, говорите, вас зовут?
– Аркадий… Озимков, – добавляет зачем-то фамилию, может, для того, чтобы я не сильно волновалась!? – Говорите адрес вашего отеля.
Достаю телефон. Кликаю иконку навигатора, а сама с разочарованием подмечаю, что ни пропущенных вызовов, ни sms нет. Что в очередной раз доказывает то, что ссора с Игнатом – это серьезно.
– Вбиваете? – прогоняет своим вопросом захлестнувшая меня горечь.
– Угу, – Аркадий диктует адрес. Оказывается от того места, где мы сейчас находимся, ехать не так уж и далеко.
– Гостиница «Азимут». Если вдруг потеряетесь, встречаемся на ресепшене, – подмигивает мне мужчина.
– А вы там работаете? – не сдержавшись, задаю вопрос.
Тем временем Аркадий помогает занять мне водительское сиденье, придержав и захлопнув дверь, когда я оказываюсь внутри.
– Нет, Ксения. Я им владею.
Глава 4
Всю дорогу до гостиницы меня не покидало жуткое смущение. Казалось бы, взрослая женщина. За плечами какой никакой, а опыт общения с мужчинами имеется. Не зря же столько лет замужем была. Да и в высшем обществе не раз приходилось сталкиваться с мужчинами. Правда, Игнат старался ограничивать от посягательств на мое общество оных.
Но, возможно, дело в том, что, уже двигаясь к назначенному месту встречи с Аркадием, у меня вдруг в мозгу прояснилось, и я неожиданно вспомнила Романа Озимкова, крупного бизнесмена и владельца сети гостиниц. Название вылетело из головы. Фамилия запомнилась, потому что у наших дальних родственников была такая же.
Сердце каждый раз срывается с места от той мысли, что Аркадий – это сын Озимкова. «Невероятная встреча. Даже, скорее, странная.»
– Это ты про Аркадия? – встрепенулась мама.
Черт! Я озвучила мысли вслух. Тем самым дала пищу для разговора.
– Да, именно про него, мам, – нехотя, признаюсь.
– Будет, действительно, удивительно, если он окажется сыном самого Озимкова?! Если бы ты мне не рассказала, как вы с ним столкнулись, можно было бы подумать, что это все подстроено. Но, с другой стороны, зачем это нужно такому большому человеку? У него, что, заняться нечем? Ну, это смешно же, если представить, что он незнакомых девиц по кафешкам ловит!
Ведет монолог сама с собой родительница, в который я предпочитаю не вмешиваться. У меня и без того в голове полная каша, а в душе – страшная сумятица. И непрекращающийся поток разнообразных мыслей. Мысли, мысли, мысли. Они пульсируют в мозгу, раздражая, разжигая панику. Что мне делать? Куда деваться? Куда обратиться? Да, и поможет ли мне кто? Жилье вроде бы есть и одновременно нет. Ипотечная квартира, которую мать взяла, абсолютно не приспособлена для жизни в ней, а чтобы сделать там ремонт… об этом даже речи не может быть. У нас не хватит на это денег. Надо еще подумать о следующем платеже…
О, боже! Остановите землю… я хочу выйти.
– Ксения! – теребит меня мать за рукав. – Ты, вообще, слышишь о чем я тебе говорила?
– Что? Нет, мам, я немного задумалась.
– Через пятьсот метров поверните направо…
– Всенепременно, – отвечаю навигатору на автомате.
– А что, если Аркадий в тебя тайно был влюблен…
Внутри все оборвалось. Сердце, сделав еле ощутимый толчок, замерло. Я покосилась на мать.
– Ты серьезно? – голос звучит сдавленно, глухо.
– А что? С твоим мужем все понятно, от него вряд ли ты что-то добьешься теперь. Если только через суд и то – копейки… Это при том раскладе, что тест ДНК окажется верным.
– Мама, хватит пороть чушь. Ты что такое говоришь? А если Кира услышит и потом Игнату расскажет?!…
– Я ничего не слышу, – сразу же подает голос дочка.
– Мама, ё-моё! – рычу на мать.
– Я папе не расскажу, – обещает дочка.
– Поверните направо! – механический голос навигатора только накаляет обстановку.
Сжимаю зубы.
Только спокойно, – проговариваю про себя.
Нервы на пределе. Как же в этот миг я ненавидела Игната. Как же презирала его и его семейку. Ладно, свекровь. Женщины, они хитрые, циничные, безжалостные, но Григорий Владимирович?! Для меня он всегда был мужчиной с большой буквы. Олицетворение мужественности, справедливости, защиты и добропорядочности. Как он мог так поступить с Кирой?! Свекр в ней души не чаял…
– Вы прибыли, – обрывает мои мысли механический голос.
– Ого! Вот это ничего себе! – восклицает родительница, когда прямо перед нами разворачивается шикарный вид фасада гостиницы «Азимут». Не успеваю я как следует рассмотреть все убранство здания, как к нам уже подоспел молодой парень, одетый в униформу. Остановился перед моей дверью. Замер. Я щелкнула кнопку стеклоподъемника:
– Здравствуйте, – приятная улыбка играет на губах парня. – Вас ожидают. Не волнуйтесь, багаж доставим в номер.
Предугадав все мои вопросы, парень ответил на все сразу. Коротко и по делу.
– Вот это сервис. Вот это я понимаю.
Родительница захватила сумочку и выбралась из машины первой.
– Кирочка, пойдем, – поманила внучку.
– Мама?! – забеспокоилась я, но было уже поздно, мама забрала Киру из машины со словами:
– Ксюш, давай сделаем сегодня, как небезызвестная нам Скарлетт: «подумаем обо всем завтра». Мне кажется, так, как сегодня, я не уставала никогда. Мне жизненно необходим отдых и чашечка горячего чая. Тебе, между прочим, он тоже не помешает.
После ее слов, в один момент, мне на плечи как будто насыпали мешок с песком.
И я почувствовала как он начинает давить.
Я так отчего-то разволновалась, что с каждым ударом сердца,
