– Ненавижу тебя! – крикнула я, морщась от ужасной боли.
– Я тебе пожрать принёс, а ты меня ненавидишь, – сплюнул прямо мне под ноги Владимир. – Ты меня боготворить должна. Я же мог тебя вообще тут бросить. Тебя бы в жизни никто не нашёл, – ты должна быть мне благодарна, что я вернулся. Жалко было такую красоту тут оставлять сдыхать.
Продолжая потирать затёкшие руки, я бросила на своего похитителя взгляд, полный ненависти, и спросила:
– Вода есть?
Владимир достал из пакета бутылку с водой, протянул её мне, и я принялась с жадностью пить.
– Ты не ответила на мой вопрос. Ты поспала или нет? – От Владимира сильно несло перегаром.
– Ты издеваешься? Разве можно уснуть привязанной к стулу?
– Ну а что ещё делать глубокой ночью в темноте? – Владимир разразился омерзительным смехом.
– Значит, ты тоже, как и я, не спала. Может, ты есть хочешь? У меня там в пакете лежит узелок с провизией.
– И как же тебе удалось найти в здешних местах провизию?
– Тут недалеко друг покойного деда живёт. Он меня и выручил. Собрал кое-чего. Мы с ним хорошо посидели, выпили, за жизнь поговорили.
– У меня аппетита нет.
– На нет и суда нет. Тогда прыгаем на боковую.
– Я не поняла, что ты сказал?
– Я сказал, пошли спать. Немного выспимся, а потом пойдём порыбачим. Тут удочки есть.
Я смотрела на Владимира широко открытыми глазами и чувствовала, как у меня начинается истерика.
– Я конечно понимаю, что ты можешь меня пристрелить, но я всё же скажу. Послушай, а ты свою башку давно проверял? У тебя с мозгами как? Если ты решил удариться в бега, то это твои проблемы. Прячься в этом доме, ходи на рыбалку, но я-то тут при чём?! Почему ты не хочешь понять, что у меня своя жизнь? Мне не нужны какие-то бега и весь этот кошмар, который ты мне устроил. Мне сегодня надо на работу. Какая, к чёрту, рыбалка?! О чём ты говоришь?!
– Заткнись, – буркнул Владимир и так посмотрел на меня, что у меня побежали мурашки, а спину покрыл холодный пот.
– Если не будешь жрать, то пошли спать.
Конечно, мне хотелось сказать этому мерзкому типу, что я вообще-то жрать не умею, а только ем, но я хорошо понимала, какие могут быть последствия. Этот идиот вновь привяжет меня к стулу и совершенно спокойно ляжет спать. Надо быть с ним помягче, чтобы он потерял бдительность, и тогда появится возможность бежать. Очень удобный момент наступит, когда он заснёт.
Мои оскорбительные высказывания не помогут, а, наоборот, навредят. Даже в самой критической ситуации необходимо уметь собираться в кулак и использовать женскую хитрость. Нужно сконцентрироваться и срочно сменить тактику, ведь мы, женщины, так устроены, что при желании всегда можем запрограммировать поведение мужчин. Я же столько лет оттачивала мастерство расставлять перед мужчинами многочисленные ловушки, вить интриги в целях корысти…
Были мужчины, с которыми мне приходилось играть роль слабой, зависимой и беспомощной девушки, у которой нет определённой жизненной позиции. Иногда можно и «дурочку включить». Некоторые обожают знакомиться с дурочками. Были те, с которыми я играла вглупую только по той причине, что этим мужчинам был присущ мужской шовинизм и они, вообще, отрицали наличие умных женщин В любом случае они считают всех нас дурнее себя. При этом я всегда была хитрой женщиной, потому что хорошо понимала, что невозможно удержать мужчину без хитрых уловок, ему просто-напросто может стать скучно. Стойкость и продолжительность отношений всегда можно создать при помощи хитрости. Я всегда умела держать равновесие между тем, чтобы обратиться к мужчине за помощью и справиться с чем-то самой. Я научилась показывать напускную ВНЕШНЮЮ СЛАБОСТЬ при помощи ВНУТРЕННЕЙ СИЛЫ. Благодаря женской хитрости я стала внутренне свободной и научилась наполнять смыслом каждое мгновение. Именно выработанная годами хитрость научила меня создавать условия, в которых мужчина с удовольствием делает всё, что я захочу, даже не понимая, что его используют. Женское коварство – это гениальное умение сделать так, чтобы и волки были сыты и овцы целы. Научиться этому можно только в том случае, если женщина готова к непростой и долгой работе над собой. Важно казаться беспомощнее, чем ты есть на самом деле. Мужчинам это ой как нравится. Нужно предугадывать то, что на уме у мужчин, и направлять их туда, куда надо тебе. Общение с мужчиной – это вечная игра. С мужчинами можно вести манипуляции как благодаря своей слабости, так благодаря и превосходству. Моя подруга сравнивает меня с кошкой, которая, когда ей нужно, трётся о ноги, но в целом любит только себя, а если её разозлить, то она выпускает когти.
Итак, сейчас самое время взять ситуацию под контроль, вспомнить о женской хитрости и обвести моего похитителя вокруг пальца.
– А где мне лечь? – осторожно спросила я, одарив Владимира ласковым взглядом.
– Тут всего одна кровать. Надеюсь, ты не девственница и не видишь ничего страшного в том, чтобы лечь в кровать с мужчиной.
– С незнакомым мужчиной, – добавила я.
– Ну не такой уж я тебе и незнакомый, больше суток друг друга знаем.
– Ты считаешь, что этого вполне достаточно, чтобы лечь вместе в постель?
– Некоторые это делают ещё во время первого часа знакомства. У тебя что, так никогда не было?
– Нет, так не было.
– Я смотрю, у тебя одни сплошные комплексы. У меня это случалось, и не раз.
– А я смотрю, ты вообще без комплексов. Неужели тебе все так быстро дают?
– Чего же не дать такому классному мужику?
– Надо же, как мы себя ценим.
– Есть за что. Такие мужики, как я, на дороге не валяются.
– Точно. Они лежат дома на диване.
– Я, между прочим, и на диване никогда не лежал.
Несмотря на то, что меня буквально наизнанку выворачивало от этого бандита, я всё же легла с ним в одну кровать и, прикрыв глаза, стала незаметно наблюдать, как он раздевается. Увидев, что он снял с себя не только верхнюю одежду, но и трусы, я перевернулась на другой бок в надежде, что он быстро уснёт.
– А ты что раздеваться не будешь?
– Нет. Тут сыро и холодно.
– Залезешь ко мне под одеяло и тебе сразу будет тепло и сухо.
– Володя, я всю ночь привязанной к стулу просидела. Имею я право хотя бы сейчас пару часов поспать?
– Пока ты здесь со мной, ты вообще никаких прав не имеешь, – злобно сказал мой похититель, и я не стала ему перечить.
– Ну, что ты молчишь? – не понял моего молчания Владимир и укрыл меня одеялом.
– Я засыпаю.
– А мне что-то не спится. Поговорить хотел.
– О чём?
– О тебе. Я ведь, если так разобраться, ничего о тебе не знаю.
– А что ты хочешь узнать?
– Сколько лет, где работаешь, если ли у тебя парень.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
