что ещё такого можно спросить у своей странной собеседницы, буквально свалившейся ему на голову четверть часа назад, мягко вытащил свой рукав из её цепких пальчиков, повернул её к себе боком, и стал заботливо отряхивать сзади её шинель от налипшей грязи и мокрого снега. Девушка стояла покорно, и счастливая улыбка озарила её заплаканное лицо. Было видно, что она очень замёрзла – всё её маленькое, худенькое тело сотрясалось от дрожи. Маленькие пальчики покраснели и были холодные, как ледышки.
– А простудиться и заболеть ты можешь? – примирительно спросил лейтенант.
– Могу, но от этого не умру, – ответила она, снова улыбнувшись ему и стуча зубами от холода.
– Ну, хоть это хорошо, – он вопросительно посмотрел на неё сверху вниз: – и что дальше?
– Ну как что? Пошли. – меся мокрый снег сапогами, она неуклюже двинулась по дороге в сторону леса.
Чудилин догнал её, схватил за руку:
– Да постой ты, шалапутная! Куда пошли-то?
– Ну а куда ты ехал? – она остановилась и обернулась к нему.
– Так это… – лейтенант явно растерялся, – в полк ехал… К новому месту службы, – поправился он.
– Ну, так пошли скорее. Тут же вроде недалеко осталось… – она вырвала свою руку, и опять двинулась пешком по дороге.
– Подожди, подожди! – он опять догнал её, – а ты-то куда?
Она резко остановилась, подняла лицо и серьёзно посмотрела ему в глаза:
– Ты что, не понял? Я – с тобой. Мы же обо всём с тобой уже договорились!
По всему было видно, что она решила ковать железо, пока горячо.
– Да как со мной-то? Договорились мы… о чём?! Ну ладно, не гоню я тебя, шут с тобой, всё, простил, но как я тебя в расположение части приведу? – растерялся вконец Чудилин, – ты кто такая? Что я в штабе полка скажу? Здравия желаю, лейтенант Чудилин, прибыл для прохождения дальнейшей службы, а это вот, знакомьтесь, мой ангел-хранитель? Пусть месяцок побудет рядом со мной? На смех поднимут. И извини, в карман тебя не спрятать! За пазуху, как лягушку, не положить!
– В карман и за пазуху не надо – я буду с тобой служить в этом… твоём, как его… в полку. Ты же лётчик? Лётчик, летаешь! И я с тобой буду летать! – добавила он тоном, не терпящим возражений.
– Летать? Кем? Стрелком, что ли?! Сдурела девка?! – этот дурацкий разговор опять начал доводить Чудилина уже почти до кипения.
– Никакая я тебе не девка, – резко отпарировал ему маленький Ангел, и сердито топнул ногой, – да хоть и стрелком! Да! Стрелком! Дашь мне ружьё, и буду там стрелять, куда скажешь! Или ты думаешь, ты будешь летать, а я с земли на тебя, в небо, буду смотреть? А как я тебя буду там от смерти спасать? А?! Семь раз ещё осталось, забыл?!
Свалившийся ему на голову Ангел, повинный во всех его злоключениях, и, как оказалось, имеющий к тому же и весьма зловредный характер, опять так рассердил Чудилина, что лейтенант аж задохнулся от негодования и снова перестал стеснялся в выражениях:
– Это ты с ружьём меня там спасать собралась?! Вот дура-то, а?! Так ты же ни черта не умеешь! И не знаешь!
– Сам ты дурак! – она обиженно дёрнула плечиком, – ничего, как-нибудь научишь!
Глава 3. Какие ещё
документы?
Меся ногами мёрзлую грязь, они скорым шагом шли по обочине дороги.
– У тебя хоть какие-то документы есть? – остывая, спросил лейтенант.
– Какие ещё документы? Я же Ангел…. – виновато улыбнулась девушка.
Чудилин тяжело вздохнул, и в отчаянии сплюнул: всё было совсем плохо.
Он полез в карман гимнастёрки и вытащил всё, что там было: лётную книжку, офицерское удостоверение, справку из госпиталя11, показал.
– Нет, такого у меня нету, – сокрушённо покачала она головой.
– Нет, ну нормально! – он картинно взмахнул руками, – А мне-то что делать? Явлюсь я, значит, под очи своего нового начальства: «Здравия желаю! Лейтенант Чудилин! Прибыл по новому месту службы! Вот мои документы! А это кто с тобой? А это мой ангел-хранитель! Правда он ни фига не умеет, и документов у него нету, но я его беру к себе в экипаж стрелком!» Так, что ли? И что дальше? Думаешь, мне поверят? Хрен тебе! – лейтенант сложил кукиш и остервенело сунул его под нос ангелу, – Не поверят! Сразу особый отдел эти фактиком заинтересуется, да ещё и в шпионы запишут! – распалялся Чудилин всё больше и больше.
– Ну, придумай что-нибудь, – девушка удручённо повесила голову, – скажи им там, что я их потеряла, что ли…
– Документы? Ага, потеряла, легко сказать…. – он шёл широким, размашистым шагом и сердито сопел. Девушка едва поспевала за ним.
– Хотя… ладно, можно было бы конечно сказать, что они у тебя были, но когда нас обстреляли мессеры, они выпали у тебя из кармана… хотя нет, – он остервенело почесал в затылке, – ведь потребуют сообщить, где, когда и на кого обучалась, пошлют запрос…. Нет, не получится!
Пройдя метров двести по полю, они подошли к лесу и увидели там полуторку, на которой они ехали – она стояла на обочине дороги, с пробитыми, спущенными шинами, уткнувшись капотом в толстую придорожную берёзу. Боковые стёкла были выбиты, уцелела только часть лобового. Вся кабина изнутри была забрызгана кровью. В кабине, уткнувшись лицом в руль, сгорбившись, сидел пожилой водитель. Он был мёртв.
«Видать, раненый, гнал до последнего, и думая, что мы всё ещё в кузове, пытался спасти нас и спастись сам. А мессеры сделали второй заход, и… почитай, у самого леса и догнали, метров пятнадцать всего-то и оставалось. Не успел…» – подумал лейтенант.
– Да, так и было, его ранили, но он всё равно пытался нас спасти, думая, что мы всё ещё в кузове, – вздохнула девушка.
Чудилин с изумлением воззрился на девушку.
– Ты… ты… ты… что, и мысли мои… читаешь?
– Конечно, а ты как думал? Я же ангел! – искренне удивилась она.
– Хорошенькие дела! – опешил вконец Чудилин, – она ещё и мысли мои читает!!! А если я что-то плохое подумаю?!
– А ты думай только хорошее.
Лейтенант ничего не ответил. Только насупился и замолчал. Молча обошёл полуторку спереди – одного взгляда на её капот было достаточно, чтобы понять, что эта машина своим ходом уже точно никуда не поедет: обе крышки капота были сорваны несколькими прямыми попаданиями 20-мм снарядов, а на месте мотора было месиво изуродованного металла с торчащими обрывками проводов зажигания.
Постояли, Чудилин вздохнул, тронул её за плечо:
– Пошли.
– А он? Надо похоронить? – она показала глазами на убитого водителя.
Чудилин отрицательно замотал головой:
– Не имеем
