Кирилл ничего мне так и не ответил. Он углубился в свои мысли. Не буду беспокоить. Я просто прикрыла глаза в тишине. Тишина. Только шум дороги и негромкая музыка в салоне автомобиля. Комфортно. Москва — красивый, ухоженный город. Сколько смотрю в окно, никак не могу налюбоваться, будто ребёнок из глубинки. Этот город не устаёт приводить меня в восторг. Я люблю Москву. Я всегда буду её любить. Знаете, будучи ребёнком, рождённым от союза англичанки и русского, меня часто спрашивают, где мне нравится больше: в России или в Англии. На мой взгляд странно задавать такой вопрос человеку двух культур. Честно, я и сама не знаю и никогда не дам вам четкий ответ. Я люблю Англию за атмосферу, а Россию — за людей. От отца мне присуща его строгость нрава, поэтому приятней, конечно, в Москве.
Машина остановилась на парковке возле моей школы. Я бросила взгляд на современно здание и испытала некоторое нежелание туда идти, прям как в детстве. Слишком много плохих воспоминаний, но там Маша. Я пришла только ради неё. Кирилл закрыл машину и взял меня за руку. Хитро улыбнувшись, он без слов сообщил, что мы просто обязаны войти красиво. Я кивнула ему в знак ответа. Да, пора показать всем этим уродам, которые издевались надо мной по приказу Милены, каким человеком я стала. Неосознанно моя спина выпрямилась. Походка стала уверенней. Действительно, я бывала на сходках и похуже. Не отправлять же Кирилла одного в всевозможные рассадники крыс и гадюк. Мой мужчина слишком не стрессоустойчивый, хотя ведёт себя как царь.
В школе ничего не изменилось. Проходя по коридорам до актового зала, я столкнулась с парочкой своих одноклассниц. Они были не одни. Замужем. Их реакция меня поразила. Шарахнулись, как черт от ладана. Странно, но не особо важно. Мда, оживленненько сегодня. Приперлась вся параллель. Моя классная руководительница обнималась со всеми и радостно лепетала, как мы все выросли. Завидев меня, она вскинула руки и замерла в удивлении. Как на это отреагировала я? Никак. Кирилл же издал нервный смешок и шепнул мне:
— Зайка, они тебя не любят или тихо ненавидят? Это принципиально важные вещи.
— Скорее первое. — чуть скривилась я в брезгливой улыбке и, оглядев зал, добавила. — Пожалуй, некоторые меня и правда ненавидят, но какая мне разница? Мне все равно на них.
— Правда-правда? Эти уроды никак не расстроят мою Зайку? — слегка раздраженно спросил Кирилл. — Предлагаю обменятся контактами с твоей подругой и вернуться домой. Что скажешь?
— Звучит заманчиво, но хоть ненадолго мы здесь останемся. — заявила я с неимоверно умным видом. — Все должны увидеть самого обаятельного мужчину в этой школе.
— Льстите мне, госпожа Шведова. — усмехнулся Кирилл. — Как Вам не стыдно.
— Зачем скрывать, когда все видно? — с иронией сказала я и направилась к своей классной руководительнице. — Пойдем здороваться.
Кирилл неохотно последовал за мной, скрывая свое недовольство всеми известными ему способами. Меня не проведешь. Он в принципе был не в восторге от моей школы. Нет, не так. От людей, с которыми я, к сожалению, имела честь учиться. Классный руководитель принялась обниматься со мной, переборов то самое неприятное удивление. Почему? Спросите меня вы. Потому что я была паршивой овцой в классе. Я доставляла ей много проблем в виде моего требовательного и строгого отца, который желал знать о моей жизни все. На самом деле мы просто не ладили. Это связано с личной неприязнью друг к другу и ничем иным. Не нравится человек. Хоть стреляй!
Спустя пять минут, классуха провела целый блиц-опрос. Не буду описывать её внешний вид. Думаю, заурядного учителя русского языка и литературы, озлобленного жизнью из-за неудач на личном и маленькой зарплаты, вы можете себе и сами представить. Все вопросы так или иначе касались Кирилла. Прикольно, да? Он скорчил недовольное лицо и резко прижал меня к себе, как только к нам приблизилась толпа любопытных зевак. Я теряла законные матры личного пространства все потому, что моим одноклассникам хотелось рассмотреть нас поближе. В Америке за это на кол посадят. Кирилл заслонял меня с собой. Через минуту мы окончательно поняли, что пришло время уходить. Я пыталась придумать путь к отступлению. Напряженная обстановочка. Плохо! Вдруг нас окликнули:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Кирилл! Лера!
Мы с Кириллом переглянулись. Чуть ли не на крейсерской скорости к нам в парадном костюме приближался Филя. Скромное семейство Шведовых выпучило на него глаза. Кирилл застал в «легком» изумлении. Я же шепнула ему на ухо:
— Что здесь забыл Филя? Вы же с ним одну школу заканчивали!
— Вот сейчас у него и спросим. — буркнул мне Кирилл и крепко обнялся с другом.
— А вы как здесь? — немного занервничал Филя, озираясь по сторонам. — Пойдемте, я вас познакомлю с Машей. Кирилл, тебе про нее рассказывал?
— Погоди, с Машей!? — вытаращилась на Филю я и переспросила. — С Машей Романовой?!
— Да, есть какие-то проблемы? — замялся Филя.
— Филя, тебе очень повезло с девушкой. — хитро улыбнулась я. — Мы как раз с Машей повидаться пришли.
— Вы знакомы? Давно? — снял очки Филя и устало потер глаза. — Лерка, хоть ты ей объясни, что я серьезно настроен, а не как Олег.
— Школьные подруги, знаешь ли. Лучшие! Но потом я потеряла с Машей связь. — призналась я и схватила Кирилла по крепче за руку. — Кирилл рассказывал, что у вас все сложно. Мы можем поговорить где-нибудь в другом месте?
— Эм, Маша думает, что я, как все, бездушный мешок с деньгами. — отвел глаза Филя и расстроено продолжил. — А я серьезен. Я собираюсь на ней женится даже не из-за ребенка. Мне Маша нравится, не хочу её отпускать.
— Видишь, совсем голову потерял от этой вашей Маши. — усмехнулся Кирилл и похлопал Филю по плечу. — Не переживай, мы её мигом переубедим.
— Три года назад кто-то Лерой откровенно бредил. — язвительно бросил Филя. — Уже забыл?
— Кто бы говорил, я хотя бы не ныл, что Лера меня не любит, и действовал. — закатил глаза Кирилл уже жёстче.
— Мальчики, не ссорьтесь. — не дала этим двоим поругаться я. — У каждого методы разные. Вот Кирилл, например, не умеет так галантно ухаживать за девушками, как ты, Филя. У каждой вкусы разные.
— Правда? — воодушевился Филя.
— Эй! Это кто о тебе не заботится! — возмутился Кирилл.
— Чистая правда. — закивала я, игнорируя возгласы Кирилла.
— Ну ладно, пойдемте. Маша там одна. Не хорошо её оставлять. — заулыбался Филя.
Я ущипнула Кирилла за локоть. Он замолчал и обижено надул губы. Правильно говорят, что мальчики до сорока все еще такие мальчики. Ох, я не хотела его обижать. Чуть замедлившись, я клюнула Кирилла в щечку и ласково прошептала:
— Я люблю кудрявых плохишей, но Филя об этом не должен знать.
Знаете, что сделал этот гений? Он остановился и поцеловал меня при всех! При Маше! Она стояла и наблюдала за нами. Боже! Губы Кирилла такие сладкие. Не хочу, но должна отлипнуть. Дилемма на ровном месте! Так и быть, отвечу. Я закинула руки Кириллу на спину. Он довольно причмокнул и отстранился от меня, с самой довольной улыбкой. Здорово, я прощена. Даже как-то совесть отпустило. Краем глаза я заметила, как мои злобные одноклассницы смотрели на нас с гримасами лютой ненависти и черной завести. Пусть так.
Кирилл взял меня под руку и, как ни в чем не бывало, продолжил путь до Маши. Она стояла в объемном платье, которое никак не могло похвастаться своим качеством. Неужели Филя не сводил её по магазинам? Точно, это Маша горделиво ничего не приняла у него. В каждой девушке скрывается своя маленькая феминистка. Моя, например, уже давно привыкла, что, сколько бы я ни упиралась и ни отказывалась, пытаясь быть самодостаточной, Кирилл все равно купит и сделает. В любом случае это еще раз доказывает, что Маша не доверяет Филе. Это плохо.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Мы подошли совсем близко. Маша выглядела все так же: брюнетка с зелеными глазами. Только взрослее. Точно, все-таки пять лет прошло. Я обняла Машу. Она меня в ответ. Узнала! Какое облегчение. Завидев Кирилла, она сжалась, неловко отступила назад к стене, словно ягненок среди волков. Ей, очевидно, не приятно общество двух «богатеньких мальчиков» в один вечер. Она их боится.
