– Ну, я не стала бы ее в этом винить. Не нравится мне эта нынешняя манера называть актрис настоящими именами. В сороковые им бы всем придумали псевдонимы. Джин Трипплхорн, Рене Зеллвегер, Мишель Пфайффер – звучит так же чарующе, как названия пирожков со свиными потрохами.
– Полностью с тобой согласен, дорогуша, – раздался у меня под ухом голос нагнавшего нас Хьюго. – Как человек, настоящее имя которого Брайан Гнусняк, могу сказать…
Толстый Билл чуть не подавился от смеха:
– Брайан Гнусняк! – повторил он. – Вот потеха. Твой отец что, американец?
– Отлично, Билл, ты победил в ежегодном конкурсе простаков имени Хьюго Филдинга. Позже вручу тебе серебряную авторучку, – ядовито заметил Хьюго.
Билл обиженно фыркнул и промямлил что-то о выпендреже, отчего глаза Хьюго превратились в щелочки.
– Ах, дорогуша моя, – протянул он отвратно манерным голоском и приобнял Билла за широкие плечи, – прости меня. Можешь обзывать меня как угодно, когда угодно и где угодно… Кстати, я слышал, у нас с тобой будет одна гримерка! Ах, как я люблю эту будуарную интимность. Жду не дождусь той минутки, когда мы наконец останемся с тобой наедине.
Софи со значением глянула на меня. Мы уже добрались до Хаверсток-Хилла и шли в сторону торгового центра.
– Мы идем в забегаловку, Хьюго. Ты с нами? – спросила она.
К моему разочарованию, Хьюго покачал головой:
– Это было бы похоже на тайную клику, ты не находишь? К сожалению, вынужден извиниться перед тобой и милой Сэм. Надо общаться с артистами.
Последнее слово он протянул на французский манер.
– Хьюго прекрасно разбирается в заговорах и тайных кликах, – вздохнула Софи, после того как мы попрощались с ним и двинулись в сторону кафе. – Мы очень давно знаем друг друга. И всякий раз, когда готовится очередная премьера, актеры держатся особняком.
– Наверное, чувствуют себя увереннее, если держатся друг друга.
– Точно. Сегодня ММ заставит их играть в дурацкие игры, чтобы они разогрелись. Хьюго абсолютно прав: не стоит все время крутиться с режиссерской шайкой, а то это оттолкнет от него других актеров.
Я толкнула дверь кафе, единственной бесхитростной забегаловки в районе вокруг парка Белсайз. Клеенчатые скатерти в красно-белую клетку, яркое освещение. К каждому блюду прилагался резиновый кусок белого хлеба, вне зависимости от того, заказывали его или нет, несколько вялых листиков кочанного салата украшали край тарелки. Все это умиротворяло своей узнаваемостью..
Мелани, Мэттью, Салли и помощник режиссера Стив уже расселись вокруг стола. Из слов Софи я поняла, что идет борьба за Стива. Он был человеком театра, а не наемным членом труппы. Враждебно настроенный помреж мог стать серьезной проблемой. Софи села со Стивом рядом, чтобы разить его наповал взглядами своих прекрасных глаз. Салли мудро воздерживался от крайностей, до которых, как я прекрасно знала, он падок. В общем, к концу трапезы угрюмый Стив, с кислым видом просидевший всю репетицию, чуть расслабился.
– Не очень-то я доверяю этим молоденьким типчикам из Оксбриджа, – сказал он Мелани. – Только-только из колледжа, а уже думают, что все умеют лучше других. Но я должен заметить – вы, похоже, знаете свое дело. Я не видел «Марата-Сада», но Филип говорит, что было здорово.
Я припомнила, что Филипом зовут художественного руководителя театра. Покровительственных интонаций в голосе Стива хватило бы на то, чтобы поставить на место саму королеву: она, может, и Елизавета из рода Виндзоров, но он-то – помреж «Кросса». Стив был переполнен самодовольством – как человек, убежденный в том, что только он знает, как и что делать. Чтобы сладить с таким типом, Мелани придется его умасливать, нежели давить авторитетом. Обычный мелкий тиран, сознающий, что власть его далеко не безгранична. Явно из тех злопамятных людей, что помнят все ссоры и пакостят по мелочам. Я исподтишка разглядывала его. Толстяк с лицом землистого цвета – верный признак того, что дни напролет проводит в сумраке театрального зала. Позже я узнала, что в жизни Стива нет ничего, кроме театра: приходит ровно в десять, даже когда нет необходимости, и просиживает до позднего вечера.
– Я с нетерпением жду, когда мы начнем работать вместе, Стив, – просто сказала Мелани. – «Кросс» – удивительное место. Я счастлива, что у меня есть возможность поработать там.
Стив гордо выпятил грудь. У него были короткие седые волосы с металлическим отливом и круглая голова. Мне вдруг показалось, что он похож на офицера, который вынужден подчиняться другим, в два раза моложе и напыщеннее себя. Как там говорят молодым солдатам? «Моли Бога, чтобы тебе достался хороший старшина»? Мне стало понятно, почему имеет смысл склонить Стива на нашу сторону. Он мог вставлять палки в колеса всякому, кто ему не нравится, но ради благого дела мог и горы свернуть.
– У нас очень хорошие рабочие, – заверил он Мелани. – Сам обучал. Все сделают как положено. И тросы петлями затягивать не будут.
Прошло несколько секунд, прежде чем до нас дошло, что это была шутка. Все прилежно посмеялись. Софи даже похлопала Стива по пухлой белой руке.
Я решила, что Хьюго поступил правильно, не отправившись обедать с нами.
– От Фиалки ничего не слышно? – спросила Мелани у Мэттью, когда мы, насытившись яичницей с грибами, шли обратно. Стив откланялся, и мы могли поговорить спокойнее.
– К сожалению, ничего. Может, сбегать к ней домой?
Мелани пожала плечами:
– Нет, не стоит. Если она не отвечает на звонки, то вряд ли откроет дверь. Но полагаю, она уже в курсе, что мы землю роем, разыскивая ее. Сейчас старательно придумывает какие-нибудь оправдания, и мне придется их выслушивать и делать вид, будто я ей верю…
– Фиалка несносна, – заметила Софи, – я тебя предупреждала, ММ.
– Да знаю я. Но она хорошо сыграет.
– А если она так и не появится? – спросил Мэттью. – Может, Табита сыграет за нее?
– Фиалка появится, – уверенно ответила Мелани. – Она не станет портить себе репутацию. А Табита в любом случае не годится ей на замену. Слишком легковесна.
Салли нырнул в табачную лавку, и мы остановились его подождать. Софи, закурив, заметила:
– А Хэзел превосходна. Просто находка.
– Точно, – с готовностью согласилась Мелани. – А ведь только-только из театральной школы. Фиалке с ней рядом придется потрудиться. Не хочу, чтобы она почивала на лаврах; эта девушка должна понять: ей придется доказывать, что она звезда. Надо будет тщательно проработать сцену ссоры между ними. Попросим Тьерри придумать что-нибудь красивое и эффектное.
– Одеть их в бикини, – предложила я, – и бросить в грязевую ванну.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
