Читаем без скачивания Мах-недоучка - Дмитрий Гришанин

— Прости, Пузырь, ты был прав, — понуро согласился рыцарь, но, заметив на физиономии призрака хищную ухмылку, поспешил добавить: — Дед, давай только без твоих обычных внушений. Не забывай: я твой хозяин, а ты мой призрак. И пока я жив, все так и останется.

— Ладно уж, помню. — Всем своим видом дед Пузырь являл теперь кротость и смирение. — Ты пробовал хоть чуть-чуть растянуть веревки?

— Не получается…

— Ну, тогда… Эх, как жаль мне терять такого доброго хозяина!

— Еще один стонать тут над ухом взялся, — возмутился Мах. — Мало мне было одного нытика! Но тот хоть принц, голубая кровь, белая кость, ему простительно. А вот от тебя, Пузырь, никак не ожидал. И без того тоска смертная, да ты еще тут… Лучше объясни толком, что на самом деле стряслось. Где отец и почему вдруг такой «ласковый» прием?

— Насчет твоего отца — не видел, врать не буду, — развел руками дед Пузырь. — А насчет приема, тут все очень просто. Я не знаю, каким образом они попали в замок, но сейчас у них тут гнездо, а вы с принцем — их законная добыча. Так что, если вы в ближайший час не вырветесь из пут, вас ждет ужасная смерть.

— Подожди, давай-ка по порядку. Кто такие эти они?

— А я разве не сказал? Мах, замок твоего отца каким-то загадочным образом превратился в логово вампиров. Вспомни, как тщательно стражники у ворот укрывались доспехами и плащами от солнечных лучей, живительных для всех и губительных лишь для вампиров.

— Нет-нет-нет, — забормотал потрясенный Мах. — Этого быть не может. У отца был сильный гарнизон, сотня с лишним опытных воинов. Любую нежить вмиг истребили бы.

— Выходит, эти твари оказались посильнее гарнизона, — Удрученно констатировал призрак. — Мах, пока ты лежал без памяти, я проверил ближайшие подземелья. Поверь, меня это потрясло не меньше, чем тебя, но я своими глазами видел ряды гробов в соседнем подвале. Сейчас они спят… Но до заката осталось чуть больше часа, а ночью они непременно возжаждут свежей людской крови.

— Постой… Ну-ка, ну-ка… Соседние подвалы, говоришь… Я, кажется, придумал! — Бледное лицо рыцаря осветилось Улыбкой надежды. — Рановато ты собрался меня хоронить, мы еще повоюем. Слушай, Пузырь, ты же запросто проходишь сквозь стены? Так?

— Запросто, — согласился призрак.

— Зачем же мне надрываться, силясь разорвать эти толстенные веревки, когда с твоей помощью я могу просто-напросто переместиться из темницы в коридор, а из коридора — в оружейную. Если мне память не изменяет, она тоже находится в нижней части замка, где-то совсем рядом. И там полным-полно острого железа. Перережу путы, вернусь в темницу, освобожу Савокла и — только нас и видели… Я же знаю целых три подземных хода, выводящих из замка в лес. А там уж как-нибудь…

— Спору нет, план твой хорош… — согласился призрак.

Но как-то уж очень обреченно он согласился. Рожденная надеждой улыбка бесследно испарилась с физиономии рыцаря.

— Вот только, прости, невыполним… При всем своем огромном желании я не смогу тебе помочь. Ты же знаешь условия перемещения. Во-первых, ты должен захотеть переместиться. Ну, это условие, пожалуй, выполнимо. Во-вторых, ты должен увидеть мою фигуру, мельком, частично, как угодно, но УВИДЕТЬ! К прискорбию, смотреть сквозь стены ты не умеешь, а в двери темницы — я уже проверил — нет ни малейшей щелочки.

— Веревки крепкие и узлы надежные… Значит, я обречен, — мужественно подытожил Мах.

— Может, они не сразу накинутся на тебя. Может, захотят сперва поиграть с жертвой, как кошка с мышкой. Ведь вампиры не знают, что ты призрачный воин. Освободят тебя от пут, а я тут как тут. Вот тогда можно будет попробовать, — обнадежил дед Пузырь.

— Вряд ли получится, — убитым голосом ответил Мах. — У меня все тело затекло. Понадобится самое малое минут десять, чтобы снова худо-бедно двигаться. А вампиры — ребята быстрые, летучими мышами оборачиваться умеют. Чтобы из их лап вырваться, нужно быть юрким, как ящерица.

— Так и не лежи бревном. Шевели хотя бы пальцами на руках и ногах.

— Думаешь, я не пытаюсь? — огрызнулся рыцарь. — Боль ведь жуткая, спасу нет.

— А ты превозмогай, терпи… А то схарчат тебя вампиры.

— Сэр Мах, — вдруг подал голос Савокл, — нельзя ли побыстрее придумать ваше «что-нибудь»? Что-то живот прихватило, и мне срочно нужно уединиться. Очень, очень срочно!

Мах взбеленился и гаркнул в темноту:

— Угодно побыстрее?! Ладно, будет вам «что-нибудь»! Для начала я вам объясню, в чьи силки мы с вами угодили. Уверен, после этого у вас не то что живот прих…

Рыцарю пришлось замолчать на полуслове. Вопреки уверениям призрака, что вампиры-де явятся не раньше чем через час, железная дверь темницы стала медленно, с истошным скрежетом отворятся.

В левой руке переступившего через порог кровососа была зажата истекающая воском свечка, в правой же он держал огромный топор. Первые полминуты вампир молча разглядывал примолкнувших узников, лицо его при этом оставалось в тени. Когда же он поднес-таки свечку к бороде и ловко раскурил небольшую трубочку, оказалось, что это никакой не вампир.

— Ну да, это я, — сообщил Маху Дарли, один из пятерых давешних гномов. — Твоими стараниями все мои братья живы, скоро поправятся и встанут на ноги. Наш лекарь сказал, что если бы запоздали с перевязкой еще хоть минут на десять, то Старли бы точно умер, а Гамни и Бумни остались калеками на всю жизнь. Вообще-то гномам нет дела до людей, но в этом случае… Ты спас жизни трем гномам, причем совершенно бескорыстно… Вот мы с Верли и решили тебе помочь.

Дарли глубоко затянулся, выпустил через ноздри облачко ароматного дыма и, ловко орудуя топором, рассек веревки, стягивающие Маха.

— Эй, достойнейший! — завопил из своего угла принц. — А как же мои веревки? Я друг сэра рыцаря и тоже помогал гномов перевязывать.

Но на крики несчастного принца гном даже ухом не повел. Еще разок от души затянулся и, выпустив изо рта серебристое колечко дыма, спокойно ответил:

— Ты только под ногами путался, мерзкий горлопан. Из-за твоих воплей нас с братьями чуть оборотни не сожрали. Даже за очень большие деньги мой топор не станет вызволять такого жалкого слизняка… Господин Мах, ты можешь идти? Если можешь, то прошу следовать за мной. Я быстро выведу тебя из этого мрачного места. Если нет, забирайся ко мне на плечи. Времени в обрез — солнце уже коснулось горизонта.

Но Мах, вместо того чтобы немедленно последовать за гномом, засыпал его целой кучей вопросов:

— Дарли, но как ты нас разыскал? И откуда узнал, что мы в беде?

— Как «откуда»? Ты же еще на поляне все уши нам с Верли прожужжал, что идешь в замок, — терпеливо пояснил гном, выдыхая очередное облако душистого дыма. — Замок поблизости только один, и у него весьма дурная слава. Мы еще на поляне хотели предупредить тебя, но ты поспешно ушел, а у нас на руках были израненные братья. Пока добрались до пещеры лекаря, пока он их осмотрел, обработал раны и назначил лечение… Уверившись, что здоровью братьев больше ничего не угрожает, мы решили справиться, как дела у тебя, и подземными гномьими Тропами добежали до подземелий замка. К счастью, не опоздали. Верли сейчас держит Тропу. На твою долю выпал редчайший для человека случай — пройтись по нашей подземной Тропе. Уверяю тебя, приключение незабываемое. Самое большее за полчаса я отведу тебя в любую местность Великостальского королевства, ты только скажи, куда тебе нужно. Ну все, времени не осталось. Так ты идешь или как?

— Я должен выяснить, что случилось с моим отцом, — твердо сказал Мах. — Спасибо тебе за лестное предложение, но мне некуда идти. Здесь мой дом, и я должен узнать тайну родового замка, сколь бы ужасна она ни была… Да и Савокла я не могу бросить на растерзание мерзким кровососам. Каков бы он ни был, это мой будущий король, я принес ему клятву верности и буду его защищать до последней капли крови.

— Что ж, было бы предложено. Ты свой выбор сделал… Вот, держи… Прежде чем зайти сюда, я навестил оружейную — Дарли протянул Маху его меч. — Надеюсь, он поможет тебе продать жизнь подороже. Я уважаю твое решение, хоть и считаю его на редкость глупым. Удачи тебе, смельчак. Прощай…

Гном не спеша выбил трубку и засунул ее в небольшой кармашек на курточке. Потом поставил догорающую свечку на пол темницы и выскользнул за дверь.

— Мах, ну что же ты сидишь? Тебе-то хорошо, а я, между прочим, с ума от боли схожу. Все тело онемело… правда, живот, слава Создателю, немного успокоился.

Заслышав капризный голос Савокла, Мах скривился, как от зубной боли. Жизнь в руки и ноги возвращалась медленно, пришлось чуть ли не зубами вытаскивать меч из ножен и буквально ползком ползти к разобиженному высочеству.

Клинок был острый как бритва, но руки дрожали, и каждый палец жил своей жизнью и двигался по собственному хотенью. И все же Маху каким-то чудом удалось перепилить веревку, не зарезавшись и не прирезав королевича. Две-три царапины в счет, ясное дело, не шли.