– Лично мне незачем, – Лирен пожал плечами. – Просто любопытно.
– Лично мне куда любопытнее посмотреть на таллиси, – Фейтон залпом осушил свой бокал. – Чего они вообще тянут? Все виды магов уже здесь, только огненных и не хватает.
Постаменты стояли на площади по кругу, оставляя в центре достаточно свободного пространства. И сейчас слуги расторопно выкатывали туда внушительного размера барабаны. Ровно десять. Расставили их на определенном расстоянии друг от друга.
– Это еще зачем? – от любопытства Итан чуть ли не по-гусиному шею вытянул. – Музыканты переберутся со своего постамента в центр площади и будут играть лишь на огромных барабанах? Это тут так принято?
Но музыканты почему-то вообще играть перестали. По краям вдруг заискрились факелы на высоких фигурных подставках. И враз погасли. Несколько мгновений темноты и тишины, и прямо в центре площади полыхнуло пламя. Гигантским огненным цветком разошлось оно в стороны, люди на постаментах инстинктивно отпрянули, но огонь все равно до них не дошел.
Но вспышка была настолько яркой, что пришлось зажмуриться. А когда Эйрон открыл глаза, даже не поверил увиденному.
Это она… Точно она! Та золотоволосая незнакомка с янтарного цвета глазами… Замерла, стоя на барабане; подняв руки и чуть запрокинув голову. Несколько слоев легкой разноцветной ткани окутывали девичий стан, не утяжеляя его, но в то же время не позволяя понять, какая именно фигура под ними скрыта. Распущенные волосы мягкими волнами струились вдоль тела, босые ноги украшали браслеты с маленькими колокольчиками. Хм… Кто же она? Танцовщица?
Эйрон не хотел ни на миг отвести взгляд. Лишь боковым зрением констатировал, что и остальные барабаны заняты. Все стоящие на них девушки замерли в одинаковых позах, и одеждой не отличались. Но у остальных волосы были темными, гладкими, и кожа явно смуглее. Почему, интересно, такая разница? Чем золотоволосая незнакомка такая особенная?
– Хороша… – сидящий рядом Лирен довольно цокнул языком.
– Какая именно? – живо отозвался Фэйтон. – У меня так вообще глаза разбежались!
Но Эйрон смотрел только на одну. В сумраке она казалась совершенным видением, даже миражом, невиданной загадкой, которую во что бы то ни стало нужно разгадать…
И нескольких мгновений не прошло, как погасшие было факелы ярко вспыхнули снова.
Девушки открыли глаза.
Первыми грянули барабаны, множество разных в один ритм. Но основную партию вели те самые, в центре площади. Их необычный даже немного тягучий звук словно бы сам воздух заставлял вокруг вибрировать. Девушки двигались идеально синхронно, сначала очень неспешно, словно только-только пробуждались ото сна. Казалось, они едва касаются босыми ногами барабанов, на которых танцуют, но все равно звук получался довольно громким.
Эйрон не смотрел на остальных, взгляд был прикован к одной единственной. Златовласка… Лишь боковым зрением подмечал, насколько слаженно танцуют девушки. И вряд ли это было результатом долгих репетиций, сам танец больше походил на магический транс.
Темп убыстрялся, движения хоть и следовали ему, но все равно оставались плавными, очень изящными. Девушка казалась неимоверно гибкой, грациозной и даже невесомой. Ее многослойное облачение струилось по телу, будто ткань вот-вот норовила соскользнуть к босым ногам. При каждом повороте волосы взметались, но не хаотично, лишь обрамляя силуэт.
Она, единственная, не открывала глаза. Единственная не улыбалась. Если другие, очевидно, старались произвести впечатление на зрителей, превзойти друг друга. То золотоволосая явно танцевала лишь для себя. Потому что это ей нравилось… Это была ее стихия… Завораживающее движение, порождающее пламя… И не только магическое… Интересно, она вообще догадывается, какой эффект сейчас производит? Но, похоже, ей до этого нет никакого дела.
Если до этого все у девушек было синхронным, то тут пошел разлад. У золотоволосой первой на кончиках пальцев вспыхнуло пламя. Пусть лишь на несколько мгновений, но все же. Барабаны забили еще громче. Казалось, собственное сердце стучит лишь исключительно в такт с ним. Взгляд жадно ловил каждое движение изгибающегося тела девушки, рождая в мыслях дурманяще восхитительные образы…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Легкий взмах, и верхний слой облачения взметнулся вверх. Вспыхнув в воздухе, ткань моментально сгорела, разлетаясь искрами. Но это было только начало… И нескольких мгновений не прошло, как та же участь постигла и следующий слой наряда. И так один за другим, пока…
На миг даже дыхание оборвалось, кровь жарко застучала в висках. Нижнее платье настолько идеально совпадало по цвету с кожей и облегало так, что в первую секунду показалось, что девушка осталась абсолютно обнаженной. Узор из множества поблескивающих в свете пламени кристаллов замысловато вился по ткани, создавая иллюзию рисунка на самой коже. И пусть это нижнее платье и было непрозрачным, но все равно отчетливо виднелся мерцающий сейчас сквозь ткань алый знак четырехлистника в районе солнечного сплетения.
Неважным фоном послышались слова Фейтона:
– Надеюсь, у них тут есть целители, а то мне аж с сердцем плохо стало…
Но Эйрон не прислушивался. Пламя бушевало вокруг, расцветая диковинными цветами, создавая в воздухе реалистичные образы летящих драконов. Но куда большее пламя бушевало в душе. Еще ни одна девушка не разжигала в нем столь сильное желание. Ни одна не завораживала настолько… Но одновременно накатила и злость. Что не он один это видит. Что еще множество других мужчин сейчас смотрит на златовласку и наверняка с откровенным вожделением!
Бой барабанов достиг своего пика. Огонь снова вспыхнул так сильно, что пришлось зажмуриться. А когда через мгновение Эйрон открыл глаза, девушек на площади уже не было.
Музыканты как ни в чем ни бывало заиграли легкую мелодию, засновали слуги, убирая с центра площади барабаны и разнося по помостам новые яства и вина. Будто бы замерший на время огненного танца мир опомнился и возобновил свой ход.
Первым отмер Фейтон.
– А…эээ…куда?.. – с полнейшим недоумением он даже руки простер вперед, мол, вернитесь, девушки, вы чего.
Итан откашлялся. Пробормотал сбивчиво:
– Ладно, сдаюсь. Девушки тоже могут быть магами. Особенно…гм…такие горячие девушки, во всех смыслах этого слова.
Лирен даже головой тряхнул, чтобы прийти в себя. Тут же подозвал стоящего неподалеку мужчину в ритуальных одеждах жреца.
– А почему таллиси ушли? Разве они не присоединятся к нам на этом празднике?
– Что вы, господин, – поклонившись, жрец любезно улыбнулся, – таллиси слишком ценны. Их редко показывают на глаза посторонним. Но не волнуйтесь, вы все равно еще увидите девушек на предстоящих состязаниях во славу Верховных.
– А просто так пообщаться с таллиси нельзя? – Эйрон с трудом отрешился от заманчивых видений. – Естественно, все в рамках приличий.
– Исключительно на тему магии, – тут же поддакнул Фейтон. – Мы – маги, они – маги, нам есть что обсудить, поделиться опытом, так сказать.
– Это решать только Верховным, – жрец ушел от ответа. – А нам остается лишь наслаждаться праздневством. Впереди еще много чего интересного. Приятного вам вечера.
Еще раз поклонился, отошел от их помоста.
– Да уж, – Лирен и не скрывал недовольства. – Что-то мне подсказывает, что настолько интересно уж точно не будет. Видели ту светловолосую? Да я же теперь даже спать спокойно не смогу!
– Ты уж как-нибудь постарайся, – впервые друг вызвал настолько сильное раздражение, Эйрон с трудом скрыл эмоции. – Мы сюда прибыли не на девушек глазеть. И завтра желательно сосредоточиться на испытаниях, а не на таллиси.
Самому бы еще собственным словам последовать…
– Приятно, что хоть кто-то из нас здравомыслящий, – философски изрек Итан. – Но неприятно, что вопреки всякой логике это все же не я…
А праздник продолжался. Выступали музыканты и певцы, акробаты и шуты… Даже разные танцовщицы еще появлялись, причем несколько раз девушки в танце вообще полностью обнажались – видимо, символизируя ритуальный танец таллиси.
