Читаем без скачивания Девочка Беркута - Марика Крамор

обвели голодным взглядом мои худенькие плечики, лицо и спустились ниже. Он смотрит на мои ноги. Долго. Потом жадно сглатывает – так, словно не пил неделю. И тихо произносит:

– Я вернулся.

Мне вдруг становится нечем дышать. Почти осязаемые волны паники укрывают с головой. Внутреннее напряжение усиливается. Мои губы чуть приоткрыты, а взгляд слишком заинтересованный. Я каждый раз тушуюсь перед мужским взором. Слишком поздно я успеваю взять себя в руки и перестать впиваться ногтями в ладони. И стараюсь мирно произнести:

– Ничего, что я душ приняла?

– Да на здоровье. Как тебя зовут?

– Яна.

Его губы затрагивает легкая чувственная улыбка, а возле уголка рта появляется неглубокая морщинка. И тут мужчина, с едва заметной хрипотцой, обезоруживающе замечает:

– От тебя пахнет мной, Яна.

Глава 14

– Я воспользовалась вашим шампунем. Простите. Там больше ничего не было, а мне очень хотелось освежиться. Волосы в грязи испачкались…

Собственные слова кажутся такими глупыми и неуместными. Но от меня действительно пахнет мужским шампунем. Это очень странно на меня действует – как будто он стоит совсем близко, а я втягиваю аромат его кожи, наслаждаясь. И это тоже так интимно и сокровенно, хоть мы два чужих человека, которые через несколько дней разойдутся навсегда.

Уже собираюсь сделать шаг вперёд и взять футболку, но мужская рука вальяжно покоится на белой ткани.

– Вы не могли бы…

Его затуманенный взгляд хищно скользит снизу вверх по моим оголенным ногам, и я чувствую себя такой маленькой. Беззащитной. А ещё только сейчас я поняла, что этот мужчина меня не отталкивает. И это открытие порядком меня удивило.

– Подать футболку?

Перехватываю его потемневший взгляд и не понимаю, что именно во мне надломилось. Я просто киваю согласно.

– Вообще-то это моя вещь, – замечаю странные искорки во взгляде. Насмешливые.

– Если вы не возражаете, конечно… Я просто… – он наспех облизнул губы, а мне в голову вдруг полезли всякие нехорошие мысли. Например, его мышцы и правда такие твердые и мощные, какими кажутся? – Мне… неловко очень. Одежда моя… испачкана. Мне очень неудобно пользоваться вашими вещами. Правда. Я все постираю и положу на место…

– Ты и в полотенце замечательно выглядишь. Ходи так, – и улыбается по-мальчишески весело и задорно. – Не стесняйся.

– Так? – глупо бросаю взгляд на свои ноги и запоздало понимаю, что он просто шутит. И несмело улыбаюсь в ответ. – Неудобно так. Да и холодно очень.

Моя кожа покрылась мурашками – не столько от сквозняка, сколько от мужского взгляда: откровенного, темного, бархатного, ласкающего. Мне это только показалось, или в самой глубине его янтарных глаз действительно промелькнуло восхищение?

Он резко встаёт и делает шаг в мою сторону.

– Так ты, оказывается, замёрзла. Хочешь согреться? – продолжает медленно приближаться. Шаг за шагом. «Голодный» мужчина и беззащитная я.

– Не надо! – я отпрыгиваю в сторону, крепко вцепившись в полотенце на груди.

– Вот футболка. Можешь себе оставить. Дарю. Иди переодевайся, – воодушевленно произносит он и протягивает мне одежду, а я облегченно выдыхаю, но тут он неожиданно продолжает. – Уже пора ужинать, а в кастрюле шаром покати. Сам я так быстро не справлюсь. Поможешь приготовить?

Я вновь не могу прервать наш зрительный контакт. Его взгляд устремлён куда-то – кажется, на мои губы.

– Я не очень вкусно готовлю.

– Всяко лучше меня. Беги переодевайся и возвращайся.

Глава 15

Сначала я решила остаться в комнате и не высовываться. Но… какой в этом смысл? Если он захочет причинить мне вред, разве старая щеколда остановит его?

Поэтому, собрав в кулак остатки воли, я все же вышла к хозяину дома.

Остаток вечера мы провели вдвоём.

– Знаешь, я даже рад, что ты оказалась здесь. Одному скучно.

Я тактично промолчала о причине своего присутствия и желании скорее уехать.

В последующие полчаса мужчина в моих глазах полностью преобразился. Он шутил и рассказывал различные курьёзные случаи своего юношества, избегая темы настоящего.

А ещё он, очевидно, уже давно привык готовить себе самостоятельно, потому что искусно обращается с ножом. В данный момент мастерски режет огурцы на салат.

– Подай масло для заправки. Возле чайника.

Я внимательно оглядела стол, но бутылку не нашла, на чем заострила его внимание.

– А. Ну тогда открой дверцу, протяни руку. В дальнем углу новая бутылка стоит, – и словно невзначай подносит к моему рту тонкий кружочек огурчика. С улыбкой на чувственных губах поясняет: – Комплимент от шеф-повара.

Я принимаю «комплимент» и медленно жую, отмечая свежий, сочный вкус овоща, не в силах поверить, что этот мужчина и страшный Беркут, который встречал нас ночью во дворе, – один и тот же человек.

Ловлю на себе внимательный заинтересованный взгляд и смущенно отворачиваюсь. Наклоняюсь к шкафчику, отворяю дверку.

Лезу вглубь. Рука наталкивается на что-то жесткое, твёрдое и металлическое. Явно не масло. Но… это… кажется, это… опасливо тяну на себя незнакомый предмет. Как только я вижу, что именно было спрятано в шкафу, с громким возгласом отскакиваю в сторону, отбрасывая от себя страшный предмет. Господи…

Глава 16

Пистолет с громким стуком отскакивает от пола и отлетает к стене. А я со страхом прижимаюсь спиной к холодильнику. На моем лице выражение ужаса и паники. Перевожу обречённый взгляд на Беркута. Словно в замедленной съемке замечаю, что он оборачивается, поджимает губы, спокойно кладёт нож. Подходит к орудию, поднимает его, гордо выпрямляется и прячет за спину. Вероятно, убирает за пояс.

Хмурит брови и шагает ко мне. А я отскакиваю в строну резко, и диким загнанным взглядом осматриваю комнату. Бежать некуда. Отталкиваюсь от стола. Но Беркут проворнее – один резкий рывок, и он хватает меня за руку, тянет на себя. Его руки на моей талии, и вот он уже твёрдо прижимает меня к столу, наваливаясь весом собственного тела. Я начинаю кричать в панике, а он легонько обхватывает ладонями мое лицо и заглядывает в полные слез глаза. Внутри меня все трясётся от страха. Кровь стынет в жилах, дыхание прерывистое. Сколько крови на этом пистолете? Я брыкаюсь и пытаюсь оттолкнуть эту махину в сторону. Но куда мне-то?! Я рядом с ним, как маленькая игрушка. Слабая и беззащитная.

– Тихо, – эффекта, конечно, никакого, и он чуть повышает голос. – Яна, успокойся. Яаа-ана! – он резко встряхивает меня и перехватывает мой потрясённый взгляд.

Я замолкаю и замираю в его руках. Он стирает влажные соленые потоки с моего лица подушечками больших пальцев. Мой подбородок дрожит.

– Это для охоты. Я просто забыл, что он там лежит, – поясняет очень тихо, медленно, как будто ребёнка уговаривает. – Я переложу его. Не волнуйся. Это обычный револьвер на крупного зверя. С холостыми патронами. Здесь нет ничего страшного, договорились?

Я отчаянно мотаю головой, потому что очень напугана.

– Это неправда, – пересохшими губами шепчу, как безумная, прямо ему в лицо, потому что он наклонился. Он вообще стоит ко мне непростительно близко. А его руки упираются в стол по обе