«я», – писал Браун. – Я внезапно понял, кто я, куда я двигаюсь и что я действительно хочу делать. Я больше не испытывал боли или дискомфорта, мой разум перестал бороться с ограничениями, связанными с квестом, а наоборот, расширился и стал этим квестом, этой дикой природой». Браун вышел из Пайн Барренс на четвертый день своего квеста видения другим человеком. Он увидел свой путь развития: «Мне нужно было выбрать чистую реальность, наполненную захватывающими приключениями и накалом страстей, – жизнь, полную восторга, а не комфорта и скуки, которую выбирали все остальные». Крадущийся Волк и Том Браун-младший прожили жизнь, полную притч и басен, великих деяний, устремленных к великому пониманию. Эти истории носили не только мифический, но и просветленный характер. Их передавали тысячам молодых читателей вроде Шетлера, которые испытывали ненасытный и нескрываемый интерес к тому, что скрывается за поверхностью жизни.
Знания, полученные в школах для любителей дикой природы, вылились в новое мировоззрение: природа – это нечто большее, чем сумма ее отдельных частей, большее, чем любое дерево, существо или организм, взаимосвязь, которую, как пишет Браун, «лучше всего можно увидеть в потоке ее взаимодействий». Цель – научиться видеть эти связи с помощью «сидения на одном месте», тренировки осознанности и исследования. «Попытка жить духовной жизнью в современном обществе – самый трудный путь, который только можно пройти, – однажды сказал Крадущийся Волк, согласно цитате Брауна. – Это путь боли, изоляции и пошатнувшейся веры, но это единственный способ сделать наше Видение реальностью. Таким образом, истинный Квест в жизни состоит в том, чтобы проживать философию Земли в пределах человека. Нам не нужны никакие церкви или храмы, чтобы обрести мир, ибо наш храм – дикая природа».
В течение многих лет Шетлер жил и дышал этими философскими и духовными взглядами. И его мать в Орегоне, и отец во Флориде полностью поддерживали этот выбор. Природа, по мнению Терри, – лучший учитель. Тем не менее, даже находясь на другом конце страны, Терри замечал, что его сын ввязывается во все более рискованные дела, чтобы узнать, что интересного его ждет в экстремальных ситуациях. «Вся суть в духовности, которую приносит опыт околосмертного состояния. Джастин очень рано понял, что такой опыт можно получить, занимаясь опасными вещами, – говорит Терри. – Каждое столкновение со смертью, закончившееся победой, делает людей еще более живыми».
* * *
В первое лето работы Шетлера в Школе следопытов его назначили преподавателем новой, первой программы для детей под названием «Следы койота». Руководила ею Трейси Фрей. «Я не хотела часами изучать один трек или так долго сидеть, – говорит она. – Это вообще не мое, зато Джастину это было по душе». Фрей назначила Шетлера инструктором. Шетлер исполнял все роли: наставника, инструктора, специалиста по выживанию. «Он чувствовал себя совершенно комфортно во всех ролях, – говорит его тогдашний коллега-инструктор Бриттани Церес, – поэтому с легкостью входил в каждую из них и выкладывался на все 100 %». Одним из юных учеников Шетлера в то время был Лиам Первис, который вспоминает, как Джастин часто говорил, что «расширение границ» способностей и комфорта позволит лучше понять мир.
«Безопасность, надежность и комфорт – это эвфемизмы для слова «смерть»», – часто повторял Том Браун-младший во время занятий, вспоминает бывший инструктор Том Мак Элрой, и эти слова стали аксиомой, которую Шетлер не просто услышал, но и воплотил в жизнь. «Когда мой самый большой страх говорил мне «нет», Джастин просто принимался за дело», – говорит он. Шетлер сблизился с МакЭлроем, двадцатиоднолетним школьным инструктором, за плечами которого было несколько лет занятий и преподавания еще до его поступления. Они быстро подружились и часто устраивали многодневные экспедиции по выслеживанию животных в Пайн Барренс. Он вспоминает, что Шетлер был очарован философией Брауна и придерживался сформировавшегося идеализма в отношении перехода на «подножный корм», а также изучения, к чему можно прийти, если впадать в крайности. Многие друзья тех лет вспоминают, что инструкторы жили в большом коттедже в старом лагере бойскаутов и что однажды зимой Шетлер решил устроить себе проверку на прочность. «У всех нас в доме были прекрасные комнаты, а Джастин прямо у входа построил маленькую хижину из листьев, в которой он спал даже во время снежных бурь», – вспоминает МакЭлрой.
В свободное от работы в Нью-Джерси время Шетлер путешествовал с Джоном Янгом и группой студентов, помогая проводить занятия по изучению дикой природы по всей территории США. В Айдахо они вели занятия по выслеживанию волков, а затем Департамент природных ресурсов нанял их для сбора данных об особях, выпущенных на волю на территории штата. Шетлер использовал каждый день, каждую возможность, чтобы проверить себя и узнать как можно больше от инструкторов, своих учеников и окружающих его людей. Он просто хотел учиться, и если он считал, что человек может ему что-то предложить, то был готов принять эти знания. Эту его сторону Фрей оберегала, словно он приходится ей старшим братом. В заметке по окончании уроков, нацарапанной в одной из школьных тетрадей Фрей, Шетлер назвал ее «старшей сестрой, которой у меня никогда не было». «Люди заставляли его делать все, что угодно, потому что он соглашался, – говорит она. – Мне всегда хотелось быть уверенной, что он в безопасности».
В августе 2000 года Янг, Шетлер, Маркегард и Найт должны были вернуться в Айдахо и продолжить подсчет популяции волков. Они ехали по Шоссе 80 в Небраске. Шетлер был за рулем пикапа Найта, одна из дочерей Янга сидела на пассажирском сиденье, а сам Найт спал в кузове грузовика с кунгом[11]. Найт помнит, как его подбросило при пробуждении. «Чувство было такое, будто я попал в блендер», – вспоминает он. Грузовик переворачивался и катился вниз. «Я не помню, как оказался на обочине шоссе», – говорит Найт. Он подбежал к автомобилю, который лежал на стороне водителя, и, когда Найт начал помогать девушке выбраться из кабины, они заметили, как в их сторону по шоссе несется фура. Они спрыгнули в безопасное место за несколько секунд до того, как она врезалась в перевернутый грузовик, в котором все еще находился Шетлер, и протащила его на сотни метров. Они побежали к месту аварии. «Мы подумали, что он погиб», – вспоминает Найт, увидев Шетлера, зажатого в расплющенной кабине. Полицейский штата, прибывший на место происшествия, сказал, что за всю свою карьеру он ни разу не видел такой ужасной автомобильной аварии. Найт вспоминает, как в больнице Шетлер метался и кричал от боли. Он сломал несколько позвонков и получил ранение в голову, для лечения которого потребовалось пятнадцать хирургических скоб. Его тело было покрыто порезами от лобового стекла.
Вернувшись в Орегон на реабилитацию, как вспоминает его мать,
