не красавец. Здоровенный парень, с почти квадратным обветренным лицом. На левой брови новый шрам, от рассечения. Еще парочку старых. Откуда они, я не знал, но вид они мне придавали диковатый. Этакий лесной, суровый бродяга с лицом, не обезображенным интеллектом.
В последний день пребывания в больнице я наконец получил свои вещи у завхоза и сейчас задумчиво разглядывал вываленное на кровать содержимое чемодана и рюкзака. Отдельно на полу лежали покрытые запекшейся кровью тряпки. Видимо те вещи, что были на Кирюхе в день нападения. Порванное спортивное трико и тельняшка. Выбрать одежду было тяжело, ибо из того что лежало передо мною, я ни чего одевать не хотел. Но выбрать было надо. С обувью понятно. Всего четыре пары. Летние туфли чёрного цвета, кеды, зимние полусапожки на здоровенном каблуке, так же черные и разношенные короткие сапоги. Был и тапок. Именно тапок, в одном экземпляре. Видимо второй потерялся в поезде. Так как на улице сейчас начало апреля, а я не в Сочи, выбор очевиден. Из одежды был спортивный костюм, синего цвета с надписью СССР на груди, черный костюм с разклёшенными брюками, еще одна пара брюк, того же покроя, джинсы явно на пару размеров меньше чем надо, несколько маек и рубашек, две тельняшки, а также один старый и потертый и один новый противоэнцефалитный костюм. Носки, трусы, две пары портянок и прочие мелочи не в счет. Из головных уборов была белая кепка, соломенная шляпа, спортивная шапка «петушок» и меховая шапка, по виду из собаки сшитая. Верхняя одежда была более-менее нормального вида. Явно армейский полушубок, белого цвета, темно синяя болоньевая куртка и плащ штормовка, так же армейского образца. Кстати, импортный магнитофон, на который в своё время ссылался Кирюшин, оказался обычным радио на батарейках, Чешского производства. Одеть я решил энцефалитку, полусапожки, зимнюю шапку и полушубок. С одеждой нужно срочно что-то решать. Ходить как клоун я не хотел. И подстричься надо. Желательно вообще под ноль.
Сегодня мне предстояло срочно решить пару неотложных вопросов. А именно найти жильё и закупится самым необходимым. По жилью, благодаря советам Иваныча, я примерно представлял, что делать. Был у меня в кармане записан адресок одной бабули, которая вроде как сдает комнату в частном доме. На первое время этого мне хватит. Потом вопрос надо решать кардинально. В СССР квартиру законно не купишь, не то время. Кооперативных квартир в Каменногорске, тоже пока нет. Значит остается одно, искать частный дом. Их то как раз сейчас купить можно вполне законно. Жить на съемной квартире или в общаге завода или депо мне категорически не хотелось. Люблю много свободного пространства, а вот посторонних людей у себя дома, как раз не люблю.
До указанного в записке Иваныча дома, я добирался не быстро. Деревенька была километрах в пяти от города, а шел я пешком, неся на себе все свои вещи. На этом месте, в будущем, тоже не будет многоквартирных домов или офисов. Вместо деревянных домов будут стоять роскошные коттеджи, благо деревенька расположена шикарно, прямо на берегу реки за которой начинался лес. Мой внешний вид, на удивление, ни у кого из прохожих не вызвал ажиотажа, сейчас люди ходят в том, что смоги достать. Я даже поймал на себе несколько завистливых взглядов, когда люди смотрели на мои полусапожки на каблуке и полушубок.
Домик был вполне заурядным, обычный рубленный пятистенок, разделенный внутри на три комнаты деревянными перегородками. Комната, которая сдавалась в аренду была раньше летней кухней или верандой, в последующем чем-то утепленная, с отдельной железной печкой — обычной буржуйкой. Вход отдельный. Из мебели панцирная кровать, тумбочка, старый шкаф, стол и одна табуретка. С бабкой сторговались быстро, точнее я вообще не торговался, сколько сказала, столько и заплатил. Жить я буду здесь пока месяц. Получив ключи, и покидав свои вещи на кровать, я поспешил вернутся в город.
К вечеру я успел почти всё, что запланировал на сегодня. Купил продуктов, часть в магазине, часть на рынке. Купил смену постельного белья и немного самой необходимой посуды и средств гигиены. Подстригся и побрился, отстояв немалую очередь в доме быта. Там же, в ателье дома быта, отдал перешивать свои расклешенные штаны, обе пары, в нормальные брюки. Чем вызвал искреннее удивление, у принимавшей заказ швеи. Еще бы, такую красоту порчу. Вроде ничего почти не сделал, а устал как собака к вечеру. Всё пешком, везде очереди. Перекусив вечером, первый раз за день, я затопил печь и завалился спать. На завтра предстояло решить вопрос с трудоустройством. Хоть деньги пока есть и не малые по нынешним временам, сачковать не получится. Есть сейчас такая статья нехорошая в УК РСФСР — тунеядство называется. Мне проблемы не нужны. Устроится на работу я решил по совету Иваныча, пока токарем, в вагоноремонтное депо. У моего аватара есть необходимая корочка, и необходимый разряд. Сам я токарный станок, освоил еще в молодости. Что только не приходилось делать за три года службы в ремонтной роте. И точить, и винты нарезать, и фрезеровать, и даже чинить станок несколько раз своими силами. Много чего делал, пока не прислали мне наконец нормального токаря из рядовых. Уже когда купил свой дом и оснащал мастерскую, купил себе китайский токарный мини станок на ЧПУ. Точил себе потихоньку всё, что душа пожелает. У меня сейчас третий разряд, сложного делать мне ничего не дадут. Справлюсь. А что зарплата не сильно большая, так это пока не проблема. Работа в депо, и доступ к станкам и материалам занимали в моем плане отдельное, немаловажное место. К зиме нужно подготовится, попробую себя зимой в роли промыслового охотника, на пушного зверя. Заработок у них вроде не плохой и времени будет свободного по больше, чем у работяги на заводе. Да и охоту я люблю. Попробую совместить приятное с полезным. Ну в общим там посмотрим, разберемся.
На следующий день, в восемь утра, я был уже на проходной депо, и через пятнадцать минут сидел перед начальником отдела кадров. Посмотрев мои документы, толстая женщина в квадратных очках, спросила.
— По специальности значит хотите работать? Токарем?
— Да. — что тут еще скажешь, подумал я. А зачем я по-твоему сейчас сюда пришёл?
— Зарплата с вашим разрядом будет сто пятнадцать рублей в месяц. Гораздо меньше чем вы раньше зарабатывали. Вас это устраивает?
— Знаете, устал я что-то от севера. Покоя хочу. Пора уже где-то осесть. Городок мне ваш понравился. Я сирота. Поживу, посмотрю, поработаю если возьмете.
— Токаря конечно нам нужны,
