И у моряков, и у горных стрелков было много работы, ни голова, ни руки не знали передышки, и получилось так, что обеспечению достигнутых больших успехов уделялось слишком мало внимания, или же моряки целиком полагались на охраняющие вход в фьорд германские подводные лодки. Короче говоря, ни сторожевой корабль, стоящий у входа в Уфут-фьорд, ни наземные посты не заметили, как на следующее утро в порт вошли 5 английских эсминцев. Они внезапно открыли сильный артиллерийский огонь по 4 стоящим у причала и на якоре германским эсминцам. Британцы выпустили торпеды, которые потопили 2 германских эсминца и несколько пароходов. Из-за плохой видимости у немцев первоначально создалось впечатление, что это налет авиации противника. Услышав грохот артиллерийской стрельбы, к месту событий поспешили и другие германские эсминцы. Английский флагманский эсминец «Харди» сел на мель, немцы расстреляли его в упор. Он загорелся, и команда его покинула. Командир британского отряда погиб. На английском эсминце «Хантер» тоже вспыхнул пожар, он потерял управление, и в этот момент «Хантер» был протаранен третьим английским эсминцем, после чего затонул. Из его команды немцы подняли из воды только 60 человек. После боя выяснилось, что командир англичан капитан 1-го ранга Уорбертон-Ли имел полномочия отложить атаку до подхода более мощных сил англичан, однако он принял решение атаковать немедленно.
Немцы потеряли свой флагманский эсминец «Хейдкамп», вместе с которым погиб и коммодор Бонте, и эсминец «Антон Шмитт». Третий германский эсминец получил настолько серьезные повреждения, что в дальнейшем мог использоваться только в качестве плавучей батареи. Вечером 10 апреля полную боеспособность сохраняли только 2 германских эсминца. На остальных 5 либо кончилось горючее, либо шло устранение полученных в бою повреждений. Таким образом, атака англичан, проведенная смело и без промедления, несмотря на понесенные ими потери (2 эсминца потоплены и 1 поврежден), оказалась все же выгодной для них.
В лице Бонте немцы потеряли уважаемого командира, служившего для команд образцом человека и солдата, умевшего добиваться крупных успехов в борьбе с превосходящими силами противника.
Положение немцев в районе Нарвика стало более сложным и в другом отношении: направлявшиеся сюда снабженческие суда понесли во время перехода тяжелые потери. Из двух танкеров к месту назначения прибыл только один, что привело к острой нехватке горючего. Многие пароходы с военными грузами на борту столкнулись с кораблями противника и были затоплены своими экипажами. Другие транспортные суда задерживались из-за плохой погоды и большого количества установленных англичанами у берегов Норвегии минных заграждений.
10 апреля 2 германских эсминца пытались прорваться из Уфут-фьорда, но были вынуждены вернуться обратно в Нарвик, поскольку были замечены английским крейсером и эсминцами, – принимать бой с превосходящими силами противника было бы безнадежным делом.
Из экипажей потопленных германских эсминцев был сформирован батальон морской пехоты под командованием капитан-лейтенанта Эрдменгера, который усилил горных стрелков генерала Дитля. С поврежденных эсминцев, а также захваченных в порту английских торговых пароходов были выгружены на берег легкие орудия, снаряды и другие боеприпасы, стрелковое оружие и запасы продовольствия. Это существенно повысило боеспособность германского десанта, тем более что к этому времени стало ясно, что норвежских береговых батарей в районе Нарвика нет.
Во второй половине дня 12 апреля 9 английских самолетов совершили налет на город и порт, не достигнув успехов и потеряв две машины. Около полудня следующего дня снова была объявлена боевая тревога. На этот раз англичане напали с моря. Из-за путаницы в приказах стоявший у западного входа в Уфут-фьорд дозорный эсминец уже ушел со своего поста, а другой эсминец на смену еще не прибыл. Воспользовавшись неразберихой, англичане ввели в фьорд 9 эсминцев и линкор «Уор-спайт».
На подходе к Нарвику действовало 5 германских подводных лодок. Однако они или вообще не сумели выпустить свои торпеды, или их торпеды не взорвались из-за конструктивных недостатков, о которых речь пойдет позже. Одна из этих подводных лодок, находившаяся в районе в Нарвика, была 13 апреля застигнута врасплох бортовыми самолетами линкора «Уорспайт» в Хорьянгс-фьорде и потоплена.
Вскоре над Уфут-фьордом снова раздался грохот орудий, разрывов снарядов и торпед. Экипажи германских кораблей самоотверженно оборонялись против превосходящих сил противника. Запас снарядов и торпед, оставшийся после боя 10 апреля, быстро подошел к концу. Линкор «Уорспайт», который благоразумно держался за пределами радиуса действия торпед, обстреливал из 380-мм и 150-мм орудий в первую очередь наземные цели. Лишь изредка его 380-мм снаряды падали среди германских эсминцев. Оба противника вели бой на высоких скоростях, часто меняя курс, поэтому результаты артиллерийской дуэли оказались для обеих сторон незначительными. Выпустив последние снаряды и торпеды, команды германских эсминцев топили свои корабли или выбрасывались на скалы. Около двух третей личного состава добрались до берега, где присоединились к горным стрелкам генерала Дитля, к которым теперь присоединились уже 2500 моряков (таким образом, у Дитля теперь было 4500 человек. – Ред.). Отныне горные стрелки и моряки сражались плечом к плечу в братском боевом содружестве. Особую ценность для генерала Дитля представляли технические специалисты, которые ремонтировали мосты и портовые сооружения, паровозы и вагоны, автомобили и оружие, тем самым значительно облегчив тяжелые условия борьбы в горах, которую теперь вели немцы.
Английский линкор вместе с уцелевшими эсминцами вечером ушел на запад. Один английский эсминец с сильными повреждениями носовой части и второй, получивший несколько прямых попаданий, отправились к родным берегам на буксире.
Фьорды вокруг Нарвика оказались в руках англичан, и через несколько дней здесь начали высаживаться английские и французские войска. В качестве опорного пункта англичане выбрали Харстад, небольшой городок на одном из наиболее крупных островов в этой части Норвегии (остров Хиннёйа).
Бои в северных морях
8 апреля, когда 10 предназначенных для захвата Нарвика германских эсминцев полным ходом шли к месту назначения, оба германских линкора, которыми командовал вице-адмирал Лютьенс, вышли в море, держа курс на северо-запад, чтобы отвлечь на себя силы английского флота, которые могли находиться в море вблизи норвежского побережья. Миновала холодная, сырая и ветреная ночь, и в предрассветных сумерках за кормой слева по борту был замечен силуэт корабля. Очень скоро из темноты стали вырисовываться неясные очертания линкора.
Первый 380-мм снаряд упал на траверзе «Гнейзенау» примерно в 100 метрах от борта корабля. Сражение, в которое незамедлительно вступил и «Шарнхорст», временами прерывалось налетавшими снежными зарядами, скрывавшими и цели, и результаты стрельбы. Уже через несколько минут после начала боя в носовой пост управления артиллерийским огнем линкора «Гнейзенау» попал снаряд. Старший артиллерийский офицер и пять человек личного состава поста управления были убиты на месте, все остальные ранены. Управление огнем продолжилось с кормового поста. Почти сразу же показалось облако разрыва от прямого попадания в носовую часть линейного корабля противника. Вражеский линкор – это был «Ринаун» – из-за повреждения больше не может поддерживать высокую скорость и выходит из боя, исчезнув за снежной завесой. Больше его не видели. (Этот морской бой происходил в Норвежском море примерно в 250 километрах к юго-западу от Нарвика. – Ред.)
Тщетно ожидали германские линкоры в Норвежском море возвращения эсминцев из Нарвика. Вместе с подошедшим крейсером «Адмирал Хиппер» они через несколько дней, больше не подвергаясь нападению кораблей противника, прибыли в родные воды, хотя на переходе были дважды замечены английской воздушной разведкой.
Спустя два месяца Нарвику предстояло снова сыграть важную роль в войне на море: люди Дитля, плотно окруженные противником, достигли предела человеческой выносливости. Тяжелейшие потери в боях, постоянное нервное напряжение и болезни, нехватка боеприпасов и продовольствия, непрекращающееся противостояние с многократно превосходящими силами противника надломили этих людей, о чем Дитль и доложил командованию по радио. Переход под натиском врага на шведскую территорию и интернирование казались неизбежными. Поэтому Гитлер приказал, чтобы все три вида вермахта предприняли последнюю попытку спасти своих попавших в отчаянную ситуацию товарищей. Военно-морским силам предстояло атаковать опорные пункты англичан, в первую очередь Харстад. Был отдан приказ, согласно которому немцам предстояло войти в Вогс-фьорд и уничтожить находившиеся там корабли противника и сооружения, предназначенные для высадки войск. По распоряжению Гитлера приказ был дополнен: необходимо было также оказать поддержку группе Фойерштейна, находившейся у восточной оконечности фьорда, часто обстреливаемой англичанами с моря, – это распоряжение было равнозначно первому приказу. В личной беседе гроссадмирала Редера и адмирала Маршалля было решено также атаковать удобные цели вблизи Харстада. Позже выяснилось, что дополнения не были доведены до сведения командования группы военно-морских сил «Запад» – результат того, что одним и тем же делом руководили разные командные структуры.
