– Да! Некоторые работники, неверно оценивая физические особенности человеческого организма, дают последнему нагрузку выше заявленных возможных сил, – выдаю я, высоко задрав нос.
– Во как ты накрутила! Проще говоря, я виноват, да? – вопрос с подковыркой, но я продолжаю согласно молчать.
– Хорошо, Мышкина! Люблю дерзких людей, но только если у них есть на это основания. Надеюсь, они у вас есть.
– Разумеется! – Поправляю очки и оглядываюсь. Светские беседы – это хорошо, но мне так-то и спать пора. А домой еще добираться ой как долго. Как будто услышав мои мысли, Дмитрий Николаевич выдает:
– Так и будешь стоять?
– Нет, я шла на остановку, пока вы меня не остановили!
– Садись, отвезу тебя домой! – бросает небрежно босс, и я хмыкаю. Неужели он думает, что я радостно прыгну к нему в машину? Наивный!
– Премного благодарна, но я как-нибудь сама! – отвечаю я мужчине и вижу, как его глаза с удивлением расширяются.
Не дожидаясь ответа, я разворачиваюсь и ухожу. Так ему!
По приходе домой я первым делом иду в душ. Скинув с себя одежду, потираю затекшие от неудобной обуви ноги и ступаю под упругие струи воды.
Ох, как же хорошо! Я действительно наслаждаюсь этой свободой. Пусть она не сильно шикарная, но все же моя. В детдоме, чтобы помыться, нужно было дождаться специально отведенного времени, и это происходило быстро, чтобы не тратить лишнюю воду. И, как правило, в куче с остальными девочками. Многие, не стесняясь, рассматривали других и смеялись.
Меня всегда очень угнетало это. Я пыталась прятаться в самые дальние душевые кабинки, которые к тому же были открыты, но это не спасало от нападок более фигуристых девушек.
Сейчас же я могла полностью расслабиться и не бояться, что вот-вот попросят покинуть душевую. Уставшее тело постепенно расслаблялось, и я решила даже не есть, сразу завалиться спать.
Помыв волосы, я вытерла их полотенцем и прошла в спальню. Надев уютную теплую пижаму, которая местами вытерлась, но все равно была самой любимой вещью, я нырнула под одеяло и закрыла глаза. Волосы разметала по подушке в надежде, что они успеют высохнуть до завтра. Хоть Дмитрий Церберович говорил мне ни за что не появляться на важном мероприятии, я все же решила посетить его. Не зря же так старательно готовилась. Я ему покажу, кто чего стоит. Его красавицы блондинки изначально были нацелены не на работу, а на что-то другое, вот и не могли соответствовать его требованиям. Я же не отступлю. С этими мыслями меня накрыло сладким сном.
Глава 6
Дмитрий
Она мне отказала! Нет, это надо же!
Серая мышка, ничем не примечательная, просто взяла и отшила меня, когда я предложил ее повезти. Как будто мне это нужно было! Но какая, а?
Мелкая мышка показала язык льву, когда лощеные кошки шли в мои когти, не выказывая сопротивления. Там, где другие толпами терпели поражение, эта заноза с косой просто задрала нос и вильнула красивым задом в уродливой юбке. Да, я успел оценить ее формы. Видел, когда она выходила из моего кабинета, как при движении ткань облепляет бедра. Довольно стройные, но приятно округлые. Я даже поймал себя на мысли, что хочу посмотреть на них без этой отвратительной одежды. Рассмотреть в деталях, так сказать. Но как только в штанах стало тесно, я себя одернул. Надо же, скатился. У меня так давно не было секса, что я готов кинуться даже на такую, как Александра.
Хотел набрать Рите, но одумался. С этой девушкой сценарий не меняется. Сначала надо угостить устрицами в лимонном соке на террасе самого дорогого ресторана, потом прогулки, разговор о важном… К концу вечера мне не то что секса не хочется, я вообще готов взвыть. Нет, Маргарита была не глупая, могла поддержать беседу, но скорее молчанием, чем действительно ценным замечанием. Но я видел, как ей скучно говорить о том, что меня вдохновляет, а мне было безумно скучно говорить с ней.
По правде сказать, я ещё никогда не встречал девушку, которая была бы мне интересна больше чем пару дней. А все почему? Как только мы остаемся наедине и официант разливает очередной бокал шампанского, они все как одна начинают вещать о модных показах, шопингах в Милане и золотых ободках изумрудных унитазов. Фу!
Мне кажется, я никогда не найду себе девушку, чтобы она могла поддержать разговор хотя бы на какую-то другую тему, кроме денег, шмоток и так далее.
Я нажимаю педаль газа и с визгом шин срываюсь с места. Огонь, давно забытый огонь отказа бурлит в крови, заряжая ее конской порцией адреналина.
Как же она на меня действует! Ну подумаешь, отказалась сесть ко мне в машину. Велика беда! Но этот взгляд и вздёрнутый носик просто сводят с ума. Не могу понять, почему я бешусь, но это так. Бездонные синие глаза прожигают насквозь. Но взгляд наивный и по-детски задорный.
Я выруливаю к своему дому и заезжаю в гараж. Темные окна говорят о том, что домработница уже ушла. Оно и верно, уже за полночь. Мысли снова возвращаются к мышке. Как она доберется? Не попадет ли в неприятности из-за своего упрямства? Где она живёт? Судя по ее внешнему виду, денег на съем дорогой квартиры у нее нет, а значит, скорее всего, остановилась она где-нибудь на окраине.
«А если на нее нападут?» – застываю я возле машины с ключами в руке.
– Да чтоб тебя! – со звоном кидаю их на стол. – Почему я вообще об этом думаю? Нужно идти в дом и срочно ложиться спать. Завтра ответственный день, а я как дурак стою, пялюсь на свои туфли и думаю о несносной девчонке.
Завтра первым делом узнаю, все ли она подготовила. И когда увижу, как она краснеет, потом бледнеет, потом идёт нервными пятнами, со злорадством уволю. Именно так!
Я захожу в дом и поднимаюсь в душ, на ходу скидывая с себя надоевшие вещи. Смыв с себя вчерашний день, заваливаюсь спать, не забыв поставить на завтра будильник. Не хватало ещё проспать. Инвесторы мне этого не простят.
Утром я еле разлепил глаза. Но, вспомнив, что инвесторы ждать не будут, быстро собрался. Шкаф-купе хранил дюжину одинаковых рубашек, выглаженных и накрахмаленных. Сколько же костюмов на любой случай. Часы надеваю на руку, телефон бросаю в карман, пиджак на плечи – и я уже спускаюсь на первый этаж, где меня ожидает Валентина. Приятный запах щекочет ноздри и заставляет притормозить.
– Дмитрий Николаевич, вы уже проснулись? – оборачивается женщина с улыбкой. – Садитесь, завтрак готов!
– Нет, мне некогда! – бросаю я ей, но женщина грозно шипит:
– Как это некогда? Завтрак – это обязательный прием пищи. Тем более для мужчины в самом расцвете сил. Я что, зря старалась?
Взгляд Валентины до того жалостливый, что я сдаюсь.
– Ладно, только быстро!
Есть и вправду хотелось. Сказывался вчерашний день голодовки. Я сел на высокий стул и взял чашку с кофе, заботливо пододвинутую ко мне женщиной.
– Вы вчера поздно вернулись? Я так и не дождалась! – говорит домработница, выкладывая гренки на блюдо.
– Да, пришлось задержаться! – киваю я.
– Ох, молодость. Надеюсь, вы меня познакомите с той самой, когда встретите, – мечтательно произносит женщина, а я давлюсь кофе.
– Как встречу, так обязательно! – отвечаю я. Мысли почему-то возвращают меня во вчерашний вечер. Когда Мышкина мне отказала…
– Мне не нравится эта ваша Маргарита, – добавляет женщина, заставляя меня удивлённо поднять на неё глаза.
– Откуда вы ее знаете?
– Так кто ж не знает? Вы ж не какой-то там рядовой бухгалтер. О вас каждая жёлтая газетенка знает!
– Угу, ладно, мне пора! – Поспешно допиваю кофе и вылетаю из столовой, оставляя женщину сидеть с открытым ртом.
Ни к чему мне сейчас эти разговоры. Нужно настроиться на рабочий лад, а не думать о таких больших и наивных глазах… Чёрт.
