Читаем без скачивания Зачётный профессор. Познавательный роман - AlmaZa

Урок шестой: Под лежачий камень готовь сани летом

Сигнал о начале пары был дан, и, не медля ни секунды, Ника, с места в карьер, принялась диктовать закрепляющий материал по классической теории эволюционизма и общественного прогресса Герберта Спенсера, не возвращаясь к краткому экскурсу в его биографию, а сразу же открывая новые знания из рассуждений знаменитого ученого. Ника вообще редко что-либо повторяла, считая, что по-настоящему важное никто не забудет. Если мы хотим есть – мы не забываем об этом, если хотим спать, то не забудем поспать. Если у нас собеседование, решающее всю будущую жизнь, то лишь последний дурак опоздает на него, а нормальный человек придёт загодя. Так она относилась и к знаниям. Если они нужны – они впитаются, и никакой растерянностью, неспособностью и бесталанностью оправдаться было перед ней нельзя, за исключением патологических случаев склероза, вызванного физиологическими нарушениями. Сама она с возрастом запоминала многое быстрее, чем раньше, и корила себя в душе, когда всё-таки что-то вылетало из головы. Возможно, пренебрежение повторениями было связано всё с тем же опытом молодости, когда она поняла, что дважды наступают только на грабли, а остального достаточно и по разу.

В аудиторию открылась дверь, и появился Константин.

– Простите, могу я войти? – он всё это время стоял за дверью и нетерпеливо отмерял минуты, когда можно будет появиться, прикинувшись опоздавшим. Так он намеревался привлечь внимание и, соответственно роли злого гения, позлить женщину. Но педантичный и пунктуальный, Костя разгневал и себя самого, не выдержав стоять дольше ста двадцати пяти секунд в опустевшем коридоре.

– Присаживайтесь, – указала Вероника Витальевна ему на незанятое место, которое он облюбовал на предыдущих занятиях.

– Я задержался, прошу меня извинить, – осознание непоправимой ошибки, кощунства наигранно отразились на лице парня. Ему не понравилось, что разрешив переступить порог, Вероника тут же опустила глаза к записям. Неужели осталась равнодушна к его непозволительной задержке?

– Зная вашу собранность, не сомневаюсь, что при желании вы могли бы и не опоздать. – так же, как она сейчас, мог бы улыбнуться айсберг Титанику: льдинисто, белоснежно, но бездушно, будто говоря «прости, друг, но я тебя потоплю». Костя сел, понимая, что Вероника догадалась о том, что причина его опоздания была либо несущественная, либо вовсе вымышленная. Да нет, она не может так запросто его читать, просто природная язвительность заставила её попасть в цель не метясь.

– Я не много пропустил? – уточнил молодой человек, раскрыв блок-тетрадь на отделенной зеленым разделителем социологии. Тон его, как обычно, был до того щепетилен и вкрадчив, что отвечать на него колкостью или грубостью выглядело бы откровенным хамством, тут преподавательница не могла поставить себя под удар, начав атаку первой.

– Как вы помните, – на радость прохлопавших ушами на прошлой лекции и на удивление себе, освежила Ника, поглядев на Костю, – мы остановились на том, что Спенсер, как эволюционист, рассматривал социологию неотъемлемой от биологии, анатомии, этнологии и антропологии, в связи с чем развитие общества ставил в прямую зависимость с законами природы и её развитием. Общество было для него неким организмом, функционирующим тем лучше, чем крепче во взаимосвязь входят его части – индивидуумы. Однако целостный предмет всегда нечто более значимое, чем сумма его частей. Дом, например, пригождается больше, чем отдельно разбросанные кирпичи, из которых он состоит, даже если их валяется столько же. Именно на этом основывается здоровое общество: оно должно понимать необходимость сплоченности, не превознося над ней собственную, личную значимость каждого.

Так вот, товарищ Константин, – на уже понимающего, к чему всё идет, воззрилась поглаживающе-уничтожающе Вероника Витальевна, -вы появились очень вовремя, чтобы продемонстрировать нам, как неуважение к делу общества в лице отдельно взятой студенческой группы стопорит и дело каждого, ведь вместо того, чтобы прокручивать одно и то же, сбиваясь с намеченного плана, мы все вместе могли бы двигаться к следующей теме.

Щёлкнув автоматической ручкой, Костя подумал, что опозданиями снова пользоваться не намерен и нужно придумать что-то более изощренное, чтобы пробить броню этой зачехлившейся в синий костюм энциклопедии.

Первый же открывший дверь студент дал добро Тимуру, подъехавшему вовремя, для того, чтобы вторгнуться в пенаты науки, оседланной Вероникой. Выпустив тройку прячущих за ладонями улыбки девушек, артист не уступил парням и оказался возле кафедры, где упаковывала свой портфель доцент Черненко. Увидев его, она изумленно выгнула брови, будто опомнившись. Или хорошо изобразила эмоцию, которой не было.

– О, а я почти забыла, что вы обещали приехать! – Ника поглядела на своих учеников, гуськом тянущихся на выход.

– А я вот не забыл, – чарующе прошептал Тимур, но пока без интимной дрожи в горле.

– Я думала, лучше бы вы подождали меня внизу… зачем же было подниматься сюда? – её глаза приструнили его громким манифестом «не компрометируй порядочную женщину!», но губы заботливо излучали тепло полуулыбкой.

– Я надеялся услышать что-нибудь через замочную скважину, чтобы приобщиться к мудрости, – продолжал выписывать кренделя с комплиментами и заинтересованностью Баскаев, – но тут плохая слышимость, а прервать вас и постучаться я не решился.

– Что ж, – посмеявшись его шутливым и милым оправданиям, Ника взяла себя в руки, увидев приближающегося к ним Костю, который не покинул зал, а остался, молча переделав дуэт в трио, – ещё не наскучило?

Не ожидавший, что обратятся к нему, Костя замедлился с ответом, не сразу и поняв, к чему был задан вопрос? К тому, что он раздражает её своим поведением на парах?

– Простите, я… – подбирал слова парень, но был спасён самой же напавшей.

– Я о том, что вы быстро теряете интерес. Социология ещё наплаву? – У Кости будто камень с души упал.

– Ах, это! Нет, что вы, сегодня было не менее увлекательно, чем всегда. Что нас ждет на следующей неделе?

– Теория психологии народов и многообразие культур, их социологическое понимание, – точно зная, что и когда преподаст, отчиталась Ника и подарила студенту многообещающий вызов, – думаю, о культуре вам тоже полезно будет послушать, это неотделимо от координированной коллективной деятельности. Не опаздывайте, пожалуйста.

– Ну что вы, это не повторится, – заверил он. Тимур, не размыкая рта, покашлял в губы, напоминая о себе. Женщина обернулась и подняла ладонь, указав на него Косте.

– Вот, ваш друг пригласил меня на ланч. – Тимур внутри вознегодовал, что прямолинейность лишает его пока надежды на закулисную игру. Это что же, Вероника отсекает любые возможности романа? Саму её, похоже, забавляла ситуация. – Как вы думаете, это чтобы помочь получить вам пятерку на экзамене?

Товарищи переглянулись. Знала бы она, зачем это нужно! Костя сдержанно приподнял уголки губ.

– Тимур лишён корыстных мыслей, и вряд ли бы до такого додумался, – обелил его приятель, – к тому же, было бы ниже моего достоинства получить хорошую оценку по каким-либо причинам кроме прямой: усвоенных знаний.

– Рада слышать, тем более, что задобрить меня невозможно и я даже своих племянников без честной сдачи экзаменов в университет не приму, – тронулась с места Ника, поведя с собой двоих спутников, одного по левую руку, другого по правую, – а вот обозлить меня можно, так что если господин Баскаев плохо себя будет вести, я отыграюсь на вас, и вы будете отчислены.

Костя споткнулся на пороге, вперед собеседников вылетев широким шагом. Со скрытым испугом он всмотрелся в Веронику Витальевну, чьё лицо затемнилось в промежутке коридора, куда не упал свет из двух окон в разных концах.

– Шутка, – непоколебимо успокоила она, выбесив молодого человека. Тимур, подделываясь под настроение дамы, похохотал, похлопав по плечу Костю.

– Юмор у вас плоский, если честно, – «как и задница» про себя добавил парень, переходя на боевые позиции и выставляя штыки. Ну-с, время отрицательного персонажа пришло, он же говорил, что в таких, холодных и издевающихся, бабы и влюбляются. Пора потихоньку подливать масла.

– А я думала, что черный.

– Черный юмор – это хоть какой-то, а плоский – это его отсутствие, – парировал Костя.

– Отсутствие результата – тоже результат, как говорил один мой знакомый профессор. Но, благо, мне и не в развлекательных шоу выступать, – как бы невзначай заметила Ника, намекнув на то, что кое-кому участвовать, и таким образом опустив его до уровня клоуна.

– Ладно, нам пора, – прервал вакханалию острословия Тимур, дав невидимую отмашку соперникам. – Кость, сам доберешься? Тебя подвезти не могу сегодня.