Если что-то случится в этом году, то во время Лондонской Олимпиады! Уж её не обойдут вниманием первые лица государства! Не последить ли, поедет ли в Лондон Саакашвили? Он любит устраивать сюрпризы во время олимпиад!
А кто возразит? Сердюков? Если он и не отправится в Лондон, толку от него будет немного. Шаманов? А вдруг и он будет в отпуске? – Бедная Россия! Выбор невелик!
Но самое неприятное, что 22 июня 1941 года приходится сравнивать с 8 августа 2008-го! Величайшую трагедию с операцией местного значения! Неужто и впрямь мы стали ничтожной региональной державой?
Ю.М. Шабалин
P.S. Если ещё не поздно, уберите Сердюкова из министров обороны! Чем дольше он остаётся во главе Вооружённых Сил, тем очевидней повторение 22 июня 1941 года.
ПОЛИТИКА
ВСПОМИНАЯ ВЫБОРЫ
Результат «выборов» 2011-2012 гг. был предсказуем и ожидаем. Предсказуемость ожиданий проистекала из анализа политической действительности и изучения документов (программ, заявлений), с которыми шли на выборы субъекты выборного процесса.
Создавалось впечатление, что системная «оппозиция» всё время играет с партией власти в поддавки и на фоне этих «поддавков» укрепилось мнение, будто Путин одержал блестящую и убедительную победу над оппозицией. Однако общий вывод выглядит иначе.
Во-первых, Путин не одерживал победу над оппозицией, поскольку он с ней и не сражался. Он уже в который раз ставит себя вне политической конкуренции, обеспечив себе за счёт других тепличные условия в предвыборной гонке. Это, заметим, важнейшая составляющая выборной технологии, благодаря которой Путин всегда «выигрывает» выборы. Если бы вытащить Путина хоть один раз на дебаты, то провалить его на выборах не составляло бы никакого труда, да ещё при условии наличия реальной оппозиции. И это он понимает, ибо даже Зюганов ему страшен в открытой дискуссии. Но как вели себя «системщики»? Они по этому поводу высказались в том духе, что их оппонент проявил неуважение к ним. Тогда зачем дебатировать с его доверенными лицами? Где ваше уважение к себе? Ведь это же смех – дебатировать с «лицом». А где же в это время пребывают остальные части тела? Остальные части тела, как объясняли «лица», были заняты государственными делами, что не похоже на правду.
Во-вторых, сама оппозиция в строгом смысле не является оппозицией, поскольку в идеологическом плане отсутствует противоречие с правящим классом. Мы не будем говорить о таких «оппозиционерах», как Прохоров, Миронов и Жириновский. Здесь настолько всё шито белыми нитками, что появление этих фигур в «оппозиции» Путину обсуждения не заслуживает. Но вот безобидный и безопасный Зюганов требует самого пристального внимания, во-первых, с точки зрения коммунистической идеологии и, во-вторых, с точки зрения предвыборной технологии.
Уж в который раз Зюганов формулирует свои идеологические пристрастия - как в ходе дебатов, так и на пресс-конференции. Понятно, что нового Зюганов ничего не привнёс: то же перечисление безобразий, допущенных властью, те же предложения к этой власти по решению назревших проблем, та же опора на «здоровые силы». Я ещё раз хотел бы обратить внимание, что «здоровые силы» - это не социологическое, не научное понятие. И здесь доктор философии Зюганов выглядит по-житейски простым, как грабли. Он с гордостью представляет журналистам эти самые «здоровые силы» - своих соратников, тоже думских сидельцев, Жореса Алфёрова и ещё пару-тройку имён. Остальные «силы» здоровьем, по-видимому, не блещут. И это за двадцать лет сидения в оппозиции! Интересно, что бы сказал Ленин о наших коммунистах? Самое безобидное это то, что «страшно далеки они от народа». Остальное было бы очень обидным. В самом деле, если бы за Зюгановым стоял рабочий класс и переставшее пить от безысходности крестьянство, то надежда на победу на выборах не была бы беспочвенной. А тут Жорес Алфёров! Классовый подход к оценке политических реалий есть основное отличие коммуниста от всех прочих субъектов политического процесса. У Зюганова этого нет. Он относится ко «всем прочим». Хотя я склонен думать, что едва ли кто-нибудь имеет аутентичное представление о классе. Однако здесь надо исходить из того, что классы – это факт объективной политической реальности.
Отсюда вытекает и способ прихода партии к власти. Зюганов говорит: «Есть два способа решения проблем: диалог и винтовка с булыжником. Я предпочитаю первое» (05.03.12). Хорошо. Но, во-первых, диалог можно вести до бесконечности. И сам диалог не предполагает передачу власти, предположим, от Путина – Вам. Вы, видимо, своими предложениями, своей «критикой» хотите научить Путина вести хозяйство? Вот Вы, господин Зюганов, после своего выступления (дело было, видимо, на правительственном часе в Госдуме; Путин сидел почему-то в президиуме) садитесь на своё место, оглушённый от собственной «критики», с виноватой улыбкой, будто Вы только что проиграли партию в бадминтон, заметили ли Вы, как на Вас смотрел Путин? Он смотрел на Вас, как на меньшого брата по разуму. И после этого Ваши соратники хотят нас убедить, что другого лидера, сравнимого с Зюгановым, в партии нет! Хороша партия!
Или другой пример. Перед президентскими выборами Вы, Зюганов, предлагали внести хотя бы три из девяти поправок в Закон о выборах. И что? Знаете, почему Ваши предложения отскочили от власть предержащих, как колотушка от барабана? Потому что та публика, с которой Вы вот уже двадцать лет ведёте нескончаемый диалог, выслушает Вас только в том случае, если будет знать, что Ваш, Зюганов, «бронепоезд» стоит на запасном пути. То есть за Вами должно стоять большинство народа. И не просто стоять, как на Болотной, а сознательно (фактически!) стоять! Но такой расклад не устраивает самого Зюганова, ибо делает бессмысленными все атрибуты думского сиденья: кнопконадавливание и политический трёп, который Вы, Зюганов, называете диалогом. Кроме того, если за лидером коммунистов идёт большинство народа, значит, напрямую и «в лоб» следует ставить вопрос о власти, а власть Вам ой как не нужна! Вам нужны лишь оговорённые действующим законом полномочия и льготы, подпитывающие эти полномочия. Доказательством тому служат Ваши же слова о том, что Вы пять раз (!) подходили к Горбачёву, желая узнать о целях перестройки. Не получив внятного ответа, Вы подумали: «Будет перестрелка»! (Интервью 05.03.12). Но если Вы уже тогда догадывались, чем дело кончится, то следовало бы сделать всё, чтобы не угробить светлую идею социализма, прийти в шестой раз к Горбачёву и арестовать его. Но не пришли! Не взяли на себя бремя ответственности... Скажите теперь, Зюганов, какой Вы коммунист? Мы бы с этим местом продолжили наш диалог, поскольку в целом Вы впечатление коммуниста уже не производите.
Дебаты Прохорову Вы, господин Зюганов, с треском проиграли. Нет, по рейтингу Вам удалось выкарабкаться, но как учёный (Вы это не прочь подчеркнуть) выглядели очень бледно. Ведь надо прежде уяснить: кто такой Прохоров как политик. В общем-то – никто. И Вы это знали! Но Вы ему постоянно пытались навязать «тему для обсуждения». А он Вам преподносил «жареные» факты из Вашей политической жизни. Так и не удалось Вам «раскрутить» Прохорова на обсуждение проблемы. Этот факт говорит о том, что философия, этот мощнейший инструмент в политической борьбе, не заканчивается на «Диалогах» Платона. Там есть ещё много кое-чего, доктор Зюганов. Например, в марксизме есть учение о классах и классовой борьбе. Вы это учение «развили» до понятия «здоровые силы». Но во всяком философском понятии свёрнута некая реальность. И эта реальность выглядит так.
Ваши однопартийцы испрашивают разрешения у властей, согласно закону, провести митинг. Вам разрешают: вы же «системная оппозиция»! Вы достаёте из кладовки красные знамёна и вместе с однопартийцами идёте в урочный час на разрешённое место. Там к вам подсоединяется толпа зевак, без которой не обходится ни одно публичное мероприятие. Начинается «диалог» на предложенную Вами тему. Допустим: «Поддержим матерей-одиночек России!» Митингующие – стоящие на трибуне и вне её (вместе с зеваками) – и есть та реальность, которая наполнила Ваше либерально-коммунистическое понятие «здоровые силы». Больше в составе «здоровых сил» нет никого. И Вы это тоже знаете! В программе партии Вы утверждаете, будто со своими идеями вы обращаетесь, прежде всего, к рабочему классу. Но такого класса в политической реальности России уже давно нет. Вот этого Вы не знаете. Ведь класс - это не некая данность, однажды возникшая и застывшая в своей неизменности навечно. После хрущёвско-брежневского застоя рабочий класс ушёл «в себя», став возможностью, которая никак себя не проявляет, либо проявляет, но невпопад. Примером тому служит февральский «выпад» некоторых работяг с «Уралвагонзавода», поддержавших Путина на выборах в президенты. Но самым интересным было продолжение этой истории. В апреле губернатор Мишарин встретился с этими героями «народного фронта», не щадившими живота своего в борьбе за «стабильность», где зашла речь о зарплате.
