5
10:51ВЕЧЕР МОРОЖЕНОГОДжессика остановила велосипед и посмотрела на дом Рекса Грина — одинокую развалюху, выглядевшую неуместно рядом с новенькими домиками на другой стороне улицы. Лужайка перед домом зачахла до нескольких жалких клочков бурой травы.
Место выглядело заброшенным, будто его покинули много лет назад. Но всего час назад отец Рекса ответил на ее телефонный звонок. Он сказал, что Рекс дома, и тут же бросил трубку, не удосужившись подозвать сына к телефону. Из разговоров других полуночников у Джессики создалось впечатление, что со стариком что-то не так, но никто не уточнял, что именно.
Девочка взглянула на часы: они все еще спешили после тайного часа. Ровно на час. Скорее бы подоспел Джонатан. Ей не хотелось без него столкнуться лицом к лицу со странным папашей Рекса.
— Джессика!
Она подскочила и резко обернулась на голос, еще не сообразив, чей он.
— Боже, Джонатан. Как я перепугалась!
Он вышел из-за старого дуба, зловещая тень которого покрывала весь двор.
— Извини, — сипло ответил Джонатан. — Я, это… типа прятался — на случай, если тебя отец привезет. Не хотел, чтобы он меня увидел.
Джессика закатила глаза.
— Он даже не знает, как ты выглядишь. И вообще, с тех пор как они с мамой решили, что я под домашним арестом только условно, он больше не такой параноик.
Как и следовало ожидать, папа зачел ей этот визит за еженедельное однократное освобождение из-за решетки. Но Джессика все же надеялась, что мама возьмет бразды правления в свои руки, когда придет с работы вечером. Если не слишком устанет.
Девочка подвела велик к провисшей веранде и как раз начала пристегивать его цепочкой к железным перилам.
— Это вовсе не обязательно, — сказал Джонатан.
Джессика просунула цепочку через спицы и защелкнула замок.
— Смейся, смейся. Привычки больших городов очень живучие. Кстати, хорошо, что со мной «Спиралевидный».
— «Спиралевидный»? Так зовут замок твоего велика?
— Тринадцать букв. И — предупреждаю твой вопрос — это слово означает «змеевидный».
Джонатан моргнул.
— «Змеевидный»? Это Десс придумала?
— А то! — Девочка посадила замочек на место.
Металлические звенья цепи извивались между спицами колеса совсем как змейка.
Когда она снова повернулась к Джонатану, тот шагнул вперед и заключил ее в долгие объятия. Джессика прижалась к его теплой крепкой груди. В полуночный час Джонатан был таким легким, хрупким в невесомости, словно его и не было вовсе. И хотя полночь дарила чудо полета, сам Джонатан в тайный час становился другим.
— Эй, ты как? Все хорошо? — спросил он.
— Конечно. Просто не выспалась. А ты? Неважно выглядишь.
Мальчик пожал плечами.
— Забыл вчера куртку захватить. Перемерз по дороге домой.
— Боже мой… — Она подняла на него глаза. — Совсем забыла…
Она и не подумала, что Джонатану придется идти домой — он редко ходил пешком.
— А ведь такая холодрыга была!..
Он улыбнулся и хохотнул:
— Мне-то можешь не рассказывать!
Джессика виновато потупилась. Вчера она здорово перепугалась, но хотя бы сидела в тепле. А Джонатану пришлось несколько миль топать по улицам. Она снова посмотрела в его карие глаза и тихо произнесла:
— Знаешь, ты ведь мог бы зайти…
Передняя стеклянная дверь распахнулась под визг ржавых петель.
— Где они?! Вы их не видели?!
Ребята повернулись на крик. Из обветшалого домика появился пожилой мужчина с обветренным лицом и многодневной щетиной. Растопырив пальцы, он дико размахивал руками и таращился на крыльцо, как будто пытался схватить нечто невидимое.
— Смылись!
— Простите, — подала голос Джессика, — а кто… смылся?
— Мои малышки…
Он поднял взгляд и уставился на девочку, прищурившись сквозь белесую пелену в глазах. Паника на его лице сменилась растерянностью, и на подбородке заблестела струйка слюны. Вдоль морщинистых скул топорщились белые кустики бороды, будто лезвие бритвы не доставало до дна старческих расщелин.
— Ничего, пап, я их найду.
Через дверь Джессика четко увидела в Фокусе бледное лицо Рекса в очках. Снова скрипнули ржавые петли, и мальчик ухватил отца за плечо.
— Посиди там, а мы их поищем.
Рекс затащил отца в дом. Тот после уговоров сына перестал орать и только бормотал что-то себе под нос. Дверь за ними захлопнулась и еще несколько секунд покачивалась на петлях, ударяясь о косяк.
Джессика протянула руку и сжала ладонь Джонатана.
— Кстати, я поблагодарила тебя за то, что ты пришел?
— Я бы запомнил, это точно, — хрипло ответил он.
Вновь послышались шаги, и Джонатан выпустил ее руку.
— Народ, это вы недавно звонили?
Рекс открыл двери и вышел на улицу, щурясь от солнца. Он махнул рукой в сторону трех садовых стульев у края крыльца. На нем было то же неизменное облачение, в каком он изо дня в день появлялся в школе: темные брюки и рубашка с воротничком такого черного цвета, что бледное лицо Рекса будто бы парило в воздухе. Тяжелые ботинки затопали по крыльцу, и металлические цепочки вокруг ног забряцали и заблестели на солнце. Пару дней назад Рекс говорил Джессике, как зовут его ножные браслеты — что-то вроде «Педантичность» и «Достоверность».
— Да, это я. — Деревянные ступеньки слегка прогнулись под ногами Джессики, когда девочка взобралась на крыльцо.
Она заметила, что Джонатан дождался, пока она поднимется, а потом уже двинулся следом: видно, не хотел испытывать прогнившие доски двойным весом. И он прихрамывал. Что же с ним приключилось по дороге домой?
— Прошу прощения за моего секретаря, — сухо извинился Рекс. — Последнее время он немного не в себе.
— Ну да. Но он сказал, что ты дома. Вот мы и пришли.
Рекс снял очки и так пристально посмотрел на Джессику, что она смущенно отвела взгляд. Она знала, что в обычное время, когда Рекс без очков, мир для него — сплошная расплывчатая пелена. Но лица других полуночников он и без помощи оптики видел отчетливо и днем и ночью.
— Я думал, ты еще под домашним арестом, — сказал он.
— Да, но раз в неделю мне разрешают видеться с друзьями.
Рекс присел на ступеньку и глянул на Джонатана.
— Какая честь для меня.
Джессика осторожно уселась на садовый стул, опасаясь, что он не выдержит ее веса. Стул выдержал, но оказался жутко неудобным: даже сквозь шерстяную юбку ощущался холод стали, а подлокотники превратились в наждак из-за бурой ржавчины.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
