пронзил кривой клинок. Я не заорал. Я просто завопил. Огонь зажегся в моих внутренностях, боль пронзила тело, а злоба — разум.
Один взмах, и первая тварь разлетелась ещё на две половинки. Огромная пасть на животе стала точкой разделения. Вторая тварь, которая в воздухе каким-то образом извернулась и лишилась всего одной руки, уже была готова броситься на меня и отомстить за своего собрата, но я тут же сделал взмах огненным клинком. Тварь вспыхнула. Завопила. Зашипела. И сдохла.
Последняя, которая пыталась меня до этого сожрать, была закована в лёд. Элеонора сквозь сеть смогла сориентироваться и помочь мне. Хоть так. Вот только… слабость начала наполнять моё тело. Рухнул на колено. Выронил один меч. Полез рукой в подсумок.
Девушка что-то кричала. Достала свой клинок и начала резать сеть. Я не слышал её. Только стучало в ушах. Пальцы уже немели. Клинки были чем-то смазаны. Какой-то яд. Нейролептик. Руки всё сильнее тряслись. Не слушались. Но всё же смог достать склянку. Открыл зубами. Осмотрел ещё раз, та или не та. Залил в себя содержимое и стал ждать.
Чувствительность стала возвращаться, боль стала отступать. Слух вернулся, запахи тоже. На последнее даже не обратил внимание. Но как я был рад, что не откинулся сейчас. Всего одна рана. Всего одно ранение и можно откинуться, отправиться на перерождение. Вот только надо знать условие. А это наличие стелы. Мы ещё не нашли её. Возродился бы я? Не знаю. Пропустил бы туман моё сознание в город для возрождения? Не уверен. Мог и погибнуть.
Дрожь пробила моё тело. Паника накрыла меня, даже не просто паника, а паническая атака. Предо мной появилась девушка, что-то говорила, что-то кричала. А потом несколько раз хлестанула рукой по моим щекам, и я смог отвлечься от мыслей о смерти.
— Сначала геройствовать, а потом с ума сходить? — холодно спросила она. — Что случилось?
— Не… — начал говорить я, но язык ещё плохо слушался. — Не знаю. Ранили. Тело стало неметь. Кровь хлестала. Пальцы не слушались. До монолита то мы не добрались. Думал, сдохну и не вернусь.
— И из-за этого ты так перепугался? — на её лице появилось отвращение. — Рожденный сгореть, никогда не утонет. Не твоя смерть. Ты должен сдохнуть геройски, а не в какой-то топи.
— Ну, спасибо хоть на этом, — усмехнулся я и поднялся на ноги. — Ладно. Пошли. У меня уже есть догадки, куда делись прошлые разведчики. Они тебя начали тянуть вдоль дороги. Значит, там точно что-то есть. Но стоит смотреть по сторонам, может, где тропы будут.
Девушка, молча, развернулась и спокойно побрела по дороге вперёд. Я пошел следом, собрав эссенцию душ с тварей. С каждой мне перепало по двести пятьдесят эссенции. Не мало, приятно, стоило потраченных нервов и здоровья. Если бы не склянка…
Ещё пару раз мы нарывались на подобных монстров. Первый раз на пару, второй раз на тройку. Мне перепало ещё пять сотен эссенции, решил отдать одного монстра нашей ледяной принцессе, чтобы она тоже подкопила и увеличила запасы эссенции.
Монолит мы нашли в будке. Просто обычной каменной будке около развилки дорог. Скорее всего, это была какая-то сторожка для поддержания правопорядка, может, тут было и не одно здание, может, была ещё казарма какая рядом. Но осталась только будка.
Внутри этого здания ничего не было, давно всё растащили. Но, что самое приятное, было сухо, даже вонь немного отступила. В крыше была маленькая дырка, через которую и ударил фиолетовый столб, ознаменовавший наше присутствие на этой территории.
Монумент памяти найден! Точка возрождения перенесена к последнему посещённому монументу памяти.
Получено сакральное знание!
Раньше это были леса Правосудия. Тут обитал дух, который карал существ, нарушивших мировой порядок, отправлял их в забвение. Но силы его были не бесконечными и однажды почти полностью иссякли. Духа хватало только на защиту леса и защиту его обитателей от ярости Империи. В этом Лесу Достойнейший совершил свой первый подвиг, спас поселение, которое несправедливо хотели уничтожить. Сейчас этот лес наполняют злые твари, которые возродились с возвращением Странников.
Странник! Ты стоишь в колыбели одного из Богов, мёртвых Богов. Его сила не исчезла просто так. В своей агонии он исказил этот край умиротворения, наполнил злобой, агонией. Но стоило миру сгинуть, как и развеялось его влияние. Только твари, проснувшиеся от движения эссенции, вышли из спячки и объявили охоту на тех, кто несёт в себе Свет тысяч Душ.
— Прочитала? — усмехнулся я, пробежавшись ещё раз по тексту глазами, а потом переведя взгляд на напарницу.
— Угу, — кивнула она, и тень недовольства можно было заметить на её лице.
— Они, что, хотят натравить на нас мёртвого бога? — с нотками то ли истерики в голосе спросил я. — Это уже, мне кажется, перебор.
— Для богов рано ещё, — мотнула она головой. — Очень рано. Вот на культ могут. Бог-то мёртвый, а последнее явно намекает на то, что твари копят жертв для какого-то ритуала. Может, как раз для освобождения или возрождения своего бога. Что весьма логично.
— Значит, Странники ещё живы, — улыбнулся я. — И у нас есть вероятность пополнить наши ряды, чтобы с большим успехом зачистить эти чёртовы леса.
— Вот тут я с тобой согласна, — кивнула она. — Но давай немного отдохнём. Минут через десять продолжим.
— Хорошо, — кивнул я и уселся на сухой каменный пол.
Глава 4
— Твою ж налево! — выругался я после двенадцатого перерождения. — Эля, вот какого хрена ты сейчас так тупанула?! Договорились же, я впереди, ты сзади прикрываешь, какого хрена вперёд полезла?
— Со спины поджимать начали, — спокойно сказал она, осматривая свой короткий, буквально пятидесятисантиметровый клинок. — Решила к тебе поближе прорваться. Попалась в ловушку. Пришлось саму себя убить.
— Хорошо, что вырезаю достаточно, чтобы копить эссенцию, — тяжело вздохнул я. — Уже под сотню накопилось. У тебя как с эссенцией?
— Немного в плюс, — спокойно сказала она. — Но один раз не смогла перебить стоимость возрождения. Напрягает такое.
Двенадцать попыток зачистить местную территорию. С каждым разом мы продвигаемся всё дальше и дальше. Вот только были особенности. Мы стояли на перепутье трёх дорог. Одна шла на восток, вторая — на запад. Нам пришлось выбирать по какому пути идти. Но в итоге гуляли по обоим.
Маршрут на запад был
