работе с реконструкторами разных старинных событий.
– Вот любопытно, – заинтересовался я, – а какой-нибудь реконструкторский клуб самостоятельно это в состоянии затеять? Своими силами, или денег не хватит? Все-таки затратное мероприятие.
– Черт их знает, – не стал отрицать такую вероятность Стэн. – Может, и хватит. Я вот только не понял, почему этого бедолагу в одиночестве на хуторе поселили? Без бабы? На полгода? Так и рехнуться недолго. Это специально было задумано, из соображений сугубо мизантропического характера, или из-за недостатка наличных средств?
– Вероятно, для глубины погружения. А почему одного, про это на сайте написано. Типа если он не будет общаться с современными людьми, то круче прочувствует тему. Только вот непонятно зачем тогда все эти дни открытых дверей? В общем, организация данного мероприятия далека от профессиональной, прямо скажем. Ну, это я так думаю.
– Правильно, по-моему, думаешь. Еще вот интересно, как парень на такое длительное время может полностью исчезнуть из реальной жизни? Что с работой? Никто же не отпустит его на столь долгий срок. Скорее всего, он уволился перед началом проекта. Один, без бабы… Ну, не знаю…
– А ты никогда не думал, что человек может вообще не работать? – встрял в наш разговор Макс. – Или трудиться на тот же реконструкторский клуб, что, собственно говоря, он и делает.
– Да? Может быть… – признался я. – Где-то я его понимаю. Несмотря на все эти странности.
– И я, – согласился Изя. – Валить отсюда надо. Подальше валить.
– Точно. Скоро в Москве станет неспокойно.
– Ага, – кивнул хмурый Изя, – уже лет десять этим нас пугают, а воз и ныне там. Всем пофиг.
– Десять? – сыронизировал Стэн. – А двадцать пять не хочешь?
– Ну, в такую глубь истории забираться не будем, – усмехнулся Макс. – Однако тема сваливания в деревню, как мы сейчас видим, популярна среди окружающего контингента, только вот кто тогда в городе останется, а?
– Это как в том анекдоте: – восполнил я, – пройдет много лет, а тут ты такой – дома засиделся, приспичило тусануть как раньше: c друзьями, с блэкджеком и шлюхами. А негде. Друзья переженились, поумирали, поуезжали черт знает куда…
– …блэкджек запретили, а шлюхам пора на родительское собрание, – перебил кто-то из гостей. – Знаем, плавали. Но тебе можно позлорадствовать по крайней мере: на собрание не идти, да и мозги никто компостировать не станет.
– Какая неприкрыто печальная истина. Впрочем, я уже морально готов, – сказал я. – Тоже согласился бы куда-нибудь уехать и пожить отшельником на хуторе. Но только не в средневековье. Пусть на этом хуторе будут: железобетонный дом с бронированными дверями и ставнями за забором при стальных воротах; современная сантехника; отопительная система с ресурсом топлива; водопровод или скважина; помповое ружье с зарядами; электричество, Интернет, мобильная связь; симпатичная мне секс-партнерша, согласная разделять такое существование; запас медикаментов на все реально возможные случаи; зона действия «Платипуса» или любого аналогичного интернет-гипермаркета; возможность иметь стабильный финансовый доход или источник средств; ну, и возможность в любой момент свинтить оттуда. Вот. Еще видеонаблюдение желательно. Правда, это получится уже не совсем отшельничество и не совсем хутор…
– А ты, батенька, зажрался, – отметил Степан. – Получится совсем не хутор, а укрепленная вилла. Это ты сейчас мечту девяноста пяти процентов россиян описал, включая мою собственную мечту. Так почти не бывает.
– Не бывает? – упорствовал я. – Почему это?
– Потому и не бывает, что правильно сам же сказал, что будет уже не хутор. На реальном хуторе как потопаешь, так и полопаешь. Деревенская жизнь напряженная. Если соблюсти все твои желания, то получается что-то из области фантастики.
– Я ж не говорю, что это легкодоступная реальность. Но совсем даже не фантастика, вокруг посмотри. Такое вполне можно осуществить.
– Вообще-то, конечно, можно. Хоть у нас, хоть на Тенерифе у самого синего моря. Вполне реально такое устроить – любой каприз за ваши деньги. Но! Денег потребуется ну очень много, и получится такой же каменный скворечник, – с этими словами он постучал костяшками пальцев о стену, – как и в городе, только индивидуальный. На кой оно вообще тогда надо?
– Как это на кой? Свежий воздух, уединение, отсутствие людей. Опять же от зимних холодов, от перепадов температур уберечься. Это у нас. А у них – от тропических циклонов. Также на случай нападения неизвестных, это в любой местности. Заявятся какие-нибудь отморозки на джипах, квадроциклах или на катерах с пушками в руках, что будешь делать? Вот! А в каменном скворечнике хоть отсидишься, если успеешь спрятаться и полицаев вызвать. Авось приедут. А пока пострелять в воздух можно, для создания общего настроения и ощущения собственной значимости.
Выдав такую сентенцию, я не стал ждать гневных отповедей и разных советов, (да и какие там могли быть советы?) и вышел на балкон за глотком свежего воздуха.
Среди гостей оказался какой-то мужик моего примерно возраста, что не изрек за время беседы ни единого слова. Хотя, нет, вру. Изрек. Когда Стэн представлял всех присутствующих, этот гость отрекомендовался кратко – «сосед». Он был единственным в нашей компании, кто не приехал из Москвы, а просто пришел. Я чуть было не забыл, что зовут его – Леонид. Как-то так получилось, что оба мы оказались на балкончике – я вылез подышать свежим воздухом и посмотреть окрестные пейзажи, а он – покурить.
– Я смотрю, ты человек понимающий, – задумчиво сказал Леонид, указав на круглый рисунок на моей майке. – Кажется, могу тебе посодействовать, разрешить твои трудности. Правда, временно.
– Да? Каким, интересно, образом?
– Сколько бы ты хотел получать, при отсутствии трат на еду, транспорт, Интернет, телефон и коммунальные услуги?
– При наличии отсутствия упомянутых трат хочу тыщу евро в месяц, – не задумываясь, ляпнул я.
Тем временем погода понемногу начинала портиться. В воздухе чувствовалось напряжение и знакомое многим ощущение надвигающейся грозы, как сказали бы в сентиментальных романах девятнадцатого века.
– Все? – спросил Леонид. – Как там у Высоцкого? «Где б найти мне такую обитель, чтоб ни баб, ни вина, ни души, никого – только я».
– Это не у Высоцкого.
– Что?
– Это стихи Владимира Туриянского. Пародия на Высоцкого. Так что там про обитель?
– А больше у тебя никаких особых требований и желаний? Может еще что-нибудь эксклюзивное? – ехидно спросил Леонид.
– Ну, есть, конечно, – нахально и в тон ему добавил я, – Надо бы, чтоб не дергали меня, а я мог бы книжки свои спокойно писать, которые никому нафиг не нужны и которые никто, практически, не читает.
– И чем бы ты отплатил благодетелю, который все вышесказанное предложит?
– Ничем, кроме «спасиба» и верной службы.
– Давай.
– Что? – не понял я.
– «Спасиба» твое давай. Правда, кроме «спасиба» потребуется еще
