все время и утверждали местные жители, которым, однако, почти никто не верил. Яйца были довольно большими: каждое весило 185 граммов. Такая сорная курица ростом не превышает домашнюю, но если яйца наших кур весят от 50 до 60 граммов, что составляет 4 процента веса тела несушки, то яйцо сорной курицы составляет 12 процентов ее веса! На вкус яйца очень хороши. В Австралии почти каждая такая куча имеет своего «хозяина» — кого-нибудь из местных жителей, который регулярно забирает яйца из своего естественного инкубатора.
Итак, петух-большеног нагребает своими большими лапами огромную кучу сухих листьев и трав, достигающую от одного до двух метров в высоту и нескольких метров в диаметре. (У сорных кур рода Megapodius находили инкубаторные кучи высотой до 5 метров, а диаметром 12 метров!) Это самые мощные строения, когда-либо сооруженные птицами. Все время, пока петух-большеног трудится над своей кучей, голова его сохраняет огненно-красную окраску, а болтающаяся под клювом подвеска — ярко-желтую. Несушек он, как правило, от кучи отгоняет. Только время от времени им разрешается подняться наверх, разгрести ямку и снести туда яйцо. Яйца эти всегда стоят вертикально в отличие от всех прочих птичьих яиц, лежащих на боку. Каждая несушка откладывает от 10 до 13 яиц, а для выведения цыплят требуется от 9 до 12 недель.
Живущие сейчас во Франкфуртском зоопарке сорные куры, научное название которых Alectura lathami, родом из Восточной Австралии. Немецкий зоолог профессор Ренш, работающий в тех местах, выяснил, что этих птиц можно даже приручить. Каждое утро они появлялись возле его домика в ожидании корма и позволяли приблизиться к себе на расстояние одного метра. Когда же Ренш встречал их в лесу, они держали себя отчужденно и моментально убегали, даже если он находился в 15 метрах от них.
Существует 10 видов сорных кур, распространенных как в самой Австралии, так и на Филиппинах, Самоа и других островах.
Каждый ребенок знает, что навозная куча от происходящих в ней процессов гниения нагревается; зимой от такой кучи частенько даже поднимается пар. (Но тут, простите, я должен оговориться: это прежние дети знали. Теперешние наши дети живут в основном в больших городах и вообще не знают, что такое навозная куча.) Так вот если в такую кучу воткнуть куриные яйца и просто оставить их там лежать, они наверняка протухнут и никаких цыплят из них не выведется. X. Фрис, много занимавшийся сорными курами, провел в Австралии интересные наблюдения. В перегнойных кучах, воздвигнутых сорными курами, в результате процесса гниения температура часто поднимается до 45 °C, что для яиц слишком жарко. Но затем листья как бы «перегорают», и теплоотдача резко снижается. Поэтому петуху приходится неустанно хлопотать вокруг кучи, чтобы поддерживать в ней необходимую для яиц температуру (33,3 °C). Для этого он обычно выкапывает на ее вершине углубление, в котором скапливается дождевая вода. Он то сбрасывает верхние слои перегноя, то снова сгребает их ногами и нагромождает на кучу. В общем, работенке этой не позавидуешь!
Дж. Гилберт проделал следующий опыт. Он поместил в такую перегнойную кучу электрическую печь, которую по своему усмотрению то включал, то выключал. Петух теперь вынужден был работать как проклятый; и тем не менее он умудрялся все время поддерживать вокруг яиц необходимую для них ровную температуру.
Как же ему это удается без термометра? Вот тут и начинается самое удивительное. Было замечено, что время от времени петух проделывает дырку в своей куче и просовывает голову глубоко внутрь. Может быть, именно для того, чтобы его кожа лучше ощущала тепло, у него такая голая и длинная шея? Однако Гилберту удалось проследить, что один из видов сорных кур, гнездящихся на пляжах, — валнистеры, зарываясь головой в кучу, вытаскивают из глубины ее полный клюв песка. Следовательно, можно предположить, что температуру они определяют языком или нёбом.
Цыплята вылупляются под землей — иногда на глубине до 90 сантиметров. Проходит 15, а то и 20 часов, прежде чем они выберутся наружу. Гилберт наблюдал за ними сквозь стеклянную перегородку, которой разделил кучу пополам. Когда такое шустрое маленькое существо высовывает голову из кучи на свет Божий, его сразу же обступает незнакомый и враждебный ему мир. Ни отец, ни мать не проявляют о нем ни малейшей заботы, и он от них убегает точно так же, как от любого другого живого существа, встречающегося на его пути. С первых же дней он умеет немного взлетать над землей и вспархивает на нижние ветви деревьев, чтобы там переночевать.
Как-то в нашем Франкфуртском зоопарке с одним из таких малышей произошел интересный случай. Была дождливая погода, и мы никак не ожидали, что в такое ненастье могут вылупиться цыплята сорных кур. Поэтому можно представить себе наше удивление, когда однажды утром один из служителей обнаружил довольно далеко от вольеры с сорными курами маленькое серое существо, испуганно забившееся под лестницу. Вначале он принял его за крысу. Кто бы мог подумать, что крохотный птенец способен совершить столь длинное путешествие от места своего появления на свет?
Не так-то часто удавалось зоопаркам экспонировать сорных кур. В Берлинском зоопарке одну курицу содержали в 1872 году, а следующая появилась там только в 1932 году. Правда, сейчас мы не испытываем трудностей с этим делом; у нас, наоборот, некоторое «перепроизводство» цыплят, и мы озабочены тем, кому их сбыть…
Вылупившиеся из яиц цыплята на следующий год становятся уже взрослыми птицами и в свою очередь приступают к постройке куч-инкубаторов. А в условиях зоопарка это вещь далеко не простая. Ведь им для этого требуется огромное количество прелой листвы. Утром к вольере такого петуха подъезжает специальный фургон, который ссыпает ему целый воз листьев, а к вечеру глядишь — заботливый отец уже все сгреб через весь загон в угол, на свою кучу, и стоит в ожидании следующей порции.
Сотрудники нашего зоопарка С. Балтин и супруги Фауст делали неоднократные попытки вывести сорных кур в электрическом инкубаторе. Сначала ничего из этого не получалось. Ни в одном из яиц не появилось ни малейшего признака развития зародыша. По всей вероятности, обычная температура, рассчитанная на развитие куриных яиц, была слишком высока для яиц сорных кур. Тогда экспериментаторы решили измерить температуру и влажность в «естественном инкубаторе», т. е. в перегнойной куче сорных кур, и создать у себя аналогичные условия.
На следующий год в инкубаторе поддерживалась температура не 36–37,8°, как обычно, а 33,6–34,4 °C, сами же яйца были помещены в стеклянный аквариум и обложены со всех сторон мхом, который периодически смачивался. Теперь им была обеспечена необходимая влажность —
