Между германофилом Свинхувудом и хладнокровно взвешивающим все обстоятельства Маннергеймом, который в большей степени симпатизировал западным демократиям, в особенности Великобритании, наметилось расхождение во мнениях относительно направленности правительственного курса Финляндии. Поэтому 31 мая 1918 года генерал Маннергейм, находясь в зените славы, ушел в отставку со своего поста.
Пер Эвинд Свинхувуд, который уже 6 декабря 1917 года заявил о независимости Финляндии, стал первым регентом (исполняющим обязанности главы государства) королевства Финляндии. После подписания (28 июня 1919) Версальского мирного договора Брестский мирный договор потерял свою силу. Ориентированная на Германию политика Свинхувуда бумерангом ударила по Финляндии. Государства Запада отказывались признавать Финляндию и устанавливать с ней дипломатические отношения. Поэтому стал необходим прозападно ориентированный Маннергейм, которого Свинхувуд уполномочил совершить дипломатические визиты в Англию и Францию.
В ноябре и декабре 1918 года Маннергейм попеременно вел переговоры с правительствами в Париже и Лондоне. В этот период действующее тогда в Финляндии правительство ушло в отставку. 27 декабря 1918 года было образовано новое финское правительство, в которое не вошел ни один из членов старого правительства. 12 декабря финский ландтаг одобрил отставку Свинхувуда с поста регента королевства и заочно назначил на эту должность Маннергейма. Это означало разрыв с прогерманской политикой и проведение нового прозападного политического курса. Когда Маннергейм в 1918 году вернулся из Англии в Финляндию, он привез с собой договоры о поставках продуктов питания для Финляндии из стран Запада. В начале марта и первых числах мая 1919 года поочередно Франция, Великобритания и Соединенные Штаты Америки установили дипломатические отношения с Финляндией.
В 1919 году первым президентом Финляндии стал Каарло Юхо Стольберг. Экономика страны начала подниматься. Постепенно затягивались раны гражданской вой ны. Рассудительные и дальновидные финны упорно трудились над умиротворением и единением финского народа, особые усилия прилагал к этому процессу лидер рабочего класса Вяйне Таннер[21], в свое время, в период гражданской войны, симпатизировавший «красным». «Шансы на то, что ему удастся примирить рабочих с буржуазией и «белым» генералом Маннергеймом и повести их путем парламентской демократии, долгое время представлялись минимальными. Но Таннера это не обескуражило. Он вступил в борьбу с «радикалами» и после многолетней борьбы за души финских рабочих вышел из нее победителем» – так написал об этом Паасикиви, будущий 7-й президент Финляндии.
Исходя из всей своей скорбной истории всенародного отстаивания прав нации против восточного соседа, Финляндия в 1920-х и 1930-х годах стала ориентироваться на Запад, в особенности на Англию и Францию.
Советско-финская война 1939–1940 годов
Несмотря на всю ту напряженность, которая царила в Европе на протяжении 1930-х годов, Скандинавские страны могли придерживаться в своей политике курса нейтралитета. Однако такое положение изменилось для Финляндии, когда в апреле 1938 года советское посольство в Хельсинки вступило в контакт с финским министром иностранных дел с притязаниями на обеспечение безопасности подступов к Ленинграду путем размещения советских баз на южном побережье Финляндии. Финская республика отвергла эти притязания, но сделала для себя вывод, что в случае конфликта в Европе такое может быть осуществлено насильственно. Намерения Советского Союза контролировать Балтийское море[22] просматривались вполне ясно. Финляндия же стремилась установить более тесные отношения со Скандинавскими странами и разрабатывала совместные со Швецией планы по укреплению Аландских островов, что вызвало советский протест в начале 1939 года.
После подписания германо-советского пакта о ненападении и пакта об экономическом сотрудничестве от 23 августа и 28 сентября 1939 года и, в особенности, секретных дополнительных протоколов от 23 августа 1939 года были обозначены границы германо-советских интересов, причем Финляндия и государства Балтии попали в сферу советского влияния.
Финские политики видели, какие события приближаются к их стране. Маннергейм, который в случае войны должен был снова стать главнокомандующим финской армией, возражал против того, чтобы потакать советским требованиям. Финляндия старалась по всем дипломатическим каналам прояснить для себя ситуацию и зондировала, где возможно получить помощь. Братские Скандинавские страны всячески подчеркивали свой нейтралитет, а Англия и Франция были слишком далеко расположены. Германия демонстрировала всякое отсутствие интереса к финским делам; отношения между двумя государствами с лета 1939 года были более чем прохладными. «Ухудшение германо-финских отношений началось с «захвата власти» национал-социалистами, которые у подавляющего большинства финского народа вызывали откровенную антипатию, так что старая дружба с Германией постепенно улетучивалась. Равным образом экономические круги Финляндии в 1930-х годах стали все более интенсивно ориентироваться на Англию, поскольку закупки англичан впятеро превосходили закупки немцев в Финляндии…» – писал экономист Дитер Аспельмайер.
С началом Второй мировой войны 1 сентября 1939 года положение Финляндии еще более ухудшилось, поскольку теперь от ведущих мировых стран вряд ли можно было ожидать какой-либо помощи. В ходе германо-польской войны Советский Союз по согласованию с Германией с 17 сентября[23] захватил Восточную Польшу[24]. Польша была разделена между Германией и Советским Союзом. Вслед за этим странам Балтии – Литве, Латвии и Эстонии – были Советским Союзом навязаны «договоры о взаимопомощи», что практически означало поглощение Советским Союзом этих стран. 18 октября 1939 года советские войска заняли в Эстонии предусмотренные договором опорные пункты, а 29 октября то же самое произошло в Латвии. Тем самым Советский Союз обеспечил защиту с юга подступов к Ленинграду путем создания опорных пунктов на островах Эзель[25] и Даго[26] и в балтийских портах Либава (Лие пая) и Виндава (Вентспилс).
Претензии Советского Союза, теперь также и на создание баз флота и авиации на южном побережье Финляндии, были изложены финской делегации, приглашенной 5 октября 1939 года для переговоров в Москву. Государственный советник Юхо Паасикиви, возглавлявший делегацию на переговорах в Москве, получил инструкции отвергать любые требования о пересмотре границ. Относительно обещания отдельных островов в виде уступок взамен укрепления Аландских островов шла долгая, но безуспешная дискуссия.
Переговоры начались 12 октября 1939 года. Финская делегация сразу же отвергла договор о взаимопомощи, составленный по образцу советско-эстонского договора. После этого Советы детализировали свои требования, которые по сути означали значительное посягательство на финский суверенитет:
1. Уступка полуострова Ханко в качестве опорного пункта для размещения там баз русских ВВС и ВМФ;
2. Передача СССР некоторых островов в акватории Финского залива;
3. Перенесение финской границы в районе Ленинграда севернее, а в качестве компенсации за это часть советской территории в Средней Карелии будет передана Финляндии.
Финское контрпредложение, предусматривавшее укрепление острова Суурсаари (Гогланд) и уступку небольшой полоски территории в Карелии, а также заявление о желательности нейтралитета Советы не удовлетворило. 13 ноября безрезультатные переговоры были прерваны.
Финляндия осталась практически одна. Англия и Франция, на помощь которых имелись надежды, были слишком далеко, а при военной слабости Скандинавских стран помощи от них – кроме моральной – можно было не ожидать. Шведский исследователь Азии Свен Гедин, который по собственной инициативе обратился к Германии в качестве посредника, услышал в Берлине 15 октября 1939 года от Германа Геринга: «Судьба государств Балтии уже решена, они побеждены. Финляндия также будет поглощена Россией».
