они, - с досадой сказал генерал. - Их там много этих... адептов?
- Семь человек, Николай Николаевич. Да это не страшно, они без подпитки ничего не смогут. А ребята у нас тренированные. Золото мужики. Справятся.
Первыми выбрались два бойца, неся третьего. Положили на снег у крыльца, один из товарищей стащил с лежащего шлем, приложил пальцы к шее. Второй мотнул головой, негромко сказал что-то, перекрестился. Потом появились ещё двое, эти волокли уже противника - тело откормленного мужика с короткой бородкой, босого, одетого в окровавленное белое рубище. С искажённого лице косо свисали очки, зацепившись дужкой за одно ухо. Похоже, наповал.
- Всё уже, - сказал Комаров. - Адептов вон тащат. Добросила заберём и уедем. В "урале" нашем и уедем, товарищ генерал-майор.
- Холодно в нём, - ворчливо отозвался тот.
- Мы вас-то в кабину, там печка. Всё нормально.
Бойцы теперь появлялись один за другим, таская убитых адептов Братства Силы. Но главного, Добросила, пока не было: Комаров знал, что тот рыжий, огненного такого окраса, не ошибёшься. Носитель, мать его, Силы. Тварь такая. Кто бы ожидал эдаких спецэффектов, хотя агент и предупреждал, что ребята на многое способны...
Казалось, ерунда, а оно вон как вышло.
- Кажись, он? - оживился Николай Николаевич. - Точно, он. Рыжий, волосья длинные!
Трое последних бойцов вынесли из "дворца" безжизненное тело в белой длинной рубахе. Никто из них в него не стрелял, повинуясь приказу, но главарь справился и сам: из шеи густо стекала кровь, даже отсюда обоим офицерам была видна жуткая рваная рана. К крыльцу с визгом покрышек подскочила реанимационная машина, врачи уже суетились рядом, один втыкал капельницу, второй приложил к осунувшемуся, бледному от потери крови, лицу главного адепта кислородную маску.
- Просрали, майор, да? Просохатили, не уберегли? Тьфу, блин... Спецна-а-аз, - с досадой выделил последнее слово генерал. - Болваны. Лично прослежу, чтобы все, включая тебя, в Магадане собачьи будки сторожили.
Комаров скрипнул зубами, но промолчал. Смотрел внимательно на "скорую", словно от его цепкого взгляда умирающий глава секты должен был встать и пойти. Но нет: не встал. Так на руках его в реанимобиль и занесли, "скорая" взвыла сиреной и в крутом развороте промчалась через бывшие ворота, продолжая голосить где-то в лесу, удаляясь.
Что смогут - сделают, но люди не боги.
Вот это Комаров уже произнёс вслух, не опасаясь проститься с единственной звездой на погоне, разменяв её на три-четыре помельче.
- Не боги, это да... Даже не экстрасенсы. Ты мне объясни популярно, на кой нам эти кашпировские вообще сдались? Аланы чумаки, блин. Столько народу положили...
Комаров уже вёл генерала к "уралу". Операция не была закончена, само собой, надо ещё обыскать посёлок, вывезти выживших братьев для допроса, поставить охрану. Трупы в конце концов утилизировать. Ну и сделать это всё тихо, не привлекая внимания озверевших газетёнок, падких на любой скандал. Но это всё без них. Семёнова - за старшего, подкрепление уже в пути, справятся.
- А, Комаров, вот ещё что скажи: что они жгли в своём сарае, что дым такой странный?
М-да... А честно скажешь: дурак - обидится не на шутку. Генерал-то человек злопамятный, да и властью не обделён.
- Николай Николаевич, тут дело мутное такое. Я уже докладывал, но вы делами были заняты. Секта эта, Братство Силы...
- Этих братств как грязи сейчас. Белое, чёрное, серо-буро-малиновое, - перебил его генерал. - Эти-то чем отличаются? Бабла с дебилов настригли, ферму вон заново отстроили и дальше народ завлекают. Верно же? Наркота у них тут или что, почему Москва на ушах стоит? Ты-то разбирался, а мне некогда.
Ну да, ну да... Жена, любовница, опять же дачу стоят добрые люди ускоренными темпами в Берёзовке - какие уж тут секты.
Не до сук, как любит говорить друг Вадим, товарищ старлей Пятницкий.
- Ну да, внешне всё как обычно. Секта. Наверху Добросил, плюсом шесть высших адептов... было, - глянув на ряд мёртвых тел у крыльца, аккурат шестерых в белом и двоих в бронежилетах, уже без шлемов, глядящих стеклянными глазами в низкое зимнее небо. - Внизу братья. Одни - так называемые люди-пища, это Физик сказал, так их называют. Ну и послушники, вроде как братья, но совсем низкого разбору: подай-принеси, да охраняй старших.
- И чего?
Комарову мучительно захотелось засветить начальству в лицо кулаком. Со всей дури, чтобы зубы на снег веером. Но сдержался, конечно, закалку советского офицера не пропьёшь.
- Прикол в том, что это реально работает. Мы не знаем как, но факт: Физик подробно всё донёс. Люди-пища впадают в транс, они как бы батарейки для высших адептов, за счёт которых те получают необычные способности. Столб тот же, мысленное давление и даже подчинение, перемещение предметов. Много чего, вроде, получается. Людям во время мистерии не по себе, конечно, а собак вон вовсе перестреляли, они с ума сходили, когда рядом это всё.
- А люди-то к ним зачем шли? В батарейки или вон ворота охранять? К Предо... Бредосвину этому? Ясно же, что никто высшим не станет, - по-житейски мудро рассудил генерал, забираясь в кабину "урала". - Водила, в кузов давай, Комаров поведёт. Ага, давай-давай. Заодно всё подробно и расскажешь. Да и теплее здесь.
Майор медленно и аккуратно развернул тяжёлый грузовик (чёрт, пять лет такую дуру не водил, не застрять бы где по неопытности), проехал ворота и начал рулить по лесной дороге, одновременно рассказывая.
Приходилось ещё и упрощать, учитывая неглубокий ум начальника.
- Они, когда подходящего для себя человека находили, первым делом его включали в группу высших адептов. Давали на вкус попробовать возможности, так сказать. Ну и обещали... Лично Добросил и обещал: год-другой, и станешь ты, брат, высшим. И ведь работало всё... Физик сказал, у него самого дар пирокинеза открылся... ну, это на расстоянии огонь зажигать. Ощущения, говорит, непередаваемые, такое чувство силы и власти, что ух! Но только в трансе, иначе никак. Нам ещё повезло, что высшие адепты не особо какими-то боевыми способностями владели. Так и то сколько...
Он осторожно объехал здоровенную
