Читаем без скачивания Инсомния 2 - Бо Вова

Будто раньше я видел лишь часть картины, которую все называют меткой Шики. А у этого существа она была полной, струилась, извивалась, шевелилась. И все это поверх моего лица.

– Хотел посмотреть на тебя, – произнесла тварь чавкающим голосом. – Ты отказался от моего дара. Но на тебе есть отпечаток моего благословения.

Каждый раз, когда тварь открывала пасть, я видел пеньки черных зубов, а весь его рот был заполнен жижей, стекающей по губам тонкими струйками.

– Что ты такое? Почему у тебя мое лицо? – меня накрыло волной какого-то иррационального страха.

– Я знаю твою душу. Она кажется мне такой близкой, – приторно чавкало существо. – Но я вижу тебя впервые. Будто бы ты недавно пришел в калейдоскоп снов. Откуда ты взялся?

– Из Лира, – прошептал я и сам не понял, почему ответил.

Тварь забулькала, отчего маслянистая жижа потекла из глаз и ушей. Это оно так смеется?

– У меня мириады имен и лиц. А своего никогда не было. Но есть одно, под которым меня знают даже в Лире. Но ты ведь уже догадался, да?

– Ты Архитектор?

– А ты – мой слуга.

Глава 3. В гробу я вас видел. Собственно, в него я и направляюсь

Трактат «О калейдоскопе и его изнанке».

Архитектор – суть есть эгрегор всего темного и мрачного, что может только присниться ловцу или путнику. Сосредоточение абсолютного, чистого зла.

Первые люди, жившие на парящих островах, сражались с этим существом, и сия битва была сутью их жизни. Уничтожение Архитектора избавит мир снов от его темной стороны, ослабит нарастающее влияние кошмаров, подпитываемых страхами и иными отрицательными эмоциями.

В своей борьбе первые из людей решились на мужественный, пусть и отчаянный шаг. Неведомым ритуалом, ныне неподвластным ловцам, они выдернули короля кошмаров из мира снов, придав ему форму наяву.

Призывать подобное чудовище было связано с великим риском, но сражаться с эгрегором сновидений на его территории – еще более бесполезное занятие. Проявившаяся наяву сущность ослабла, пусть и, имея доступ к миру снов, наяву Архитектор не владеет и десятой частью своей силы.

И тем не менее, одолеть его даже в таком состоянии оказалось не под силу первым людям. По одной из версий, во время битвы большая часть парящих островов рухнула в океан. По иной версии, сам Гипнос разгневался на людей и пробудился.

Ведь призыв эгрегора, пусть и такого, как Архитектор, суть нарушение устоявшегося баланса и калечение мира снов – вотчины Гипноса. Потому божество и покарало человечество, спустив их на землю.

Так или иначе, по собранным мною сведениям, битва продолжалась уже на суше, близ древнего города Джу-Агарим, ныне именуемого не иначе как Проклятый Город. Архитектор поработил жителей того славного места, запятнав их тела и сны Скверной, дабы восстановить свои силы.

И пусть первым людям не удалось уничтожить заразу, они смогли запечатать город непреодолимым барьером, тем самым лишив Архитектора возможности вернуть свои силы.

Но это существо не было бы столь опасным, если бы его можно было спокойно замуровать таким образом. Все мы знаем о влиянии Скверны, о случаях появления Архитектора по всему континенту и проявления следов его присутствия.

Даже будучи тенью от тени своего былого могущества, Архитектор все еще представляет величайшую угрозу для всего человечества. Даже будучи запертым на краю ведомой суши, он остается способен отправлять свой фантом как во сны калейдоскопа, так и проявляясь наяву.

Где бы он ни появился, данное место будет отравлено Скверной его черной души. И каждая пядь пораженной земли, каждое запятнанное существо, будь то человек али животина, каждый исковерканный сон – все это делает Архитектора сильнее, распространяя его влияние в обоих мирах.

Потому первоочередной задачей любого ловца является противодействие распространению Скверны. Лишь путем многовекового последовательного искоренения следов его деятельности мы сможем ослабить тварь достаточно, дабы однажды завершить начатое нашими великими предками.

Лишь объединившись в борьбе со злом, мы сможем победить и оставить нашим потомкам лучший мир.

И тут мы подходим к главной проблеме нашей войны. Оскверняя человеческое создание, Архитектор превращает его в безвольную марионетку, одержимую лишь жаждой причинять страдания всему вокруг, распространяя таким образом влияние Скверны.

И мы даже не говорим сейчас про лунатизм, что суть зараза во чреве матери. Оскверненные пагубным влиянием Архитектора, они в определенный час становятся проводниками его воли, неся боль и страдания людям во славу своего проклятого господина.

Но есть среди нас и те, кто поддался на хитрые увещевания и посылы темной твари добровольно. Суть и смысл жизни подобных созданий – служить верой и правдой своему повелителю. Цель их – сеять хаос и смерть. Речь здесь о тварях, именуемых Шики.

Убивая ловцов, Шики таким образом искореняют в сознании память о том, кем они были раньше. А в награду за верную службу Архитектор наделяет их силой убитого, даруя экстаз и блаженство.

Такие существа, однажды убив и распробовав вкус смерти, пережив наслаждение, даруемое чужой силой, отныне уже не способны остановиться. Гипнос Вечноспящий, дабы оградить своих верных избранных от возможной опасности, помечает тварей меткой.

Метка та проявляется, если смотреть на тварь через мир снов, либо если монстр попытается воспользоваться божественным даром наяву.

Считать Шики, как и лунатиков, ловцами или, не приведи господь, людьми – огромное заблуждение. Пусть эти твари и выглядят как мы, внутри у них зреет семя Скверны. Сам факт существования подобных тварей – прямая угроза обоим мирам.

Они верные последователи зла, и лучшим решением будет задушить таких во младенчестве, избавив от лишних страданий самих существ, так и обезопасив их семьи от неминуемой гибели.

Я захлопнул книжку. Гил-Маго-старший, даром, что уже подох, теперь казался мне редкостным говнюком. Хорошо, что мужик со своими домыслами был не столь популярен, а то я спокойно мог очутиться в мире, где идет полномасштабная охота на ведьм.

Впрочем, она и так идет, но именно на меченых Шики. А я вроде как лишь предрасположен к получению метки.

Но глобально не стоит отрицать верность некоторых сведений. То чувство, которое я испытал, было непреодолимым. Я теперь понимаю, почему Шики убивают, вполне возможно, дармовая сила сродни наркотику.

Как я выстоял? Да кто его знает. Я прекрасно понимаю, что ничего за просто так не будет, эта истина давно вшита мне в подкорку. Но помнил ли я об этом, когда источник Шинара пытался слиться с моим? Нет.

Врум помог, однозначно, но только ли в этом дело? Он словно сбросил оцепенение, но если бы у меня не было ската, смог бы я сопротивляться?

Ладно, это риторические вопросы, не имеющие значения. Врум со мной, я справился один раз, справлюсь и снова. Проблемы могут возникнуть, если убить ловца с более сильным источником, но будем честны, ловец с сильным источником мне сейчас не по зубам.

А значит, и думать нечего об этом. А вот о другом – стоит.

Архитектор сказал, что я отказался от его благословения. Думаю, тут имелась в виду Скверна, та самая черная жижа, которая отравляла все в моем сновидении. Это именно она, у Гил-Маго в трактате хватало рисунков.

Я вспомнил длинную лапу Архитектора, тянущуюся ко мне, и вздрогнул. Я боялся этой твари. Причем без какой-либо причины. Я не боюсь умереть, не боюсь стать Шики, не боюсь даже боли. То есть у Архитектора не было ни одного аргумента, чтобы заставить меня паниковать.

То есть его страх скорее всего на уровне стороннего внушения или ауры. С этим надо будет что-то делать. Потом.

Пока что стоит не пересекаться с тварью наяву. Во сне он мне ничего не может сделать. И не потому, что это всего лишь сон. В этом мире Архитектор в калейдоскопе куда опаснее Архитектора наяву.

Только вот мой дар крови, пусть и бесполезный во всех аспектах, тут работает на все сто. Я могу проснуться в любой момент, что я и сделал, когда тварь попыталась меня коснуться. Да, дар хорошо сработал на убегание, но он никак не поможет мне при столкновении. Нельзя победить убегая.