— Он ведь женат, — нахмурилась я, приноравливаясь к быстрой походке женщины.
— Так он потом женился, когда твой отец, капитан Алистер, заявил, что не отдаст свою дочь за калеку. Жениться — дело нехитрое. Ну да скоро сама все поймешь.
Инфинита стала по другую руку от меня, и так, зажатая между женщинами, я двинулась по помосту. Следом сперва зазвучали легкие, будто крадущиеся шаги священника, а чуть позже по доскам загромыхали ступни сопровождающих меня воинов.
Лора и Ампер посторонились, пропуская нас вперед, и мрачный однорукий мужик окатил меня таким взглядом, будто я должна ему денег. Его жена, напротив, расплылась блаженной улыбкой.
— Где мой жених? — спросила я.
— Он будет ждать тебя в храме, — ответила Энни. — По традициям старого обряда вы не должны видеться до церемонии.
Я кивнула. Ладно, увижу Влада чуть позже. В конце концов, пока все идет неплохо.
Полоска розового песка закончилась, и помост уткнулся в дорогу, выложенную белыми камнями. Люди, столпившиеся на ней, приветствовали нас криками. Лора лениво сыпанула в траву горсть серебряных монет, и все тут же бросились их подбирать, освободив нам путь и мигом забыв про невесту, то бишь про меня. Отличный отвлекающий маневр, надо запомнить.
Бросив прощальный взгляд на сверкающий бликами синий простор, окаймленный розовой лентой пляжа, я посмотрела вперед. Белая дорога вилась вверх, огибая валуны, покрытые мхом, и рощи. На изумрудной траве рассыпались овечьи стада. Хрупкие дома со стенами из гладких желтых стволов, накрытых широкими пальмовыми листьями, вырастали то тут то там без всякой системы, и я уж было подумала, что человечество откатилось в развитии еще дальше. А потом увидела замок.
Пятиступенчатая пирамида, стены которой были сложены из белого камня, обтесанного до зеркальной гладкости, сияла в солнечных лучах на вершине холма. Каждый уровень чуть уже предыдущего, ровные ряды узких прямоугольных окон. На правом нижнем углу выбита большая девятка. Не хватало лишь парусов силовых полей, вместо них на ветру трепетали натянутые полотнища, украшенные гербами.
Замок оказался уменьшенной копией Ковчега. Его строили люди, стоящие в развитии куда выше нынешнего населения планеты. Вершина пирамиды была украшена сверкающим кристаллом, рассыпающим в закатных лучах алые блики. Вот бы покопаться в записях и узнать, как эти люди докатились до жизни такой…
— Как тебе замок? — спросила Энни с затаенной гордостью.
— Он великолепен, — не покривила я душой.
— Его строили с помощью богини, — сказала она. — Последнее ее благословение.
— Она незримо присутствует с нами и сейчас, — возразила Инфинита.
— А тогда что, присутствовала зримо? — удивилась я. Обе женщины посмотрели на меня с недоумением, и я поняла, что ляпнула что-то не то.
— Конечно, — ответила Инфинита как о чем-то само собой разумеющемся.
— Монастырь, в котором тебя держали, совсем в глуши, что ли? — спросила Энни.
— Я принесу тебе записи об истории нашего экипажа, ознакомишься, — миролюбиво предложила Инфинита, — если хочешь.
— Очень хочу! — с жаром сказала я, и Инфинита улыбнулась. Суровые черты ее лица смягчились, и она стала настоящей красавицей.
— Она сегодня выходит замуж. Не до судовых журналов ей будет. Пусть сначала с мужем познакомится как следует. — Энни многозначительно подвигала бровями.
Я опустила ресницы, возвращаясь в образ застенчивой невесты, и решила молчать. Стоило мне открыть рот — и сказала какую-то глупость. Интересно, как в книгах будет интерпретироваться явление богини: какой-то природный феномен, массовые галлюцинации, затмение солнца… И как это могло помочь со строительством замка?
— Только вот старый обряд… — шмыгнула носом Энни. — Я пыталась уговорить Финечку, но она ни в какую…
— Это решение моего мужа, капитана Рутгера, — отчеканила Инфинита. — Не мое.
— Старый обряд на то и старый… — не сдавалась Энни.
— Доказательство серьезности их союза, — поджала губы Инфинита.
— Но традиции все же… — Энни замолчала, будто пытаясь подобрать слова, и я насторожилась. До этого она трещала без запинок.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Древние, — подсказала ей Инфинита.
— Оскорбительные! — выпалила Энни. — Мне кажется, именно это является целью Рутгера — унизить старого Алистера!
— Тот тоже его унизил, отдав свою нелюбимую дочь и не явившись на свадьбу, — не сдавалась Инфинита, на острых скулах которой загорелся румянец.
Я проглотила новость о нелюбимой дочери и попыталась выудить из памяти Эврики что-нибудь про старые обряды, но вместо этого наткнулась на воспоминание о помолвке — словно кадры из старого кино. Амнер, с обеими руками, но все такой же хмурый, надевает ей на запястье узкий ободок. Прикосновение сухих губ, колкая борода царапает кожу, воняет чем-то кислым…
— А что там за обряд? — спросила я, не сдержав любопытства и понадеявшись, что мое неведение не будет подозрительным.
— Да ерунда, в общем, — отмахнулась Энни, пряча глаза.
— Ничего сложного, — подтвердила Инфинита, вдруг заинтересовавшись своими ногтями.
Я пожала плечами. Какой бы обряд они ни придумали, он приведет меня к Владу Увейро.
Мы поднялись на вершину холма, и я цыкнула от досады. Нижний ярус пирамиды, скрытый до этого буйной растительностью, оказался украшен продольными анфиладами с рядами гладких массивных колонн. Ощущение было такое, будто вся громадина замка зависла в воздухе и вот-вот поплывет, как огромное бело-розовое облако. Красиво. И одновременно ужасно, если подумать о том, что совсем скоро эту хрупкую красоту придется защищать от полчищ шиагов.
Надеюсь, у Влада уже есть соображения на этот счет.
По белой лестнице, украшенной кадками с розами, мы поднялись на второй уровень. Сюда свет проникал через узкие оконца, и коридор, по которому мы шли, казался разрезанным на полосы света и тени. Глянув в одно из окон, я успела ухватить красный край солнечного диска, прячущегося за горизонт, и замок погрузился в прохладу сумерек.
Совсем скоро я встречусь с Владом. Мне не терпелось обсудить с ним мир, в который мы попали, услышать его соображения о защите замка, а главное — просто почувствовать, что я здесь не одна.
ГЛАВА 3
— Это неслыханный позор, — стенал мэйн Кастор, расхаживая по комнатушке, где меня оставили с ним наедине якобы для молитвы. — Тебе придется пройти голой! Голой! Полностью обнаженной перед похотливыми взглядами этих варваров! Ни клочка одежды!
— Да я поняла уже, — проворчала я.
Священник уставился на меня недоверчиво, и я поняла, что Эврика вела бы себя по-другому. Спохватившись, я спрятала лицо в ладонях и сделала вид, что плачу. Предстоящий променад голышом по храму меня не пугал. Во-первых, нагота — это не то, чего стоит стыдиться. Во-вторых, чужое тело пока воспринималось мною скорее как одежда. В-третьих, выбора у меня все равно нет.
Разумом я понимала, что попала в отсталую цивилизацию. Обряды — под стать всеобщему запустению. Чего еще ожидать от людей, разъезжающих на упряжках водяных коней и размахивающих мечами? Но иррациональная злость все равно накатывала горячими удушливыми волнами. Все во мне сопротивлялось унизительному принуждению. Больше всего я злилась из-за Эврики. Ладно я, прошла эвакуацию с Обители-три, армию космофлота и тесные условия проживания на «Арго», где степень уединения была весьма относительной, особенно учитывая всевидящее око Фернанды. Но для невинной девушки из монастыря проход по храму голышом мог стать смертельным ударом. Он им и стал.
Влажная ладонь священника опустилась мне на макушку, поползла по волосам, тронула плечо. Горячие кончики пальцев легонько коснулись обнаженной кожи у ворота платья.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Тебе непросто будет это сделать, — вкрадчиво произнес он. — Ты скромная девушка, которой прочили судьбу чистой дочери богини. Не знаю, как ты переживешь это унижение… Давай попробуем, что ли…
Я отняла лицо от ладоней и посмотрела на священника. Он быстро облизал свои и без того мокрые губы, потянул шнурок на моем платье…
