…Дьявольский цикл тропического циклона! В центральном очаге темг пература поднимается настолько, что на память приходят жгучие ветры песчаной пустыни, — и это показывает, какое чудовищное количество тепла приносится сюда. По сравнению с окружающей областью она нередко повышается вдвое — так и кажется, что воочию видишь механизм самой древней в мире паровой машины. На высоте 3000 метров, на уровне вечных снегов, полет иногда протекает при температуре в 25–30 градусов (можно не добавлять «в тени»)…
— Назад в шторм! — говорит капитан Матцен.
Чтобы выйти из него, надо в него вернуться: такова особая логика тайфуна.
Мы уже сбросили зонд и получили от него сведения. Бортметеоролог закончил свои наблюдения: температура, сухой и влажный термометры, высота по давлению и по радиоизмерениям, измерение ветра у поверхности моря, скорость ветра. Капитан Фарм и лейтенант Хайяси определили координаты «глаза» тайфуна. Все эти сведения закодированы, и уже начинается их передача по всему Тихому океану. Теперь нужно снова пересечь стену, эту таинственную границу, за которой в мгновение ока попадешь из спокойной грани в неистовую бурю.
Все приготовились. Через мгновение мы уже в стене, мы пронизываем ее, и опять начинаются грубые, внезапные толчки. Но при выходе из тайфуна хорошо уже то, что чем дальше, тем становится легче… Самолет передает свои сообщения примерно каждые полчаса. Между моментом наблюдения и получением сведений клиентами проходит обычно не более четверти часа. Максимум — полчаса. И поскольку для спасения можно сделать только одно — своевременно поднять тревогу, понятна вся важность роли «охотников за тайфунами» и их трех вопросов о каждом тайфуне: Где он? Какова его сила? Куда он движется?
Наконец мы выходим из тайфуна. Солнце, настоящее солнце открытого океана, светит на нас и на морские просторы. Около 11 часов по местному времени пролетаем над двумя пароходами, один из которых, видимо, идет на Филиппины или в Гонконг, а другой — к островам центральной части Тихого океана. Оба они избежали уничтожения, несомненно, благодаря Объединенному центру предупреждения о тайфунах.
…Мы входим в правый передний квадрат тайфуна, в самый опасный его сектор. Опять начинается сражение, еще более ожесточенное, чем в первый раз. Мы в самой страшной зоне. Не только не существует двух похожих тайфунов, но и один и тот же тайфун все время меняется. По мере того как мы приближаемся к «глазу», сила сотрясений все возрастает. Они становятся почти непрерывными, самолет вибрирует, от внезапного рывка кажется, что у вас срываются с места сердце и желудок, и что кровь хлещет по всем внутренним органам. Мы во второй раз оказываемся в «глазе» тайфуна, в его центре. Но «глаз» уже не такой, как раньше: он стал шире, и облака, тихо плававшие в нем, исчезли.
Перед нами предстает самое величественное, самое волнующее явление, какое только создавала когда-либо природа. Все, кто побывал в «глазе» тайфуна, возвращаются оттуда со смешанным чувством восхищения и ужаса, для описания которого не хватает слов. За гулом винтов мы слышим или, вернее, угадываем тишину, такую неожиданную и драматическую, что, по словам одного моряка, предпочитаешь снова услышать рев взбесившихся стихий. Мы летим на высоте 3000 метров в колодце диаметром 22 километра, в котором плавают несколько перистых облаков, мирных, как игрушки. Стенки этого колодца образует недвижная буря — удерживаемые таинственным приказом, невидимой границей кипящие облака, охваченные жесточайшими конвульсиями. Они похожи на диких зверей в клетке на арене цирка, повинующихся гипнозу укротителя. Они словно поджидают нас, подстерегают на концах той восьмерки, которую мы описываем перед ними, поворачивая то вправо, то влево. Когда самолет кренится на виражах, наши глаза поднимаются к верхушке стены, к выходу из этого колодца в 15 тысячах метров над нами. И перед нашими удивленными взорами развертываются эти кипящие пятнадцатикилометровые стены, эта гигантская бездна, это круглое отверстие, которое и заставило назвать все явление «глазом» тайфуна.
Над этим кратером (о таком мечтают все геологи, исследующие земную кору!) видно голубое небо, лазурное небо летнего пляжа, напоминающее о радости и отдыхе, и животворное солнце, бросающее свои лучи почти вертикально в пропасть.
Однако солнце вздымает волны, навсегда остающиеся в памяти тех, кому удалось от них спастись, те гигантские противоестественные волны, которые, вырвавшись из-под мрачного потолка туч, появляются здесь, в сиянии солнечного света, такие огромные, что даже отсюда, с высоты в 3 тысячи метров, на них страшно смотреть. Они столь велики, что их существование кажется невозможным — высота их достигает 25–30 метров (восьмиэтажный дом), и по их заднему склону скатываются потоки пены в сотни метров длиной, словно адский плащ, демонстрирующий всю их мощь; эти волны, несомненно, самое ужасное и самое смертоносное порождение тайфуна.
— Назад в шторм!
Мы снова пронизываем стенку и возвращаемся в мир белой ночи и бешеных толчков и скачков.
Мы окончательно покидаем тайфун «Руфь», летим курсом на юг и возвращаемся в атмосфере обычного полета».
Стихия и человек
В Поисках эффективных средств борьбы с тропическими циклонами, ученые ведут опыты с йодистым серебром. Обработка урагана ведется с реактивных самолетов. Пройдя участок низкого давления, самолет врезается в стену облаков, и, углубившись в нее, начинает сбрасывать специальные бомбы. Взрываясь, каждая дает около 180 граммов кристаллов йодистого серебра, которые быстро разносятся ветром. Сталкиваясь с каплями переохлажденной воды, кристаллики образуют льдинки. При этом выделяется тепло, которое нагревает воздух. Нижние слои его устремляются вверх. Стена облаков, окружающая центр урагана, разрушается и оттесняется более сильными потоками воздуха, образуя новую стену облаков. Такое изменение структуры урагана ослабляет его силы.
Один из таких экспериментов был проведен в 1969 году с ураганом «Дебби». По наблюдениям очевидцев, циклон заметно стих, форма его изменилась…
В последние десятилетия на службу оповещения о тропических циклонах пришла новая техника. Метеостанции-автоматы, находясь в море, посылают на материк сигналы-предостережения за двое суток. Радарные станции ведут наблюдение за небом и могут обнаружить ураганы в момент их зарождения. Участвуют в этой работе и метеорологические спутники Земли. Поскольку тропические циклоны сопровождаются мощными облаками, обнаружить и проследить их легче всего при помощи телевизионных или инфракрасных изображений облачного покрова. Так, с помощью советского спутника «Космос-122» в сентябре 1966 года над Тихим океаном были обнаружены одновременно два тайфуна — «Алиса» и «Кора».
В СССР работает система спутников «Метеор». В сочетании с наземными и плавучими станциями, обрабатывающими поступающие из космоса сведения, эта система позволяет следить за районами, где возникают и развиваются тропические циклоны. В 1969 году «Метеоры» обнаружили вновь испеченный ураган «Камилия» и предупредили о надвигающейся опасности население США. Этот пример хорошо показывает насколько важна и необходима международная солидарность в борьбе человека с такими силами природы, как тропические ураганы. Теперь уже в большинстве стран, которые посещают «демоны моря», действует система оповещения, способная противостоять этой извечной опасности.
Острая необходимость снизить экономический ущерб от тайфунов в развивающихся странах Юго-Восточной Азии привела к учреждению в 1968 году Межправительственной комиссии по тайфунам. Семь участников — Гонконг (Сянган), Япония, Камбоджа (Кампучия), Южная Корея, Лаос, Филиппины и Таиланд — объединились в эту комиссию с целью сократить человеческие жертвы и ущерб, вызываемые тайфунами.
Самыми зоркими помощниками на службе штормового оповещения стали теперь искусственные спутники Земли специального, метеорологического назначения. Оснащенные телеустановками, они наблюдают с высоты образование и продвижение тропических ураганов и тут же передают все увиденное на землю. За один оборот вокруг Земли метеоспутник осматривает более 8 процентов ее поверхности, а в течение суток — всю планету. За время одного витка метеоспутник собирает информацию, по объему в сто раз большую, чем дают метеорологические станции мира.
