В этот момент в коридоре очень вовремя появилась Дебора Грум. Лео тяжело вздохнула.
– Это «да», «нет» или «может быть»? – весело спросил Эмир.
– Ничего из перечисленного. Привет, мама.
Незнакомец стремительно обернулся. Дебора не растерялась. Полагая, что у дверей Лео может стоять только Рой Ормерод, она без промедления бросилась в атаку:
– Как вы смеете являться сюда и мучить мою дочь? Вам мало того, что вы ей нахамили? Я выясню, знает ли об этом ваше руководство.
Эмир прищурился. В его глазах мелькнула злоба.
– Я не хотел беспокоить ее, – смиренно сказал он.
Лео внутренне сжалась.
– Мама, пожалуйста. Это мистер… – она вовремя вспомнила его имя, – мистер Эмир. Это он помог мне получить номер в отеле.
– А…
Мгновение Дебора переваривала полученную информацию. Затем, прицениваясь, оглядела Эмира. Качество его одежды не ускользнуло от ее цепкого взгляда.
– А! – Дебора Грум заговорила уже совсем другим тоном. Она протянула руку. – Как великодушно с вашей стороны, мистер Эмир. Я – Дебора… э… Робертс, мать Лео.
– Лео? – прошептал он, наклоняясь к ее руке.
– Смешно, не так ли? Особенно по сравнению с таким именем, как Леонора. В честь моей бабушки. Но отец всегда называл ее Лео. Так к ней и пристало это имя.
– Мама, умоляю тебя, – запротестовала Лео. Но никто не обратил внимания на ее возмущенный возглас.
– Леонора, – произнес он, смакуя.
Дебора лучезарно улыбнулась.
– Как приятно, что вы пришли проведать мою дочь.
Он печально вздохнул.
– Я надеялся уговорить ее отобедать со мной. Но она уже договорилась с кем-то.
Дебора покорно наклонила свою милую головку.
– Ну разве это не странно? Я как раз хотела сообщить Лео, что не настолько хорошо себя чувствую, чтобы идти куда-то сегодня. – Ее плечи театрально опустились. – Эта жара так утомительна.
Лео не могла поверить в такое предательство.
– Какая жара, мама? Везде, где ты сегодня побывала, работали кондиционеры.
Губы Эмира дрогнули, но, будучи отличным стратегом, он промолчал. Дебора быстро нашлась:
– Ну, в том-то и дело. – Она повернулась к Эмиру. – Мы, англичане, не привыкли к ним. Должно быть, я простудилась.
И она попыталась изобразить кашель.
Лео готова была провалиться сквозь землю. Она не сомневалась, что гадкий незнакомец в душе насмехается над ними.
– Тогда тебе следует остаться у себя, – твердо сказала Лео. – Мы закажем обед в номер.
Дебора Грум ядовито улыбнулась ей.
– О, нет, дорогая. Мне лучше побыть одной. Иди и развлекайся с мистером Эмиром.
Эмир перехватил инициативу до того, как Лео успела прокричать, что меньше всего на свете она хочет провести вечер в его компании.
– Если вы не возражаете, мисс Роберте, – тщательно скрывая радость, сказал Эмир, – я с удовольствием устрою для вас экскурсию. Скажем, через полчаса.
И быстро, не давая Лео возможности ответить, он удалился.
– Мама, – сквозь зубы прошипела Лео, – что ты наделала…
На лице Деборы не было ни капли раскаяния. – Это как раз то, что тебе нужно, – отрывисто возразила она, выпрямляясь. – Вечер с таким великолепным мужчиной. Что собираешься надеть?
Дебора открыла дверцу шкафа и опытным взглядом окинула его содержимое.
– Это подойдет. Достаточно универсально. Как ты считаешь, оно произведет сильное впечатление?
Лео раздраженно вздохнула.
– Понятия не имею. Я видела этого человека всего один раз до того, как ты толкнула меня навстречу вечернему фиаско.
Если Лео думала, что таким образом заставит мать извиниться, то она ошиблась. Дебора была заинтригована.
– Нужно купить тебе туфли, – заявила она тоном, не допускавшим возражений.
Лео подняла черные лодочки на низком каблуке и протянула их матери.
– Они очень удобные.
Дебора вздохнула.
– Ну, им и положено быть такими. Ладно, в ванной наверняка есть крем для полировки обуви. Теперь о макияже.
Лео прекратила всякое сопротивление и предоставила матери возможность заняться ею. Дебора скептически посмотрела на секущиеся концы только что вымытых волос дочери и достала свои маникюрные ножницы.
Сделав Лео быстрый, но вполне профессиональный макияж, подчеркнув ее длинные ресницы, Дебора Грум осторожно вдела в уши дочери великолепные серьги с топазами.
– Я не привыкла ко всему этому, – запротестовала Лео, убирая в стол свои простенькие жемчужные «гвоздики». – По-моему, я буду выглядеть ужасно глупо.
– Ты будешь ослепительна, – успокоила ее мать. Однако она поняла опасения дочери. – Дорогая, ты можешь справиться со всем, даже со мной. Откуда у тебя такое мнение о мужчинах?
– Это не мнение, – сухо ответила Лео, – а уверенность.
Дебора Грум покачала головой.
– Я не понимаю тебя.
– Зато я понимаю, – пробормотала Лео. – Длинные ноги и слишком большая грудь. Плюс привычка повсюду ронять веши. Дебора была шокирована.
– Лео! У тебя замечательная фигура. Мужчинам нравятся такие формы, как у тебя.
– Ну, конечно. Специалист по разрушениям всегда неотразим!
Дебора вздохнула, но она была реалисткой.
– Послушай, дорогая, мужчины могут быть неприятны, но с ними несложно ладить, если знаешь как. Сегодня вечером просто слушай его, как будто он – оракул. И постарайся не врезаться в мебель.
Лео натянуто улыбнулась.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Но врезаться оказалось не во что. Эмир явился на свидание в стильных джинсах и в свободном пиджаке, сшитом по последнему слову моды. Увидев его наряд, Лео ощутила себя чересчур разодетой. Он меж тем сообщил, что ужинать они будут не в Каире. Это, в свою очередь, предполагало краткий полет на частном вертолете. Но, лишь очутившись в кабине, Лео начала волноваться.
– Где мы? – спросила она, когда вертолет наконец сел и его лопасти замерли.
Эмир лишь улыбнулся.
Джип с откидным верхом быстро доставил их к берегу. Звезды отражались в воде, как осколки бриллиантов. Тихо, как змея, убегала вдаль великая река. Дуновения теплого ленивого ветерка напоминали дыхание огромного спящего животного.
Лео не было холодно, но она поежилась.
– Где мы?
– В семидесяти милях от Каира вверх по реке, – бесстрастно сообщил Эмир.
– В семидесяти? – Лео была поражена. – Но зачем?
– Я хотел устроить пикник под луной, – благодушно объяснил Эмир, – вряд ли в центре города можно увидеть настоящий лунный свет.
Лео подозрительно посмотрела на него. В ослепляющем свете фар сложно было разглядеть выражение его лица, но в душе девушки крепла неприятная уверенность: он издевается над ней. Темные брюки, способные очаровать разве что наложниц гарема, развевались на ветру, а золотистый жакет выглядел слишком ярко и неуместно. Она вновь почувствовала себя неуклюжей, как когда-то на школьных вечеринках.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
