шаблону. А зачем напрягаться? Это в одиночку человек способен на критическое мышление, а в толпе весьма немногие, только настоящие личности, которых, увы, мало. Там действуют иные законы, чем в повседневной жизни. Еще древнегреческий мудрец Соло́н заметил, что один отдельно взятый афинянин – это хитрая лисица, но, когда они собираются на собрания, имеешь дело со стадом баранов. Роль вожака заключается в том, чтобы создать веру, неважно во что. Для этого надо воздействовать не на разум, а на чувства – испытанный прием демагогов. Рассуждения и доказательства не нужны. Требуется утверждение и повторение этого утверждения, и чем более оно будет кратким, и чем проще и нелепее выдумка, тем больше у демагога шансов на успех. Впрочем, пусть болтают что хотят, его дело все снять и прокомментировать!
– Иоганн, – Фрайгерр притронулся к плечу оператора, – сними общий вид этого бедлама.
Оператор, не отрываясь от камеры, кивнул и медленно развернулся на девяносто градусов, беря в прицел демонстрантов: мужчин, женщин и представителей модных в Европе гендеров, молодых и старых, полных и худых.
– Сбрендившие от ненависти особи, – продолжала кликушествовать женщина, – верно подметили, что на больших кораблях многочисленный экипаж. Но что это означает? Это означает, что их планету постигла катастрофа или их прогнали враги. Значит, нам несказанно повезло, мы можем оказать Высшему разуму неоценимую помощь!
Корреспондент вновь поморщился. Ну что она несет! Разве можно так однобоко воспринимать действительность?
Внезапно его внимание привлекло здание на периферии митинга – метрах в ста. Распахнулись ворота в кованом заборе, оттуда вышли трое, похожие словно близнецы: крепко сбитые, с короткой стрижкой, в полувоенного вида черных куртках-бомберах и тяжелой обуви. Чувствовалась в них какая-то агрессия, и Фрайгерр приложил к глазам ладонь. Один из короткостриженых обернулся к товарищам и ткнул пальцем в сторону оратора, из рукава его куртки выпала короткая полицейская дубинка.
Внезапно и резко, словно топор по натянутому канату, пришло понимание. Выцветшие светло-голубые глаза корреспондента расширились. Это скинхеды или еще кто-нибудь придерживающийся сходных взглядов, и драки с демонстрантами не избежать.
– Иоганн! – голос дрогнул, рука цепко схватила оператора за предплечье. – Смотри, тут, похоже, наклевывается драка.
Вторая рука вытянулась по направлению к странной троице. Это словно стало сигналом. Скинхеды с ревом кинулись на толпу, а из черного провала двора выбегали все новые и новые люди с палками, арматурой или дубинками в руках. Навстречу им с ревом, почти заглушившим крики паникующей толпы «Скинхеды!», кинулись крепкие молодые парни, отличающиеся от оппонентов только цветом одежды: такие же не стесняющие движение куртки, прочная обувь и, главное, лица, не изуродованные излишним интеллектом. «Зеленые» и прочие сообщества давно обзавелись обеспечивающими безопасность группами поддержки.
Все дальнейшее происходило быстро, поражающе стремительно.
Полицейские кинулись наперерез, замолотили дубинами, пытаясь разделить противников, но поздно, слишком поздно.
Задубасили биты и железные арматуры по телам. На мостовую брызнула первая кровь. Через считанные мгновения драка превратилась в дикую свалку, где каждый сам за себя. Бешеные выкрики, мат, глухой стук соударяющихся палок – всё смешалось в жуткую какофонию.
– Снимай, снимай, – проорал в ухо оператора корреспондент. Да за эти кадры он еще дополнительную премию с компании слупит! Настоящий эксклюзив и экшен!
Вот боевик «зеленых» с коротким ежиком светлых волос с разворота ударил ногой в грудь оппоненту. Боец беззвучно рухнул на окровавленную мостовую.
Подскочил товарищ рухнувшего скинхеда с окровавленным лицом, размашистым хуком снес победителя.
Двое боевиков с криком молотят упавшего скинхеда арматурой по голове, по бокам – не важно, вопли боли упавшего едва слышны.
Высокий, по два метра, боевик бьет ногой в каратистском стиле в голову скинхеда с рваным шрамом на лице от рта до виска. От удара того развернуло на сто восемьдесят градусов; обливаясь кровью, он рухнул на асфальт.
Из-за спин дерущихся выскочил патлатый парень, в его руке блеснул нож и вонзился в живот «зеленого». Тот согнулся, между прижатыми к животу пальцами проступило алое пятно. Подскочил боевик, с разбегу добавил по голове нунчаками. Стук, словно от удара по стволу дерева, взгляд «зеленого» остекленел. Словно подкошенный, рухнул на грязный асфальт.
Рядом в луже крови лысый парень. Глаза закатились, страшно блестят белки. Тело сотрясает крупная дрожь, отходит бедолага.
Парень с прикрытым черной банданой лицом с утробным хеканьем бьет противника кулаком в нос, раз, другой. Потом добавляет в окровавленное лицо лбом, несчастный беззвучно рушится вниз.
Лысый боевик ударил битой, с деревянным стуком та врезалась в полицейскую дубину противника.
Горящими от возбуждения глазами Фрай-герр смотрел на драку «противников» и «поборников» пришельцев. Такое он даже в боевиках не часто видел, а сейчас все по-настоящему!
В паре метров позади – яростная брань. Фрайгерр начал поворачиваться, но не успел. По затылку прилетела бита. Перед глазами взорвалась тысяча фейерверков. Корреспондент упал на мостовую уже без сознания, кровь из разбитого затылка закапала на мостовую.
Интермеццо тайных лож
Тайные общества – от этих слов так и тянет запахом тайны, закулисной власти, сумасшедших денег и крови. С конца XVIII века пользовалась популярностью теория, что миром правят ставящие перед собой цель подрыва устоев христианской цивилизации и подмену правительств тайные общества. Иные считали, что общества – всего лишь ширма, за которой прячутся управляющие миром евреи. Но все эти многочисленные теории не имели документальных подтверждений. Более того, исследователи тайных обществ связывали появление слухов о масонском заговоре с сознательной дезинформацией иезуитов или государства. Означает ли это, что тайные общества всего лишь сборища безобидных чудаков, не оказывающих влияния на политику и правительства? Конечно же нет!
В 1981 году из-за деятельности масонской ложи Propaganda Due в Италии разразился грандиозный скандал. В состав ложи входили самые могущественные персоны страны: министры, лидеры популярных партий, двадцать три депутата, десять префектов, шесть адмиралов, семь генералов финансовой гвардии, десять генералов корпуса карабинеров, около ста президентов частных и государственных фирм, сорок семь директоров банков, высокопоставленные офицеры, крупные юристы, журналисты и политические деятели. Под контролем ложи находились четыре издательства и двадцать две газеты. Ложа активно участвовала в политической жизни целого ряда стран: Италии, Аргентины, Уругвая, Бразилии. За это ее называли «государством в государстве», или «теневым правительством».
Не меньшим, если не большим влиянием пользовались тайные общества в англосаксонских странах, прежде всего в США. Любовь к закрытым клубам американцы переняли от англичан. В Штатах таких заведений полно – включая древнейший South River Club, основанный еще в начале 1700-х годов, пенсильванскую Schuylkill Fishing Company и Old Colony Club – первый клуб классического типа, открытый в 1769-м. По сравнению с ними
