Читаем без скачивания Хроники пикирующего Икаруса - Евгений Мисюрин

В итоге кружили мы по свалке, пока на нас какой-то эсминец не среагировал. Не знаю, чем мы ему не понравились, но я как заметил, что он главное орудие в нашу сторону доворачивать начал, сразу ноги сделал. Ну его на фиг, так рисковать. Хорошо, если у него зарядов нет, а если есть?

Шмыгнули мы с искином аж сразу до другого края поля, только скрип стоял по всему Икарусу. Начали снова ту же рутину. Сканер, осмотр, и отбраковка нерабочих железяк. Пока я первую приличную находку вычислил, почти десять часов прошло. Устал, есть охота. А куда деваться? Надо выходить на близкую орбиту, выравнивать скорости с обломком, и магнитным захватом это дело цеплять.

Зато находка-то какая! Контейнер с пищевыми картриджами. Эх, и наготовлю я себе теперь. Вот не буду всё сдавать. Парочку приныкаю.

Магнитный захват, он с непривычки неудобный. Пока подведёшь, куда надо, пока откроешь, питание подашь, глядь, а цель-то уже на другом краю траектории. И жди её снова.

Но, с помощью захвата и русского мата, я контейнер уловил. Аж на душе полегчало. Теперь можно и отдохнуть, помыться. А там и поесть по-человечески.

Не успел трюм после погрузки загерметизироваться, я уже стоял возле своей добычи с монтировкой, как Гордон Фримен. Вот никак от старых шаблонов не уйду. Это же не ящик с тушёнкой, на кой здесь монтировка-то? Кнопочку нажал, шипение, крышка и приоткрылась. Достал я два картриджа, замкнул тару обратно, и пошёл праздничный обед готовить. Жаль, Ксюхи нет.

В общем, помылся, поспал, поел. Почувствовал себя наконец-то человеком.

Работать дальше не было никакого желания, но что делать? Плюхнулся я на пилотское место, джойстик манипулятора в руке зажал.

– Давай, – говорю, – Герасим, показывай, где у тебя здесь какая Муму ещё плавает?

Искин, конечно, ничего не сказал, недаром я ему имя такое дал, характерное. Но на экране сканера пару точек подсветил. Одна из них – лазерная турель в полном снаряжении, только без капли энергии. Но это и хорошо, иначе, пока я её захапаю, весь Икарус будет в мелкую дырочку.

А вторая – вообще чудо расчудесное. Гиперпередатчик. Да здоровый, не иначе с какого линкора. Причём, рабочий, что самое интересное.

Так что сели мы в две головы – мою и железную – мозговать, как бы нам эти штуки из обломков аккуратненько выковырять, да так, чтобы при этом Икарус не повредить.

Час три мы кубатурили. По-любому получается, или месяц торчать, пока у обломков орбиты не разойдутся, либо использовать наш Икарус в роли бульдозера. Ни то, ни то мне не нравилось.

У меня же жизнеобеспечение всего на месяц, даже если я всё это время просплю. Как потом домой добираться?

Вот это да! Это я что, уже станцию домом называю? От родной планеты отвык что ли? Или так быстро адаптировался? Но не это важно. Главное сейчас – до гиперпередатчика добраться. Не знаю, сколько эта дура стоит, но судя по той поспешности, с которой мне Герасим её под нос ткнул, план я только на ней выполню. А тогда уже и о картриджах для себя можно будет подумать. Мне ещё Ксюху кормить.

В общем, глянул я на трёхмерную схему свежим взглядом и говорю:

– Эх, – говорю, – Герасим. Дурак ты железный. Как жаль, что ты в боулинг не играешь. Ведь на краю поля как раз здоровенный остов от какого-то корабля крутится.

Пригляделся я, ан нет. Не остов. Точнее, не один. Какая-то непонятная конструкция в огромный транспортник врезалась, прямо в лоб. И, судя по траектории, спаялись они там навечно, голубки.

– Смотри, Герасим, дружище мой кремниевый, видишь эту сладкую парочку? Там же не меньше ста пятидесяти тонн покоя будет. Если его разогнать, чтобы он рядышком прошёл, нам тогда только пару заблудившихся обломков убрать придётся.

Искин меня понял сразу же, даром, что искусственный. В долю секунды прямую линию нарисовал, и полностью со мной согласился.

Пристроились мы сзади к этой дуре, я её захватом нежненько за талию ухватил, и…

– Полный вперёд!

Бедный Икарус минут пять на одном месте стоял, пока импульса хватило только с места такую тяжесть стронуть. Но потом разгончик пошёл, пошёл…

– Стоп машина, полный назад!

Меня аж на торпеду бросило, так резко искин команду выполнил. Но ничего, успел я захват деактивировать.

Эх, вот это было зрелище! Здоровенная махина ломит буром через всё поле, только обломки в стороны отлетают. И тишина…

А потом случилось непредвиденное. Запущенная нами пара попала в зону охраны того самого эсминца. Ну, он её и расстрелял. Фейерверк стоял минут пятнадцать. А если учесть, что никаких звуков при этом не было, зрелище завораживающее. Наш мега-обломок в итоге так и был расколот на маленькие лодочки, а эсминцу всё равно даже после смерти досталось. Маневрировать ведь запущенная нами конструкция не может. Ни остановиться, ни свернуть. Короче, что там из них троих в результате получилось, какая фигура Лессажу, это я вам даже описать не возьмусь.

Но зато проход почти до самого Гиперпередатчика был свободен.

Поплелись мы с Герасимом тихонечко, мелкие фрагменты по пути в стороны магнитным захватом отбрасываем… У меня рожа довольная, как у сытого слона, у искина – не знаю, но, думаю, и он рад был. Хотя, кто их, железных, разберёт?

А потом ещё почти час пришлось за передатчиком среди обломков бегать. Но это уже я сам виноват. Устал, видимо, рука дрогнула, так что я сначала его толкнул, и только потом магнит включил. Ну и упустил.

Повертелись, поманеврировали, но поймали в итоге. Фух! Какое облегчение. Я на волне энтузиазма ещё и турель прихватил. Закрепил все находки в трюме, наколдовал в синтезаторе кусок жареной свинины, и домой полетел.

Герасим – молодчина. Всю дорогу сам рулил, меня по пустякам не тревожил. Я выспался, помылся, комбез свой постирал прямо под душем.

Спросите, а куда бы он делся? Так я же по идее в пилотском кресле должен сидеть, затылком в подголовник упираться. Хотя бы на этапе построения траектории, в поворотах и при торможении. А так я, когда закончил себя в порядок приводить, гладь, а мы уже в ангаре. Только от стука в люк снаружи и очнулся.

Ну, кто же ещё там мог быть, как не бригадир?

– Давай, – говорит, – показывай, чего полезного нарыл? На оплату койко-места хоть хватит?

– Не извольте беспокоиться, – отвечаю. – И на себя, и на ту девушку наработал.

А сам стараюсь так встать, чтобы контейнер с картриджами от него пятой точкой прикрыть. Но куда там? Какой я и какой контейнер.

И тогда я решил зайти с другого бока. Ящик приоткрыл, пяток картриджей достал, и троллу протягиваю.

– Спрячь, – говорю, – пока никто не заметил.

Он на меня сначала как на идиота смотрел, а потом всё понял, улыбнулся…

Ну и улыбка у этой расы, скажу я вам. Впечатляет, знаете ли. Когда на тебя скалятся зубы, размером в ноготь большого пальца, да ещё и с клыками по краям… Ну, думаю, кирдык мне. Сдаст. Пустят меня тогда на заправку для пищевого синтезатора. Будет у всей станции сегодня мясной обед.

А он так ладонью своей тяжеленной меня по плечу – бабах!

– Быстро ты, – улыбается, – сообразил. У нас, парень, если хочешь нормально жить, всегда делиться надо. И не по пять штук, как ты сейчас сунул, а половину.

Это он меня опечалил конечно. Но, половина, она же всё равно больше, чем ничего.

– Ладно, – говорю. – Забирай сколько надо. Может, будет случай, направишь меня на выгодное нам обоим поле, или ещё как поможешь.

Трокс заржал как лошадь, недаром зубищи соответствующие.

– Может, – отвечает. – Всё может быть, молодой. Ты, главное, надейся.

Шутник, блин.

Но в любом случае, свою половину картриджей я отгрузил. Пятьдесят штук оказалось вмсете с теми, что уже заряжены были. Сныкал я их в камбузе, или кают-компании, кто их разберёт, и пошли мы мою добычу обсчитывать.

Трокс всё пальцами по планшету елозил, дебет с кредитом сводил, а потом говорит:

– Четыре с половиной тысячи ты заработал, хуман.

Как меня это зацепило! Что же этот зубастый меня кидает как баскетбольный мячик?

– А почему ты, – спрашиваю, – передатчик не посчитал? Он даже в таком виде не меньше десятки стоит.

Но оказалось, что взъелся я зря. Всё было посчитано и учтено. И тринадцать тысяч за передатчик пошли в счёт погашения моего перед спасателями долга. А остальное мне на руки выдадут.

Сел бригадир на стул, улыбнулся своим фирменным оскалом.

– Ты не думай, – объясняет. – Я сам точно так же сюда попал, поэтому своих дурить не буду. Тем более, законы общежития ты понимаешь.

Мне даже стыдно стало. А потом я увидел свой кошелёк. Карточка как карточка. Обычная, банковская. Трокс её к своей приложил, и моя нейросеть тут же поступление на счёт зафиксировала.

Что меня удивило, деньги перевелись мгновенно. Ведь даже у нас пока перевод через банк дойдёт, какое-то время нужно. Иногда вообще несколько дней. А здесь – хоп – денежки вот они. То ли связь такая, мгновенная, то ли ещё что. Надо будет на досуге поразмыслить на этот счёт, вдруг до чего умного додумаюсь?