— Давай я первый. Если в течение десяти минут я не возвращаюсь, вали отсюда, — сказал я, и Гевор согласно кивнул.
Настроившись на преломления Грани, я убедился, что шеадари исправен и действительно ведет между землями. Сделав шаг в картину, я оказался внутри такого же душноватого полутемного помещения. На той стороне висел незнакомый городской пейзаж, я быстро глянул на номер шеадари (первые три цифры говорили мне, что ставили его опять не мы) и осторожно приоткрыл дверь, прислушиваясь к звукам снаружи и готовясь мгновенно превратиться в Ворона, вернее, в вороненка, и спрятаться где-нибудь в темном углу шеадра. С той стороны было тихо. Я приоткрыл дверь, убедился, что коридор пуст, и так же осторожно пошел к следующей двери. Хм, расстояние маловато, поставлено с нарушением техники безопасности. Коридор привел меня к выходу на улицу. Оставив себе щель, я принял облик, тихонько вышел по каменным плитам и, не найдя никого на крыльце, торопливо взлетел в небо.
И впрямь очаровательное место… Небольшое горное озеро тускло поблескивало под светом полной луны, аккуратный особнячок с зеленой черепицей, украшенный искусными настенными фресками, спал крепким сном, и только два нижних окошка в торце дома ярко светились. Чуть в стороне на территории стояли еще два одинаковых двухэтажных здания современной постройки, в некоторых окнах тоже горел свет. Шеадр находился в здании, выполненном в виде складского сарая, в уныло-серой однообразной коробке. И да, расстояние до жилых построек в два раза меньше, чем положено. Горностаи должны получить соответствующее внушение за подобное варварское нарушение техники безопасности.
Вернувшись обратно, я позвал Гевора. Быстро оглядевшись, он кивнул.
— То самое место. Думаю, второй шеадари проверять нет смысла, а вот третий весьма любопытен. Я тут присмотрелся, пока ждал.
Мы вернулись обратно.
— Смотри, — кивнул Гевор на третью картинку. — Что это, по-твоему?
Я бросил взгляд на номер шеадра.
— Ты не на циферки свои смотри, а на рисунок, — рассмеялся Гевор.
Я отошел назад и стал разглядывать пейзаж, изображавший какое-то место в предгорьях Лунного кряжа. Потом скалы показались мне чуть более острыми, чем обычно, а цвета земли и неба — не совсем типичными для Шеннон Ара.
— Можешь предположить, где это?
Я отрицательно покачал головой. Вернее… не отважился озвучить неожиданную мысль, пришедшую мне в голову.
— Пошли, — и Гевор слегка подтолкнул меня к картине.
С той стороны мы оказались в глухом подвале, отгороженном от просторного пустого помещения мелкоячеистой решеткой. С этой стороны никаких картин не было, так же, как и номера, только лаконичная подпись в виде названия, не вызывавшего никаких ассоциаций, а вместо нее на стене висело большое, однотонно-серое панно.
Гевор осторожно толкнул дверь-решетку и мы вышли из помещения, миновали длинный коридор с двумя поворотами направо, поднялись по сырой и затхлой лестнице и в итоге уперлись в запертую бронированную дверь.
— Подожди, — Гевор поймал развернувшегося в обратную сторону меня за рубашку. — Сейчас. — И он положил руку на замок и замер, прислушиваясь. Ах да… Одно из уникальных умений Гевора-Пардуса — находить контакт с любыми механизмами, от простейших рычагов до архисложных электронных плат. Меньше чем через минуту замок щелкнул и Гевор уверенно толкнул дверь.
Неожиданно я понял, что мы находимся во дворе сооружения, похожего на огромный жилой дом, построенный по типу многоэтажек Старой земли, только без окон, зато с обилием террас, засаженных незнакомыми растениями. Небо, грязно-серое, словно старая тряпка, низко нависало над уходящей вверх громоздкой махиной, местами подсвечиваясь неровными огненно-оранжевыми полосами.
— Узнаешь?
Я все еще не верил.
— Полетай, только осторожно. Хотя вороны здесь есть, такие же, как и у нас.
Я трансформировался и взлетел. Отдалившись от места взлета, я сделал несколько кругов над террасами, рассеивая последние сомнения, и спустился обратно.
— Да, это действительно Анг Мирт, — признал я. — Я здесь был, вернее, не именно здесь, а в похожем месте, когда проводил разведку. Но откуда об этом знаешь ты?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Пошли домой, — сказал Гевор, возвращаясь к двери. — Я рассказал не все.
Вернулись в Фьерхольм мы уже под утро. Гевор напрямик прошел на кухню и, сунув мне в руки поднос, начал накладывать на него всякую всячину из двух огромных холодильников. Прихватив еще пару бутылок вина, мы ушли на террасу над долиной. Там, внизу, все еще кто-то гулял.
— На самом деле это не первый шеадр, ведущий в Анг Мирт, с которым я сталкиваюсь. Помнишь мой второй домен в Кэммон-Аре?
— У тебя там почти вся земля — домен, — сказал я. — Точнее.
— Тиренг, — пояснил он. — Некоторое время назад, где-то с полгода, я обратил внимание на двух сотрудников среди персонала, которые показались мне странными. Вернее, их внешность чем-то меня насторожила, но я долго не мог понять, чем именно. Была какая-то едва заметная чуждость во внешности обычного элеза, что-то в разрезе глаз, в форме носа и строении черепа, но самое главное — меня удивила их высокая приспособленность к сумрачному внешнему свету и искусственному освещению. Как известно, многие ассары Ар Соль, если только не родились в Подлунных Землях, не могут долго находиться в пещерном, замкнутом пространстве Кэммон-Ара. Эти двое время от времени попадались мне на глаза, потому что мои сотрудники особо выделяли их за выносливость, терпение и за удивительную способность к адаптации. Мы не экспериментируем с генетикой разумных не-зависимых рас, но лично я бы хотел иметь побольше таких работников. Я стал выяснять, откуда они родом и из каких домов происходят, чтобы отследить и изучить возможную положительную мутацию среди постоянных обликом, и, поручив копнуть глубже, обнаружил… пустоту.
Я решил, что наткнулся на шпионаж с Основы, хотел уже к тебе обратиться, да остановился, не рискуя выставить себя идиотом. Ни о каком шпионаже со Старой Земли, если хоть на минуту задуматься, и речи быть не могло. Я приставил за ними хвост и достаточно быстро обнаружил, что время от времени они навещают одно хитро запрятанное место в Кэммон Аре. Пещерная камера, нежилая, в глухом, заброшенном участке шахты, подход к ней перегорожен несколькими запертыми решетками с запрещающими знаками обвала. Тут я подключился сам, отпер все двери и в результате оказался у шеадра без картинки, вернее, с таким же серым панно. Шеадр я определил по эманациям наэра и фэйра, шедшим от куска стены. На всякий случай вооружившись, я рискнул пройти и в итоге выбрался под вот это серое небо, только не на территории города, как мы с тобой, а с внешней его стороны.
Мы долго следили за обоими, установили сеть их контактов, но они мало что дали — все в пределах Кэммон-Ара, ни один из них не вел в другие земли, или, возможно, цепочка была очень длинной, или, что тоже возможно, связывались они каким-то иным способом. Несколько раз я сам делал вылазки на ту сторону, чтобы осмотреться, потом подключил хорошо обученных ребят из моей же разведки, чтобы попытались внедриться. Трое неплохо освоились, но на постоянной основе внедриться получилось только у двоих. Сейчас они там, но на связь выходят исключительно редко, очень уж неудобно расположен Анг Миртский выход. Хорошо, что мы нашли этот, сюда легче внедрить своего человека и поддерживать постоянное сообщение
— Одиночный шеадари можно где хочешь воткнуть, лишь бы место изолированное. Передай своим, что если найдут, где, я сам и поставлю.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Гевор удовлетворенно кивнул.
— Можем и этим пока попользоваться, — сказал он.
— Другой вопрос — чьих это рук дело, — задумался я. — Шеадры Горностаи ставили. И не могли не знать, куда именно ведут пути.
— А если — нет? Если ставили обычный, внутренний, а потом настройку поменяли?
— Без мастера Путей им не справиться, — возразил я. — Преломления для настройки на Анг Мирт неизвестны, это тебе не по справочнику параметры вывести. Не хочешь Кинэна спросить, кто у него такой сообразительный?
